Мерседес Рон – Скажи мне шепотом (страница 4)

Пока подружки болтали, кто-то подкрался справа и, обняв меня сзади за талию, притянул к себе. Даже не глядя, я сразу догадалась, кто это. Его парфюм я узнала бы всегда и везде.

– Привет, малыш, – прошептал Дани над моим правым ухом. Его близость заставила вздрогнуть, и вовсе не от приятного волнения.

Я повернулась, вроде как чтобы посмотреть ему в лицо, но на самом деле стремясь выпутаться из объятий, и едва выдавила из себя:

– Привет!

Дани был красивым, высоким, сильным капитаном школьной баскетбольной команды, с темно-каштановыми волосами и голубыми глазами. Я могла бы до бесконечности описывать его достоинства и все равно не перечислила бы всех. Любая девушка мечтала бы встречаться с ним. А я уже нет.

– Ты сногсшибательна.

Он снова привлек меня в объятия и вытянул губы для поцелуя. Именно в эту секунду примерно в метре от места, где мы стояли, кто-то прошел мимо нас к шкафчику.

Мой желудок перевернулся.

– Подожди секунду.

Словно пребывая в тумане, я отстранилась от Дани и под пристальными взглядами окружающих медленно двинулась вдоль ряда шкафчиков.

Очевидно, он почувствовал мое приближение, поскольку все его мышцы разом напряглись. Он сделал глубокий вздох перед тем, как закрыть дверцу и повернуться ко мне.

Он тоже сильно изменился. Вырос, став почти таким же высоким, как брат. Глаза остались такими же голубыми, однако уже не смотрели на меня с восторженным блеском, как во времена наших детских приключений. Чувство товарищества, которое я всегда ощущала рядом с ним, уверенность и симпатия бесследно исчезли. В отличие от волос брата его волосы потемнели, и я заметила на его шее татуировку, какой-то кельтский символ.

– Привет, Тейлор, – почти неслышно поздоровалась я.

Перед глазами замелькала череда воспоминаний о наших общих проделках, играх и веселье.

Пока Тейлор окидывал меня беглым взглядом, в его глазах мелькнул огонек удивления, как будто я была не тем человеком, что он помнил.

– Привет, Ками, – холодно и отстраненно отозвался он.

От того, как Тейлор посмотрел – абсолютно не так, как раньше, – меня пробрала дрожь.

– Вы вернулись, – прозвучало скорее как вопрос.

– Да, – неловко ответил он, надевая рюкзак.

Мне столько всего хотелось поведать ему, стольким поделиться, ведь с нашей последней встречи очень многое изменилось. Из моей жизни давно исчезло веселье, дни больше не наполнены приключениями и смехом, превратившись в последовательность из идеальности и скуки. Тейлор был моим защитником, хранителем моих секретов. Они с братом очень много для меня значили, а нам даже не дали попрощаться. И вот семь лет спустя они вернулись – и это все, что он мог мне сказать?

Да, моя мать разрушила его семью, но та же участь постигла и нашу, а потому я не могла понять его холодности. Я сгорала от желания обнять Тейлора, снова почувствовать себя так же хорошо, как чувствовала рядом с ним в прошлом.

– Я очень рада тебя видеть, – призналась я, набравшись смелости. – Я очень скучала по тебе и по твоему…

– Мне надо идти, – не дослушав, перебил он.

Внезапно зазвенел звонок, заставив меня вздрогнуть от неожиданности. А Тейлор обошел меня кругом и исчез в неизвестном направлении.

Совсем не такой я представляла себе нашу новую встречу. Миллион раз перед сном я фантазировала о том, как снова увижусь с ним и с Тьяго, но и предположить не могла, что это будет так странно и так больно.

Казалось, я вот-вот сорвусь, но народ вокруг с таким интересом на меня пялился, что пришлось немедленно возвращать маску, с которой всегда ходила по школьным коридорам. Слезы, которые грозились пролиться прямо сейчас, я отложила на потом.

– Чего уставились? – буркнула я, ни к кому конкретно не обращаясь. А после повернулась на каблуках и направилась в класс.

Подруги последовали за мной. К счастью, они не мучили меня расспросами. Во всяком случае, на первом уроке.

Душу разрывали эмоции, но образ ледяной принцессы, под стать моей матери, не позволял мне поддаться им.

2

ТЬЯГО

Еще и полдня не прошло, а ее образ уже начал меня преследовать. Кам… вот дерьмо! Какого черта на меня так повлияла наша встреча? Камилла даже не походила на ту, которую я знал и обожал в детстве. Отстраненная модница ничего общего не имела с той девочкой с косичками, над которой я потешался в прошлом. Я и видел-то ее всего секунду, а образ словно отпечатался на сетчатке. Она выросла и, разумеется, превратилась в очень привлекательную девушку. Она всегда была красивой, но я не ожидал столько эмоций от нашей встречи. Камилла Хэмилтон давно перестала быть моей подругой, первой девчонкой, с которой я целовался и в которую считал себя по уши влюбленным в детстве. Она превратилась в дочь женщины, которая разрушила наши жизни. Женщины, из-за которой моя мать больше не улыбалась. Женщины, из-за которой нас покинул отец. Всей душой я ненавидел их семейку, а больше всего – Камиллу. Если бы эта девчонка меня послушала, если бы не открыла свой проклятый рот, ничего бы не произошло. Моя мать не впала бы в депрессию, не превратилась бы в то, во что превратилась, не связалась бы с мерзавцем, который поднял на нее руку, а мне бы не пришлось отрабатывать шесть сотен часов исправительных работ на благо общества за то, что я разбил этому уроду морду. Если бы только Камилла не разболтала, если бы она не…

А сегодня я увидел ее, такую радостную и сияющую, за рулем кабриолета, окруженную богатством и лишенную всяческих проблем, и кровь в жилах вскипела.

Она не пострадала так, как мы с братом. Ее семья не распалась. Они до сих пор жили вместе, до сих пор катались как сыр в масле, и им не приходилось работать на вшивой стройке, чтобы свести концы с концами. Ее не выгнали из университета, ей не пришлось возвращаться в старшую школу, чтобы компенсировать государству нанесенный ущерб.

Я отдавал себе отчет, что мой отец виновен не менее остальных. Только вот он изначально вел себя как подлец. Отец постоянно изменял матери, и я знал об этом. Он не утруждал себя осторожностью, когда приводил в дом очередную подружку. Его никогда не заботило, что этажом ниже дети играют под присмотром няни. Похоже, мать оставалась единственной, кто носил розовые очки и ни о чем не подозревал. Пусть и жила во лжи, но она хотя бы была счастлива.

Поэтому я и просил Кам ничего не говорить, просил держать рот на замке… Безрезультатно. Глупая девчонка расчирикалась, как канарейка, разбив нашу семью на мелкие кусочки.

Мы вернулись. После развода моих родителей прошло семь лет. Семь лет с тех пор, как отец потихоньку перестал даже навещать нас. Мы получали от него только ежемесячный чек с точно той суммой, которую установил суд, и наши отношения на этом заканчивались.

Этот урод нас бросил. Бросил своих детей и женщину, которой был обязан всем на свете. Сказал, что не справится, что не может и дальше жить с нами, что мы слишком напоминаем ему о случившемся. Так и не пережив его уход, моя мать все равно до сих пор втихаря плачет по нему.

Меньше всего от произошедшей катастрофы пострадал Тейлор. Я приложил для этого все усилия. Мать никогда не просила у него помощи, когда чувствовала себя плохо, никогда при нем не плакала. Ее спасательным жилетом стал я. Мне едва исполнилось тринадцать, а я наблюдал бесконечные ссоры родителей и даже выступал в суде. Давал показания о том, что в течение многих лет знал об интрижках отца. Мать едва не умерла от моих слов, но я жаждал покарать этого мерзавца. Благодаря моему выступлению дом достался нам, хотя ничего хорошего данный факт не принес. Мать отказалась жить по соседству с Хэмилтонами, поскольку это было ниже ее достоинства, но и сдавать дом она тоже не захотела. В итоге мы платили за аренду в Бруклине и оплачивали содержание дома, а потому с деньгами у нас было очень туго. Я не единожды ругался с матерью по этому поводу, но она так и не изменила решения: дом стоял пустым, и точка.

А теперь нам пришлось вернуться… из-за меня.

С годами мы научились справляться со всем, каждый по-своему. Я прилагал массу усилий, чтобы брату доставалось лучшее из того, что мы могли ему дать, а взамен терял себя самого. Мое детство закончилось в одночасье. Будучи, по сути, ребенком, мне пришлось решать взрослые проблемы.

Из-за злости, которая копилась внутри меня, я связывался не с теми людьми, получал плохие оценки, меня выгоняли из школы за драки… А завершилось все прошлым летом, когда я увидел, как мерзавец-бойфренд ударил мать, да так, что та без сознания упала на пол. Гнев, что я носил в себе последние годы, выплеснулся. Я избил этого ублюдка. А впоследствии выяснилось, что он работал главным детским врачом в Нью-Йоркской больнице. И, естественно, задействовал все свои связи, чтобы упрятать меня за решетку. В результате я получил условный срок. Теперь один неверный шаг – и я окажусь в тюрьме, чего никак не могу себе позволить.

Поэтому мы и попали сюда, в город, где я родился и где провел счастливое детство до того дня, когда все разрушилось. Но по иронии судьбы только в этом месте мне были готовы дать второй шанс. В глубине души я надеялся, что Хэмилтоны переехали, но уже успел убедиться в обратном. Таким образом, все вернулись на свои места. Только теперь мы стали выше ростом и в дерьме по самые уши. Во всяком случае, я.