Мэт Купцов – Наследник. Тайны рода. Том 2 (страница 14)

Васька поглядывает на меня.

— Ваше благородие, как насчёт ставки? Сколько штук вурдалаков порежем, а?

Зир встревает.

— Давайте лучше посчитаем, сколько раз Демид опять пожалеет, что не взял некроманта Марию. Ставлю на пять раз — за первую ночь.

Хмурюсь, ничего не отвечаю.

Впереди лес, в котором нас уже ждут… Влетаем в тень деревьев. И тут же раздаётся вой.

— О, начинается, — Васька криво ухмыляется.

Сжимаю рукоять меча. Зир напряжённо шевелит хвостом.

Зима нынче лютая в Пензенской губернии. Лес, скрюченный от холода, угрюмо хмурится, впуская нас в свою пасть. Ощущение, будто на броневике едем прямо на плаху.

Вглядываюсь в сизую мглу перед собой, а мой верный фамильяр Зир, как обычно, бездельничает на броне.

— Эх, барон, — тянет он, лениво свесив хвост, — а ведь не зря я говорил, что надо было Марию взять. Некромантка в компании — это вам не какое-то пустозвонство, а стратегический ресурс. Кто у нас трупы вояк обратно в бой поднимет?

Вздыхаю, делая вид, что не слышу.

Зир оскорблённо пыхтит, поджимая хвост.

Но шутки заканчиваются.

Перед нами, прямо посреди дороги, стоят они. Чёрная десятка морозовских головорезов. Витиеватые дублёные кафтаны, меховые шапки, мечи наготове.

Лошади мощные, как проклятие, а глаза под тенью капоров — капюшонов, злобные, прищуренные.

В центре — их главарь.

Высокий, худой, с кривым шрамом поперёк щеки. Глаза серые, как сталь.

Качает головой, будто мы с Васькой уже покойники, и говорит густым басом.

— Барон Демид Архипов?

Щурюсь.

— Он самый. А ты кто такой, чтоб так пафосно моё имя произносить?

— Зови меня Клим Кривой. Передать просили, что дело к тебе есть.

Мы лишь окна опустили — сидим внутри.

Внедорожник, наш верный бронированный зверь, тихо урчит под нами, готовый в любой момент рвануть вперёд или разразиться картечью.

— Говори, — киваю я.

Кривой ухмыляется, показывает пальцем на меня.

— Выпускай графа Морозова из тюрьмы. По-хорошему.

Смеюсь. Смех у меня, говорят, приятный, но с оттенком той самой хрипотцы, которую люди предпочитают не слышать.

Васька ухмыляется в бороду.

— И что случится, если я откажусь?

Клим Кривой вытаскивает меч, проводит пальцем по лезвию.

— Тогда срежу с тебя весь этот красивый кафтан, барон. Да и шкуру заодно.

Вздыхаю и хлопаю по броневику.

Стальные пушки выдвигаются с сухим лязгом. Морозовцы вздрагивают, их кони беспокойно бьют копытами по промёрзшей дороге.

Клим хмурится.

— Ты что, в войну играть вздумал?

Качаю головой.

— Нет, Кривой, это ты правила не понял. Это не война. Это казнь.

И тут звучит первый выстрел.

Черт возьми, мне нравится запах пороха по утрам. Ну, или по ночам — в здешней чащобе и не разберешь, когда одно переходит в другое.

Лес пылает, грохочет броневик, плюясь свинцом и магией, а отряд Клима мечется между деревьями, как крысы на палубе горящего галеона.

Васька заряжает орудие, пальцы у него работают быстро, ловко — родился бы в будущем, был бы вором мирового уровня, а пока — мой верный артиллерист.

— Давай, поджарь их, Васька! — ору я, хватая с пояса заряженный пистоль и выпуская пулю в кого-то слишком шустро бегущего. — Пусть чувствуют гостеприимство барона Демида Архипова.

Пушка броневика рычит, в воздухе вспыхивает магический сгусток, и ближайшее дерево с размаху рушится, прихлопывая парочку ребят Клима.

Хороший был дуб. Жаль.

Клим где-то впереди, я это чувствую.

— Демид, друг мой, — голос Зира звучит сладко, как мед с ядом. — Ты ведь понимаешь, что всё это — лишь разминка? Клим не сдастся так просто. Не хочешь немного подыграть ему? Сделать вид, что тебе сложно? Вдруг он раскроется?

— Закрой пасть, Зир.

— Грубо. И совсем без благодарности. А я ведь в твоей голове, всегда с тобой…

Клим появляется внезапно, как буря. Выскакивает из-за пылающего поваленного ствола, глаза бешеные, в руках меч, да не простой — зачарованный, тьмой смазанный.

В рукопашную полез? На меня?

Барона Архипова? Ну-ну.

Принимаю его удар, скрещивая с ним клинки. Металл поёт, искры летят, а Клим ухмыляется — видит бог, я бы выбил эту ухмылку ему кулаком, но занят.

Он сильный, точный, но я быстрее. Ныряю в сторону, а он не успевает подстроиться. Переводит дух. Готовится к новому выпаду.

— Ой, да перестаньте, — протяжно тянет Зир. — Мужчины, словно петухи, деретесь на глазах у всей деревни. Может, предложите друг другу пообсуждать философию?

— Цыц! — командую я.

— Демид, ты ведь понимаешь, что проиграл, — скалится Клим, чуть подрагивающей рукой вытирая пот со лба. — Всё, что у тебя было — иллюзия. Всё, за что ты боролся — ложь.

— Ой-ой, а пафоса-то сколько, — вздыхает Зир. — Демид, убей его побыстрее, а то мне уже скучно.

Клим, похоже, из магического рода — боярин средней руки, младший сын в семье. Дар есть, а вот наследство получил старший, да не поделился. Только и остается идти в леса -воевать, да грабить.

Но соперник он настоящий и серьезный. Направляет на меня шквал огня, но я прикрываюсь магическим щитом, который впитывает магию.

Шлю ему ответ.

Жахаю — земля под ногами Кривого трясется, корни деревьев обвивают его ноги.

Он не сдается. Его меч сверкает темным, почти живым светом.

— Это конец, — шипит он, делая выпад.