Мэри Влад – Водопад страсти (страница 7)

Как он до сих пор не прибил меня? Я из раза в раз тычу в зверя острой палкой, надеясь… на что, на чудо? Что наши отношения могут развиваться так же, как они развивались бы в обычном мире? Что Дерек чудесным образом изменится? Станет парнем, который будет мне колени целовать, даже если я выставляю его дураком, оскорбляю и унижаю перед всеми? Даже обычный мужчина не станет терпеть такое, а уж мужчина его круга – тем более.

Обычный мир давно для меня закрыт. А что, если Дерек вышвырнет меня обратно? Я не смогу жить среди обычных людей. Уже нет.

Сколько раз я говорила себе, что хочу быть не просто сумасбродной куклой – и что в итоге? Ничего не изменилось. Мне нужно было просто наступить на горло собственной гордости и перетерпеть, вряд ли Дерек унижал бы меня долго. Ему это не доставляет удовольствия, я же вижу. Возможно, уже завтра бы всё закончилось. Я ведь решила, что пройду через это, а на деле не выдержала и двух дней. И теперь он отошлёт меня. Насколько? А что, если навсегда?

Медленно поднимаюсь на ноги. Нужно привести себя в порядок, а потом попытаться исправить то, что наворотила. Если ещё можно что-то исправить. Если Дерек уже отдал приказ и поставил всех в известность, назад уже ничего нельзя будет откатить. Мне придётся уехать. Но я не хочу.

Завершаю водные процедуры, сушусь, выхожу из ванной комнаты и бросаю взгляд на кровать. Щёки вспыхивают, и я ударяю себя ладонью по лбу. Ничего страшного же не произошло, я никак не пострадала физически. И ведь это не первый мой подобный опыт: Дерек как-то раз уже доводил меня до струйного оргазма. К тому же я тщательно всё обработала после душа.

И вообще, если так подумать, кто-то даже кончить не может, пока на него не пописают. Кто я такая, чтобы осуждать чужие предпочтения? Нет, Дерек не фанат такого, сегодняшняя прихоть была лишь наказанием для меня. Но я не смогла перебороть ущемлённую гордость.

Мне казалось, я стала хитрее. Но вместо того, чтобы смиренно принять наказание и при случае подлизаться к Дереку, я только подлила масла в огонь. Он думал, что сможет ограничиться лишь этим, и я исправлюсь. Но я только что доказала обратное. Теперь Дерек отошлёт меня, раз выбранный метод не действует.

Замечаю на столе поднос с едой, водой и аспирином, а на кресле – свой халат. Тапочки мирно стоят рядом. Сую в них ноги, и слёзы брызжут из глаз. Нет, только не вдали отсюда. Только не без него. Я сделаю что угодно. На колени грохнусь. Буду умолять. Да хоть пятьсот раз схожу под себя, но останусь здесь. Рядом с ним. Иначе просто сдохну.

Глава 5

Несколько часов не могла решиться пойти к нему, а теперь уже полчаса стою под дверью. Мне страшно и стыдно – не знаю, какое чувство сильнее.

Наконец я глубоко вздыхаю, заношу руку и стучусь. Он разрешает войти, и я толкаю дверь кабинета. Сердце то пускается в пляс, то замирает.

Дерек поднимает на меня взгляд, но ничего не говорит. Наверное, это я должна что-то сказать. Я сочинила целую речь, однако ни черта не помню.

– Ты уже объявил всем? – Я подхожу к столу.

– Ты не пуп земли, принцесса. У меня до хрена работы. Соберу всех, когда закончу. Если ты пришла только за этим, то можешь идти. Если есть ещё что-то, то говори быстрее, я занят.

Мне не приходит в голову ничего лучше, чем бахнуться на колени. Речь свою я всё равно забыла, а простое «извини» вряд ли прокатит.

– Не отсылай меня, пожалуйста. – Я смотрю ему в глаза. – Не надо. Я… я не смогу без тебя.

Он кривится.

– Не болтай, всё ты сможешь. Иди собирай вещи. Так будет лучше. Ты больше не будешь меня оскорблять, а я не прибью тебя ненароком. Ты останешься целой и невредимой, как и мои нервы. Все в выигрыше. Нора, встань. Что за спектакль?

– Не встану, – мотаю головой. – Не встану, пока ты не разрешишь остаться.

– Дело твоё, можешь доканывать свои колени сколько угодно, если так хочется. Жалко, что ли?

Он пожимает плечами и погружается в изучение бумаг.

– Дерек, пожалуйста! – Дёргаю его за рукав рубашки. – Ну что мне сделать? Хочешь, обкакаюсь? Я правда сейчас не хочу, но если поднапрячься…

– Ты издеваешься? Хватит паясничать. Выйди, мне нужно работать. Или хотя бы не мешай, иначе тебя вышвырнут отсюда силой.

– Я буду тихой. Ты меня даже не заметишь. Дерек, – смотрю на него с мольбой, – на сколько ты хочешь отослать меня? Ведь должен быть срок…

Я жду, что он скажет, что это ненадолго. Жду, но он даже не думает мне отвечать. Либо Дерек ещё не решил, либо хочет избавиться от меня навсегда. Но из семьи же не уходят просто так. Только в могилу. К обычной жизни никто не возвращается.

Дерек может изгнать меня навсегда, это так, но есть один нюанс. Я буду жить вдалеке отсюда, под пристальным наблюдением их людей. Эльза рассказывала мне о таких случаях.

Бывало, что неугодных жён или любовниц изгоняли. Если в изгнании они нарушали правила, то их сразу убивали. Даже в ссылке закон действует для всех. Хотя убить могут не только за нарушение правил, например, за разговор с федералами. На тот свет могут отправить просто потому, что принято такое решение. Ссылка может длится неделю, месяц, годы… Потом тебя либо вернут, либо убьют.

Если Дерек хочет отослать меня навсегда, это значит только одно: мой смертный приговор уже подписан. Пусть и не сразу, но меня убьют.

От понимания того, что ничего сделать невозможно, внутри обрывается нить надежды. Сажусь пятой точкой на пятки, кладу руки на колени. Голова понуро опускается. Я не знаю, что делать. Просто не знаю.

Дерек открывает блокнот и делает какие-то пометки, а я сижу, не шевелясь. Он говорит с кем-то по телефону, а я всё сижу. Сортирует файлы по папкам, я – сижу. Пятки отнимаются, зад каменеет, коленные чашечки матерятся, связки простреливают, мышцы ноют.

Стискиваю зубы, но не двигаюсь с места. Листы из одной стопки медленно кочуют в другую, а я продолжаю сидеть. Когда Дерек подписывает последний листок, за окном уже смеркается.

Он переводит на меня взгляд.

– Ты собрала вещи?

Мотаю головой.

– У тебя полчаса на сборы, потом ждём тебя в гостиной. Сумки спустить тебе помогут.

Удерживаю слёзы – изо всех сил удерживаю. Не знаю, каким чудом мне это сейчас удаётся.

Медленно поднимаюсь на ноги. Боже, как больно. Сколько я провела в таком положении? Уж явно не один час и не два. Хочу сделать шаг, но ноги не слушаются, не гнутся. Они онемели, затекли и при этом гудят от боли.

Впиваюсь пальцами в стол.

– Знаю, я заслужила, – мой голос предательски дрожит, – но я никогда бы не предала и не унизила тебя намеренно. Я не думала о последствиях или говорила на эмоциях, потому что характер дурной. И уж точно я тебя не ненавижу и не желаю тебе гореть в аду. Я тебя люблю – больше жизни. Свою за твою готова отдать в любой момент. Но моя любовь тебе не нужна. Слишком неправильная. Разрушает всё, к чему ты привык. Как ураган. Совсем не подходит под твой идеальный костюм. Я – вирус в твоей системе. Если вирус не поддаётся лечению, его удаляют. Ты принял решение, и я его уважаю, хоть и не поддерживаю. Буду готова вовремя. Краснеть за меня тебе больше не придётся. Ты прав, так будет лучше для тебя. Но не для меня. Права голоса у меня нет. Если бы я могла выбирать, то выбрала бы быструю смерть, а не медленную. Я всё равно без тебя сдохну. Лучше бы ты убил меня сразу.

Отцепляю пальцы, поворачиваюсь и на негнущихся ногах ковыляю к двери. Внутри всё мёртвое. Даже слёзы наружу больше не просятся. Будто эмоции кто-то выключил.

– Стоять.

Замираю на месте. Дерек подходит, огибает меня и приподнимает пальцами мой подбородок.

– Ты же не выдержишь, принцесса. Снова сорвёшься. Ты не можешь быть послушной, гордость не позволяет тебе смириться. Я же вижу, как тебя от всего этого коробит. Ты мне в горло хотела вцепиться. И ты права: я добьюсь лишь того, что ты меня возненавидишь, перестанешь желать как мужчину и начнёшь презирать. Ты должна усвоить урок, но такую цену я платить не готов.

Он касается моей щеки. Судорожно втягиваю воздух и прижимаю его ладонь к лицу. Дерек хочет убрать руку, но я не даю. По инерции меня тянет вперёд, падаю на него, утыкаясь лицом ему в грудь. Отпускаю руку, крепко обнимаю его и всхлипываю.

– Нора, тебе пора собираться.

– Нет.

Я должна что-то сделать, чтобы он передумал. Но что я могу? Ничего по факту не умею, кроме как худо-бедно драться, стрелять и соблазнять мужчин. Но хоть что-то я должна сделать.

Приподнимаюсь на носочки, обвиваю его шею руками и припадаю к губам. Дерек не отвечает на поцелуй, но и оттолкнуть меня не пытается. Просто стоит и позволяет себя целовать. Не работает, чёрт!

Отлипаю от его губ, мычу от досады, смешанной со злостью, и…

Боже мой! Я врезала ему по яйцам… Со всей дури врезала. Мамочки! У меня даже в мыслях не было. Нога сама дёрнулась. Я хотела топнуть ею, а не урон наносить. Видимо, пересидела в позе раскаяния, и ноги решили послать меня на хрен. Изящный способ они выбрали, ничего не скажешь.

В испуге шарахаюсь назад. Главное – не споткнуться о свои же конечности. Кажется, они решили меня подставить по полной.

– Твою ж мать, – хрипит Дерек, складываясь пополам.

– Я не хотела, правда! Ноги не слушаются: пересидела. Я соберу… соберу вещи. Я мигом, – тараторю, сама не понимая, что говорю. – Нужно лёд приложить, – начинаю ретироваться к двери, – я сбегаю.