Мэри Влад – Альянс желаний (страница 1)
Мэри Влад
Альянс желаний
Пролог
Серия «Дьявольские сети», книга третья
Выбор – очень интересная вещь…
Мы делаем его каждую минуту и даже секунду: когда решаем, что съесть на завтрак или какой дорогой поехать на работу. Даже когда нам кажется, что от нас ничего не зависит, мы тоже выбираем. Бездействие – тот же выбор.
Врачи сказали, что мне повезло. Я не свернула себе шею, не сломала позвоночник. У меня пара переломов и сотрясение мозга. И ещё я потеряла ребёнка. Возможно, никогда больше не смогу иметь детей. Я не думала о них, но сам факт, что меня лишили выбора… Снова.
Однако я жива.
Процесс восстановления был долгим. Много чего произошло за то время, пока я валялась в больнице, а потом приходила в себя.
Эдриан убил Кайла – Босс всегда убивает предателей своими руками.
Федэрико стал Боссом. Да, он предал Карлоса, но сделал это ради всех, так что голосование прошло почти единогласно.
Босс с Изабель сыграли свадьбу. Скоро она родит ему сына.
Джина стала официальной любовницей Альберто. Как она согласилась, ума не приложу.
А мы с Дереком решили остаться друзьями. Точнее, это он так решил. Вбил себе в голову очередную блажь. Дерек мне даже в глаза смотреть не мог после произошедшего.
Он сам отвёз меня в больницу, так мне сказали.
Когда я пришла в себя, Дерек держал меня за руку и повторял: «Это моя вина». Снова и снова, будто в каком-то трансе. Он сидел со мной долго, потом позвал врача, поцеловал меня в лоб и ушёл. Его глаза казались безжизненными – никакого льда, никакого огня, только чёрная пустыня. И лишь после того, как доктор рассказал, что со мной случилось, я поняла, почему Дерек был словно мёртвый.
Он винит себя, что не смог уберечь меня. Винит себя в том, что я пострадала из-за него.
Дерек не избегает меня, ничего такого. Продолжает заботиться обо мне, как и раньше. Даже больше. Но теперь он боится, что рядом с ним мне грозит опасность. И он вбил себе в голову, что опасность эта исходит именно от него.
Люблю ли я его? Да.
Но у меня больше нет сил бороться за наши отношения. Это сложно. Против этой стены я бессильна.
Любит ли он меня? Не могу прочесть его мысли или залезть к нему в голову. Да и не хочу. Я сдалась.
Я всегда выбирала его. Всегда. Но теперь мне нужно научиться выбирать себя, чтобы собрать по крупицам то, что от меня осталось.
Плейлист
“Paint It, Black”, Ciara
“Go To Hell”, Cat Pierce
“The Beginning of the End”, Cat Pierce
“King of Shadow”, Kat Cunning
“Take Me To The River”, Kaleida
“Solo Dancing”, Indiana
“A Thousand Kisses Deep”, Leonard Cohen
“O Children”, Nick Cave & The Bad Seeds
“Silent Killer”, Alexina
Глава 1
– Вставай! – шиплю и только потом понимаю, что произнесла это вслух.
– Любимое слово? – Александра усмехается, помогает мне подняться. – Не будь так строга к себе, Нора. Три месяца назад ты даже ходить сама не могла.
– Спасибо, что напомнила, – ворчу я и отхожу к окну.
Немного странно, что в тренажёрке есть окна. Она находится чуть ниже, чем остальные помещения в доме, однако окна здесь есть.
Машинально тянусь рукой к ямочке между ключицами. Подвеска, которую подарил мне Дерек, куда-то пропала, но этот жест меня до сих пор успокаивает. Не знаю, где она. Когда я очнулась в палате, на мне была лишь больничная сорочка, больше ничего. Наручные часы лежали на тумбочке, но подвески и след простыл.
Смотрю на падающий снег и усмехаюсь. Рождественские и новогодние праздники давно прошли, а погода вдруг решила дать волю чувствам: нас заметает второй день.
Да, уже конец января. Четыре с лишним месяца словно выпали из жизни: терапия, тренировки – всё заново, с нуля. Меня тренировали чуть ли не всей семьёй. Они тряслись надо мной, будто я, и правда, принцесса.
Сейчас я снова в строю, но пока не вошла в прежнюю форму: всё ещё медленная. Теперь меня тренируют Александра и Джина. Тренировки даются уже легче, однако два перелома иногда напоминают о себе. Понимаю, почему я не чувствовала руку и ногу с левой стороны. Наверное, у меня был болевой шок.
– Думаю, хватит, ты хорошо потрудилась. – Александра подходит и кладёт руку мне на плечо. – Пойдём наверх, примем душ и приоденемся. Ты же помнишь, что сегодня семейный ужин?
Киваю.
Конечно, я помню. Но мне плевать. Да, они всё-таки стали моей семьёй. У меня больше никого нет. Однако теперь и это неважно.
Когда я захожу в спальню, то сразу иду в ванную комнату, стягиваю тренировочную форму и отправляю её в корзину для грязного белья. Встаю под душ и щедро растираю по коже ароматный гель. Вода меня до сих пор успокаивает, поэтому я смываю с себя мыльную пену и долго стою под тёплыми струями.
Я не игнорирую уход за собой, но сколько бы кремов я в себя ни втирала, каким бы вкусным парфюмом ни брызгалась и сколько бы косметики ни наносила, в зеркале я всё равно вижу лишь блёклое пятно. За эти месяцы глаза потухли, а лицо осунулось. Конечно, с помощью макияжа удаётся не выглядеть как серая мышь, но крашусь я теперь нечасто. Мне снова стало плевать на внешность.
Однако сегодня накраситься придётся. Не хочется опять ловить на себе сочувствующие взгляды, поэтому лицо я «рисую» поярче. Затем машинально накручиваю локоны, одеваюсь и спускаюсь вниз.
Все уже за столом.
Мне оставили место… напротив Дерека.
Натягиваю улыбку и сажусь.
В их шутки и разговоры я даже не вникаю; отвечаю что-то невпопад, если ко мне обращаются. Еда – единственное, что меня до сих пор радует. Ем и заливаю в себя вино – один бокал за другим.
Дерек смотрит неодобрительно и качает головой. Тоже мне друг! Он в мои няньки записался, что ли? Если ему настолько не плевать, зачем нужно было рвать наши отношения?
Когда все потихоньку рассредоточиваются по гостиной, я подхожу к Изабель и сажусь рядом с ней на диван.
– Скоро? – киваю я на её живот. Он уже очень большой.
– Неделя, может, две. Я хочу завтра поехать в клинику.
– Так рано?
– Я же трусиха, Нора, – усмехается Изабель. – Мне будет спокойнее присмотром врачей.
– Понимаю.
Пялюсь на опустевший бокал и в который раз задаюсь вопросом, как моя жизнь превратилась вот в это. В голове проносится слишком много ответов, которые подкидывает вредный внутренний голос, но я отмахиваюсь от них. Не в том я состоянии, чтобы добивать себя самокритикой. Мне просто… плевать.
– Освежить тебе? – спрашивает Андреа, и я качаю головой.
В отличие от остальных, он не ведёт себя со мной так, будто я хрустальная ваза. Знаю, они благодарны мне, их семья вернула себе авторитет, но всему же есть предел. Они скоро задушат меня своей заботой, но вместе с тем… мне так одиноко.
Внутри вновь расползается пустота. Я нахожусь в заполненной людьми комнате, но ощущение – словно посреди ледяной пустыни.
Ставлю пустой бокал на столик и выхожу на улицу. Снег идёт под углом, валит прямо на летнюю террасу, и я подставляю лицо морозным крупинкам. Но голова так сильно кружится, что приходится прислониться к стене.
– Как ты, Нора?
Я открываю глаза. Эдриан пристально смотрит на меня, будто хочет разглядеть что-то. Ничего он не увидит: я научилась носить маски.