Мэри Торджуссен – Ты все ближе (страница 4)

— Интересно, — заметила я. — Но чтобы судить, действительно ли идея так хороша, я должна сама попробовать.

— Запросто, — вновь рассмеялся он.

В начале встречи я отдала ему свое резюме. Гарри вытащил документ из конверта.

— Так вас уволили из «Джексон и Грини»?

— Да, они закрыли местный офис и переехали в Эдинбург. Я была помощником генерального директора, Лео Джексона.

— Вы не захотели жить в Эдинбурге? Прекрасный город.

— У моего мужа здесь работа, — ответила я, — и переезд не входит в его планы.

Я не стала говорить, что у нас в семье последнее слово всегда было за Томом, поскольку он больше зарабатывал.

— Кроме того, здесь живет его сын от первого брака, и он хочет быть рядом. Да и жизнь в Эдинбурге значительно дороже.

К тому времени мы как раз выплачивали последние взносы по ипотеке, и Том сказал, что нет смысла вновь залезать в долги.

Гарри внимательно читал мое резюме.

— Надо же, вы окончили Ливерпульский университет! Я тоже там учился, правда, несколькими годами раньше.

Следующие пару часов мы говорили о чем угодно, только не о работе. Между нами оказалось много общего: выросли в районе Пенни-Лейн, ходили в одни и те же бары и проводили летние вечера в Сефтон-парке.

Эти два дня в офисе не появлялся никто, кроме меня и Гарри, и к вечеру пятницы мне казалось, что я знаю его как минимум несколько месяцев. Мы вошли в лифт и одновременно потянулись руками к кнопке первого этажа. Между нами проскочил электрический разряд. Я сначала подумала, что меня ударило током от металлической панели, но через мгновение поняла, что прикоснулась к его руке. Я отскочила назад и засунула руки в карманы, не смея взглянуть на него. Мы оба стояли молча, пока не поняли, что лифт не движется — никто из нас так и не нажал кнопку.

Гарри нервно усмехнулся. Украдкой взглянув на него, я заметила, что его лицо залила краска.

— На Новый год мы не работаем, так что увидимся в среду, — официальным тоном сказал он, когда мы вышли на улицу.

— Хорошо. Счастливого Нового года.

— Счастливого Нового года. — Мы вновь смущенно посмотрели друг на друга. — Надеюсь, он будет хорошим для нас обоих.

Вспоминая нашу первую встречу, я преисполнилась нежности к Гарри. Так что я взяла телефон, чтобы написать, что все понимаю и не обижусь, если он не сможет приехать сегодня. Однако вовремя остановилась. Мы с самого начала договорились, что не будем друг другу писать. Мы общались через корпоративный чат и никогда не пользовались личными мобильными. Нас было слишком легко разоблачить. Я знала, что Гарри постарается связаться со мной вечером, и решила не спускать глаз с телефона, чтобы не пропустить сообщение.

У меня в контактах даже не записан его номер. Меня парализовала сама мысль, что Том может найти текстовое или голосовое сообщение и что-нибудь заподозрить. Мы с Гарри говорили по офисному телефону, в течение рабочего дня отправляли сообщения, а чаще просто общались с глазу на глаз. Его кабинет был рядом с моим, и мы видели друг друга через стекло.

Но в тот день мы обменялись телефонами и по настоянию Гарри даже выучили номера наизусть — на всякий случай.

— На какой случай? — спросила я.

— Вдруг я буду так спешить к тебе, что попаду в аварию, — ответил Гарри. — Только представь: машина разбита, телефон в щепки. Должны же работники скорой знать, кому звонить.

Я вернулась к себе за стол, чтобы закончить срочную работу, и он несколько раз звонил просто для того, чтобы проговорить мне мой же номер. Я делала то же самое. Мы оба сходили с ума от волнения. И предвкушения.

Ближе к вечеру, когда Сара ушла, я постучалась к нему и сказала:

— Сегодня вечером?

Его лицо озарилось улыбкой.

— Да.

— Ты уверен? Еще не поздно отказаться.

— Я уверен, — кивнул он. — Правда.

Через час я вылезла из ванны, розовая и распаренная, окончательно поняв, что сегодня Гарри не появится. Ничего, он приедет рано утром, пока я сплю, войдет в комнату и разбудит меня поцелуем.

Готовясь ко сну, втирая в кожу увлажняющий лосьон, я представляла, что Гарри в этот момент выясняет отношения с женой, говорит ей, что любит меня. Та плачет. Поймав свое отражение в зеркале, я отвернулась и тут же напомнила себе, что сойтись предложил Гарри. Сказал, что они с Эммой несчастливы вместе, что он любит меня и хочет быть со мной.

Тем не менее в зеркало я старалась больше не смотреть, а когда выключила свет и улеглась, мои щеки горели от стыда.

Глава 6

В семь утра я резко вздрогнула и открыла глаза. Шторы были плотные, и в комнате было темно. В первое мгновение подумала, что лежу у себя в спальне рядом с Томом, но, не нащупав ногой ничего, кроме прохладной простыни, я все вспомнила.

Я не спала до глубокой ночи, прокручивая в голове всевозможные сценарии. Вдруг Эмма вцепилась в Гарри как пиявка и он решил, что не может ее бросить? У меня упало сердце. А может, по дороге домой он попал в аварию? Я просмотрела местные новости, однако ничего не нашла. Благодаря бизнесу Гарри был довольно известной в городе личностью, и если бы что-то случилось, об этом бы написали. Я облегченно вздохнула: по крайней мере в интернете никаких тревожных сообщений.

Затем меня охватил еще один страх. Вдруг у него не выдержало сердце? Нет, не может быть, ему всего сорок один. Гарри вел здоровый образ жизни и мог служить живой рекламой полезных продуктов, которые продавала его компания. Когда мы расставались, он не выглядел напряженным. Разумеется, он волновался, но был счастливым и жизнерадостным. Вечером ему предстояла встреча с сестрой Эммы — Джейн, которая работала в компании главным бухгалтером. То был ее последний день на работе: Джейн решила вернуться в университет и получить степень магистра. Мы специально подгадали дату отъезда к ее уходу, поскольку не хотели работать с Джейн после того, как Гарри бросит ее сестру ради меня.

Уходя из офиса, я столкнулась с ней у лифта.

— Извини, что я так поздно, — сказала она. — Целый день ношусь — передаю дела. Гарри у себя?

— Он на встрече с Риком Брауном, вернется с минуты на минуту.

Ощущая ужасную неловкость, я провела Джейн в кабинет и сделала ей кофе. Пока она рассказывала об учебе и своих надеждах на успешную карьеру, я чувствовала себя последней стервой — болтаю с ней, как ни в чем не бывало, в то время как Гарри собирается уйти ради меня от ее сестры.

— Извини, что задержала, Руби. Ты иди домой, — сказала Джейн через несколько минут и достала из сумки телефон. — Я подожду Гарри. Мне все равно надо сделать несколько звонков.

Целый день я просидела в гостинице — даже еду заказывала прямо в номер, — ожидая появления Гарри. Я все еще надеялась, что он ворвется в комнату, начнет умолять о прощении и объясняться, схватит меня в объятия и расцелует, желая убедиться, что я не передумала. Хотя номер был достаточно просторный, я чувствовала себя как в клетке. Мне надоело сидеть, и я стала расхаживать по комнате, считая шаги и отгоняя дурные мысли. Где же он, черт возьми?

Я напрасно пыталась найти утешение в социальных сетях. Долго смотрела на его фото профиля в Фейсбуке — двухлетней давности, еще до нашей встречи. Гарри сидел в баре где-то на Ямайке, улыбаясь и поднимая бокал с холодным пивом. Я всегда ненавидела этот кадр, потому что знала: он улыбается Эмме. Брак не может быть абсолютно неудачным, ведь даже остановившиеся часы дважды в день показывают верное время. Бывают дни, или момент, когда все прекрасно, и ты вспоминаешь, почему выбрал этого человека. На фото был именно такой момент.

Мы с Гарри не были друзьями в Фейсбуке. Я не люблю социальные сети — глядя там на других, только убеждаюсь в недостатках моей собственной жизни.

— Эмма иногда пользуется моим телефоном. Я не хочу беспокоиться, что она прочтет нашу переписку, — сказал мне Гарри. — Это несправедливо по отношению к ней. Кроме того, мне неприятно видеть, как прекрасно ты проводишь время со своим мужем.

Я сама не знала, из каких фотографий можно было решить, что мы прекрасно проводим время, и все же понимала, что он имеет в виду.

— А Твиттер?

— Я им почти не пользуюсь, только по работе. Я вообще не любитель соцсетей, в отличие от Эммы. Она обожает Инстаграм.

Лучше бы Гарри этого не говорил. Как только он ушел на встречу, я повернула монитор так, чтобы Сара не могла его видеть, и зарегистрировалась в Инстаграме под вымышленным именем. А вот и Эмма: блестящие светлые волосы, ослепительная улыбка, голубые глаза, загорелая кожа. Она выглядела такой уверенной в себе, полной жизни, и я сразу поняла, почему Гарри был с ней. Меня затошнило от ревности. Я закрыла Инстаграм и вернулась к работе, однако перед глазами стояло ее улыбающееся лицо с поднятым подбородком и прямым взглядом. Не хотелось бы мне иметь такую женщину своим врагом.

С тех пор я в Инстаграм не заходила, чтобы не думать об Эмме, не видеть ее, не сравнивать с собой.

Но в тот день, сидя в гостинице в одиночестве, я подробно изучила ее страничку: просмотрела все фото, прочла комментарии, узнала, на кого она подписана, запомнила, какие фильмы, музыку и шоу она любит. Я обратила внимание, что она уже около месяца ничего не постила, и удивилась, но, пролистав фотографии еще раз, поняла, что у нее так часто: тишина, а потом сразу много сообщений. К моей радости, фотографий с Гарри было всего несколько. Мне хотелось увидеть любимого, но не ее глазами.