Мэри Влад – Девонли. Ритмы ночи (страница 8)

Когда я согласилась работать на Хейза, меня мало волновали условия, я думала лишь о том, что смогу помочь родителям выплатить долг. Но стоило мне внимательно изучить содержание электронного письма и контракт, причин для тревог прибавилось.

Во-первых, наниматель может досрочно разорвать контракт, если его не устроит, как артист справляется с поставленной перед ним задачей. И что мне делать, если я и правда не подойду им? Деньги вернуть я уже не смогу.

Во-вторых, там есть пункт о неразглашении информации. Благо, я не ляпнула никому ничего лишнего. А если бы я решила похвастаться и выболтала все подробности?! Почему Кристофер не мог предупредить меня?

В-третьих, у девушек должно быть минимум одно вечернее платье. Да, я купила его перед отъездом, но оно дешёвое и подойдёт ли? А ещё нужны туфли на каблуках. Парням же необходимы чёрный смокинг, парадная рубашка и классические туфли. Для чего нам это?

В-четвёртых, перечень анализов действительно внушительный. Пришлось в буквальном смысле пройти обследование всего организма. Но это как раз имеет смысл: чтобы весь год работать без продыха, артисты должны обладать отменным здоровьем.

В-пятых, пункт назначения – не просто закрытый театр на острове, а закрытый театр на частном острове! Нет, серьёзно, вот это уже конкретный перебор. Ну кто в здравом уме купит остров? И, главное, зачем? Ради развлечения? Или это стратегический объект на случай необходимости переждать опасность? Но на человечество ведь не обрушилась эпидемия, над головой мирное небо, а по улицам не разгуливают зомби или террористы. Значит, остаётся первый вариант: кто-то купил остров, чтобы построить там театр для привилегированных особ. И, возможно, не только театр, а целый город, потому что в пункте про одежду указано, что всё можно будет купить на месте. Вот уж действительно: у богатых свои причуды.

– Привет, я Томми, – раздаётся сбоку, и я поворачиваю голову.

Рядом со мной стоит довольно высокий парень, одетый в светлые линялые джинсы и тёмно-бордовый бомбер. Его пшеничного цвета волосы нарочито небрежно растрёпаны, зелёные глаза излучают веселье, а улыбка слегка самодовольная и озорная. Он не производит отталкивающего впечатления, поэтому я киваю и произношу:

– Лили.

– Приятно познакомиться, Лили. – Томми прислоняется к перилам и чуть наклоняет голову набок, разглядывая меня. – А чего ты стоишь тут одна? Холодно же. И ты пропустила общее знакомство. Теперь все друг друга знают, кроме тебя.

– Ещё успею со всеми пообщаться. С тобой ведь уже познакомилась.

Его улыбка становится шире.

– А ты красивая, – бесцеремонно заявляет он. – Кордебалет или соло?

– В контракте указано, что возможны сольные вариации или небольшие партии.

– Круто. Может, даже станцуем дуэтом.

– Ты солист?

– Второстепенные роли. Но и кордебалетом не брезгую, мне нравится работать в команде, иногда это прикольно.

– А из какой ты труппы?

– Сам я из Сент-Грув, начинал там, а когда перебрался в Нью-Кройд, мест сменил немало, даже в Гала успел поработать. А ты откуда?

– Из Шервуда, но там нет ни балетной академии, ни театра, поэтому я училась и работала в Нью-Кройде.

– Где именно?

– После выпуска меня взяли в бюджетный театр, а потом я устроилась в коммерческую труппу.

– Да, в Нью-Кройде и того, и того добра хватает. Но нигде не платят столько, сколько предложили здесь.

– Ты поэтому согласился?

– Конечно. Это же просто рай: всё включено, ещё и зарплата выше в несколько раз.

– Но целый год – это так долго.

– Считай, что это просто гастрольный тур.

– Никогда не была на гастролях.

– Первый раз может быть тяжело, да. Но мы же плывём на остров для богачей, Лили, – Томми подмигивает мне. – Неужели не хочешь посмотреть, как на самом деле живут небожители?

– Вряд ли мы много увидим. И уж точно не пересечёмся с теми, для кого будем танцевать.

– А вот я думаю иначе. По крайней мере, совместный банкет точно будет.

– С чего ты взял?

– А для чего, по-твоему, нужно иметь при себе смокинги и вечерние платья?

– Ох…

– Только не говори, что забыла взять.

– Не забыла, – мрачнею. – Просто моё платье вряд ли подойдёт, если всё так, как ты говоришь. Оно… слишком дешёвое для подобных мероприятий.

– Значит, купишь на месте. Если не будет подходящего, можно заказать доставку.

– Ага, – киваю, решив умолчать, что денег у меня с собой – кот наплакал. Неважно, что сейчас этот парень мило улыбается мне. Стоит ему узнать, что у меня за душой нет ни пары сотен лишних баксов, ни одной действительно стоящей вариации, его улыбка незамедлительно превратится в язвительный оскал.

Балетный мир жесток, а его обитатели могут быть весьма двуличны и тщеславны. Сольные партии – прямая дорога к звёздному статусу, привилегиям и большим деньгам. Даже если за саму партию артисту и не заплатят много, его в любом случае заметят – и бонусы не заставят себя ждать.

Ради главной роли многие готовы совершать подлые поступки. Артисты заводят не друзей, а полезные связи. Они не ищут поддержки и не поддерживают, а используют друг друга, пока хотя бы одной из сторон это выгодно.

Разумеется, всегда есть исключения из правил. Просто мне такие пока не встречались.

– Ха, подплываем, – Томми указывает в сторону берега. – Как тебе островочек, м?

– Довольно… большой, – отвечаю, уставившись на махину, что предстала перед нами.

В мыслях я представляла, что это будет остров среднего размера, на котором находятся несколько зданий – театр, общежитие для артистов, отель для зрителей и, возможно, парочка магазинов. Но такого размаха я не ожидала. Он действительно огромный. Даже отсюда эта громадина напоминает автономное мини-государство, возвышающееся посреди морских просторов.

Ландшафт острова неровный: спереди он пологий и песчаный, но постепенно со всех сторон становится всё выше и выше. По бокам береговая линия изрезана гигантскими отвесными скалами, которые в закатных лучах кажутся почти чёрными. Волны бьются о них так неистово, словно хотят раздробить их. Да и сами горы выглядят так, будто давно мечтают расколоться на тысячи осколков. Но этому не бывать: на каменистых вершинах горделиво разбросаны величественные деревья. Уж не знаю, каким образом они пустили там вековые корни, но именно они и предотвращают обвалы.

Причал находится прямо по центру, и создаётся ощущение, что это единственный путь, каким можно сойти на сушу. Задняя часть острова мне тоже видна: препятствия в виде неприступных скал и высоких деревьев поджидают заблудших путников и там.

Охранников в чёрной спецформе на причале и рядом так много, что можно подумать, будто это засекреченный объект государственной важности, а не владения до ужаса богатого человека, который решил создать своё автономное королевство для развлечений.

Вдали от берега виднеются леса, плато и холмы, которые добавляют острову живописности и резко контрастируют с его суровой скалистой структурой и зданиями, коих там предостаточно. Почти все они, насколько я могу отсюда разглядеть, выполнены в готическом или похожем стиле, что вполне подходит природе острова. Он словно дышит загадкой и таинственностью, скрывая в себе мрачные секреты и опасности.

Это место жуть наводит. Согласна, есть в нём что-то притягательное, но пока я не разделяю восторга стоящего рядом Томми. Неужели мне придётся провести здесь целый год?

– Это точно частный остров? – спрашиваю с сомнением, ещё раз оценив его гигантские масштабы и размах построек.

– Да какая разница? Мы всё равно уже здесь. Ладно, пойдём за вещами. Скоро причаливаем.

Томми направляется в сторону крытой части палубы, и я, вздохнув, иду за ним.

Багажа у меня немного: я не отношусь к девушкам, помешанным на шоппинге. Весь мой гардероб уместился в один большой чемодан, а балетные вещи, гигиенические принадлежности и несколько книг я положила в спортивную сумку. Документы, деньги, телефон и прочие мелочи легко вместились в поясную сумочку, которую я на всякий случай спрятала под бомбером.

Паром сбавляет ход, и все начинают двигаться к выходу, а я стою в дальнем углу и жду, когда схлынет толпа. Говоря «толпа», я это и имею в виду. Нас и правда очень много. Томми сказал, что премьеры, первые и вторые солисты, корифеи, кордебалет и артисты миманса [разряды артистов балета; подробнее в глоссарии] собраны в полном составе. Не уверена, что хочу знакомиться со всеми. Заводить здесь друзей и открываться им я точно не намерена: лишние проблемы мне ни к чему. В прошлом одна из таких «подруг» уже подставляла меня.

Я тогда только вливалась в коллектив театра и была благодарна ей за то, что она помогла мне разучить одну постановку. Однако, как выяснилось на первой же репетиции, та девушка просто хотела выставить деревенщину на посмешище и намеренно показала мне не те движения. Благо, она «помогала» лишь с тем спектаклем, которого не оказалось в записи. Остальной репертуар я выучила по видео.

После того случая я соблюдаю дистанцию с коллегами. Это не значит, что я сторонюсь их или враждую с ними, нет. Просто не подпускаю слишком близко, не ожидаю, что они встанут на мою сторону, и не удивляюсь, если сталкиваюсь с негативом или агрессией. Иногда мне кажется, что я не нравлюсь многим людям, но причины понять не могу. Взять хоть Катрину или Дженнис – я не сделала им ничего плохого, не вела себя заносчиво или вызывающе, но они невзлюбили меня сразу. Может, что-то не так с моим выражением лица?