Мэри Влад – Водопад страсти (страница 10)

Андреа уже выглядит нормально, но пока ещё слаб. Его выписали из больницы несколько дней назад. А вот Эдриан ещё там. И он пока не в курсе, что его жена, кузина и сын мертвы. Ему сделали несколько операций, врачи трижды спасали ему жизнь. Его до сих пор держат на сильных обезболивающих, антибиотиках и чём-то ещё.

Из-за лекарств он не может ясно мыслить. Почти всё время спит или бредит. Ранения были тяжёлые, Эдриан потерял слишком много крови. Чудо, что он вообще выжил. Врачи сделали невозможное, но без его тяги к жизни их усилия были бы напрасны. Поэтому Босс не в курсе, что все, кто был ему дорог, погибли. Дерек запретил говорить ему. Эдриан до сих пор борется за жизнь, а если он узнает, что они мертвы, то потеряет смысл жить дальше.

***

Я думала, на тренировке или после Дерек доведёт начатое в кабинете до конца, но нет. Не сделал он этого и утром. Просто наблюдал, как я изнываю от желания, и улыбался. Начинаю думать, что мой муж не только мазохист, но ещё и садист. Я ошибалась, ему нравится издеваться надо мной.

Оглядываю себя в зеркале. Чёрное закрытое платье. Закрытое по всем фронтам, потому что после вчерашней тренировки моё тело всё в синяках. Дерек больше не жалеет меня, заставляет пахать как проклятую. А вчера так вообще чуть в могилу не загнал.

Когда сегодня он сказал, что я должна сопровождать его на вечер в честь благотворительной организации, я даже обрадовалась. Впервые за две недели я куда-то выйду. Неужели.

Выхожу из комнаты и врезаюсь в Андреа. Это ещё что за…

– Красивое платье, – Андреа улыбается. – Не слишком празднично для дома?

– Но… – начинаю краснеть от догадки, – Дерек сказал, что я иду с ним.

– Ты что-то путаешь, принцесса. Дерек сейчас не возьмёт тебя на деловую встречу. Ты наказана и лишена привилегий, которые полагаются его жене. Пока он не решит отменить наказание, у тебя прав не больше, чем у кухарки.

– Деловая встреча? Он говорил, что сегодня вечер в честь… – осекаюсь, понимая, что Дерек соврал мне.

– Он давно уехал. Мне велено присмотреть за тобой.

– То есть… – Я сжимаю кулаки, глубоко и медленно дышу. – Ясно. А вниз спуститься можно?

– В моём сопровождении – да. Можно даже прогуляться.

– Но почему ты? Почему всегда ты?

Андреа пожимает плечами.

– Я переоденусь.

Закрываю дверь, иду в гардеробную и аккуратно снимаю платье. Злюсь ли я? Да, но истерику закатывать не стану. Я помню про кнут. Дерек, видимо, специально меня провоцирует. Я не доставлю ему удовольствия ещё раз всадить в меня шипы.

Надеваю кремовую кофточку и светлые джинсы, влезаю в кроссовки, выхожу из комнаты. Мы спускаемся на кухню.

Чёрт, мне нужно выпить, иначе моя голова скоро взорвётся от напряжения.

Достаю мартини, предлагаю Андреа, он отрицательно качает головой. Пожимаю плечами, сажусь на стул и делаю несколько глотков.

– Как ты себя чувствуешь? – спрашиваю, повернувшись к Андреа.

– Почти нормально, – он садится рядом, – а ты?

– Паршиво, если честно. Но ты же и так в курсе. А как у вас с Луизой? Я видела, она постоянно к тебе приходила. Это же про тебя она говорила, что вам вместе легко и всё такое?

Кажется, у меня язык развязался.

– С ней классно, – Андреа улыбается. – Можно поговорить обо всём, у нас много общего. Но мы просто общаемся. Больше ничего.

– Так мило, – строю ему рожицу. – А мы с Дереком просто трахаемся. Больше ничего.

Андреа не отвечает, наблюдая, как я опустошаю небольшую бутылочку. Ну правильно: ему же приказали сторожить меня, а не развлекать.

– Нора, – он хмурится, – не думаю, что стоит злить его.

– Он запретил это?

– Нет.

– Значит, я могу напиться?

– Дело твоё. Но на твоём месте я бы воздержался.

Андреа прав, да. Я помню про кнут, но мне так плохо, что уже всё равно. Ощущение, что меня бросили и предали абсолютно все.

Эльза мертва, и я уже никогда не поговорю с ней, не возьму за руку, не услышу её смех, не посмотрю в её ясные добрые глаза. Она никогда больше обнимет меня, не скажет, что всё будет в порядке. Никогда не пойдёт на свидание, не выйдет замуж, не заведёт детей. У неё больше не будет ничего, что могло бы быть. Это несправедливо. Ну почему она?! И я не могу ни с кем это обсудить. Напоминать о ней Дереку я опасаюсь. Вряд ли он готов говорить об этом.

Нет, он… готов только издеваться надо мной. Самый близкий мне человек решил поквитаться за все мои промахи. Сейчас ему плевать на то, что я чувствую. Это никого здесь не волнует, так есть ли смысл обсуждать это с кем-то? В лучшем случае я услышу лишь дежурные фразы. В худшем – меня поднимут на смех за слабость.

Но эта его вечерняя выходка… Какого чёрта?! Я две недели обслуживала его, а он соврал мне! Снова решил поиздеваться. Ублюдок.

Я делаю несколько больших глотков, затем впиваюсь взглядом в Андреа. Если уж я не могу высказать всё, что у меня на душе, то можно поболтать о другом. Мне необходимо чувствовать чьё-то присутствие. Ощущение одиночества сводит меня с ума.

– Что случилось с записью, про которую ты говорил?

– Дерек забрал.

– Просто забрал и ничего больше не сделал?

– Зачем тебе знать?

– Скажи.

– Не вовлекай меня в ваши разборки.

– Ты сам влез, когда оставил видео себе. Что он сделал, говори.

Андреа молчит. Фыркаю и допиваю оставшееся.

– Нора, тебе всё же не стоит напиваться. Дерек не будет рад. Ты не поняла, что это очередная проверка? И ты её не прошла. Сидишь тут и накачиваешься алкоголем вместо того, чтобы…

– Чтобы что? Приготовить ему ванну с пеной?

Обида вспыхивает с новой силой. Все мои благие намерения, если таковые и имелись, теперь утонули в мартини. Злость накатывает волнами, и каждая волна сильнее предыдущей. Я хотела провести вечер с Дереком. И я была бы ласкова, послушна и нежна, но после его выходки мне совсем не хочется делать ему приятно. Наоборот.

– Я возьму ещё одну, если не скажешь. Тебе ведь тоже достанется. Не думаю, что Дерек поблагодарит тебя. Хорош сторожевой пёс, ничего не скажешь!

Встаю, открываю шкафчик и достаю небольшую бутылку виски. Верчу её в руках, понимая, что уже давно не видела в доме бутылок стандартного объёма. Интересно, с чем это связано?

– Нора, нет! – Андреа подскакивает со стула и вырывает у меня бутылку.

Я хмыкаю, доставая другую.

– Говори, – я смотрю на Андреа, – или, клянусь, понесёшь меня отсюда на руках. За такое Дерек тебя точно четвертует.

– Ну врезал он мне хорошенько, а перед этим заставил передёрнуть на это видео. Ты это хотела услышать?

– Он стоял и смотрел, как ты мастурбируешь на эту запись?

Я в шоке прислоняюсь к столу. Андреа молчит. Видимо, уже пожалел, что рассказал мне.

– Он и правда больной на всю голову, – ошарашенно шепчу я.

– Долго же до тебя доходит, принцесса, – тихо произносит Дерек, а я покрываюсь холодным потом.

Шаги приближаются. Отлипаю от стола и поворачиваюсь. Бутылка чуть не падает из рук. Его рубашка в крови, а взгляд такой усталый, что мне моментально становится стыдно. Надеюсь, кровь не его.

Открываю рот, но Дерек не даёт мне и слова сказать.

– А если даже и ванну с пеной? – Он прищуривается. – Ты хоть раз мне её готовила? Чем я заслужил такое дерьмовое отношение? Слишком стрёмный? Видимо, да.

Дерек направляется к выходу.

– Ты знала, на что шла. Я не стал для тебя грёбаным сюрпризом. Продолжай развлекаться. Сегодня ты спишь у себя. Не хочу тебя видеть.

Ставлю бутылку на стол, прикрываю лицо руками.