Мэри Спринг – Трибрид (страница 11)

Сейчас я уже стою в кабинете ректора, который, кстати, отделан в светлых тонах, как и полагается женщине. Большие окна с бирюзовыми занавесками, продолговатый рабочий стол из качественной древесины, небольшой диван с мягкой обивкой и стеллажи с различными папками. С сегодняшнего дня мне предстоит жить в общежитии, и, если учесть вчерашние слухи о высокородных, отдельная комната мне не светит.

– Вот твое расписание, – она передала мне небольшой лист. – Сейчас иди к коменданту, она тебе покажет комнату, в которой ты будешь жить. Твои вещи уже там. Затем зайди в библиотеку, тебе предоставят учебные книги для первого курса.

– Хорошо, – покорно сказала я.

– Также в академии есть несколько правил, которых следует придерживаться, – тем временем продолжила она. – Колдовать можно только при преподавателях на уроках или при выполнении домашнего задания. В любых других случаях колдовать в академии строго запрещено! На учёбу ходить строго в академической форме, на физподготовку – только в спортивной одежде, которая предоставляется академией. Отбой в десять. Что касается стипендии – она составляет сто десять долларов в месяц. При хорошей успеваемости ежемесячная стипендия увеличивается до пяти сотен.

Я была, мягко говоря, возмущена. Сто десять долларов? Когда они последний раз цены видели? На них же толком и месяц не прожить. Хотя ладно, мое проживание вместе с питанием, как и обучение – уже оплачено. Значит стипендия пойдет на личные нужды. Да здравствует, блин, бедность!

После короткого инструктажа я направилась в женское общежитие.

Первый этаж был такой же светлый, как в центральном здании, только лестница находилась чуть левее. При входе меня сразу встретила пожилая женщина за стойкой. Её поседевшие от возраста волосы были завязаны в пучок, нос горбинкой, на глазах крупные очки. Она сидела сгорбившись и читала какую-то книгу. Сзади нее я заметила довольно непримечательную, потертую временем, дверь. Интересно, что там? Кладовая или она там живёт?

– Здравствуйте, я на заселение, – произнесла я.

– О, – она подняла на меня взгляд и добродушно улыбнулась. – Здравствуй, милая, добро пожаловать. Давай-ка проверим, есть ли ты у нас в списках, – и достала какие-то бумаги. – Как тебя звать?

– Кожушко Соня Андреевна, – отчеканила я.

– Так-так… Да, есть, – сказала женщина, найдя мое имя. – Так это ты у нас, значит, родственница ректора, – она не спрашивала, а утверждала. И совсем не скрывая начала меня рассматривать. – Что ж, рада с тобой наконец познакомиться. А то со вчерашнего дня все только и говорят о том, что у нас будет жить и учится родственница ректора. Меня, кстати, Симона звать.

– Очень приятно, Симона, – мне нравилась эта женщина. Она не была похожа на других. Она простая, без всех этих заморочек, которых я уже навидалась.

– Иди за мной, я тебе тут все покажу.

Женщина вышла из-за стойки, и я немного оторопела. Симона была ну очень низкого роста и больше походила на гнома из сказок, чем на человека.

Здесь же на первом этаже с левой стороны оказались душевые комнаты – целых три штуки. Справа – пять прачечных. Симона поведала, что раз в неделю адепты сдают ей грязную одежду, она их стирает, а затем относит к ним в комнаты уже сухую и чистую. Так же раз в неделю меняет постельное белье и проводит влажную уборку.

– А вам нетрудно? – забеспокоилась я. – Вы же уже в почтительном возрасте всё-таки.

– Кто это в почтительном возрасте? – насупилась Симона уперев руки в бока.

– Простите, если это прозвучало бестактно, – я дала себе мысленный подзатыльник. Никогда нельзя женщине упоминать про ее возраст. Где мои манеры?

– Мне, между прочим, еще и трехсот нет, – она гордо вскинула подбородок. – Я ещё молода, а не стара! Да и чтобы вы делали без нас, домовых? Развели бы тут грязь да плесень.

– Вы домовиха? – я ощутила чистое детское восхищение. Увидев это, Симона примирительно улыбнулась. – Простите, пожалуйста, я не знала. Я просто никогда ещё не встречала домовых. Вы – первая, кого я встретила.

Довольная то ли моими словами, то ли моей реакцией, а может всем вместе, домовиха повела меня на следующий этаж. На втором этаже, как оказалось, располагались комнаты новичков, на третьем – апартаменты высокородных.

Мы прошли в самый конец левой стороны второго этажа и остановились около неприметной потертой двери под номером сто шесть. Домовиха направила руку к металлической посеребрённой дверной ручке, и из ее руки потекла тонкая струйка магии желтоватого оттенка. Услышав щелкнувший звук, она открыла дверь.

– Это твоя комната, – произнесла женщина, жестом приглашая меня войти.

Комната, конечно, была не большая, но и не каморка. В ней преобладали холодные оттенки, пол из ламината, а потолок украшал небольшой светильник. Слева от двери располагалось двустворчатое окно без занавесок, рядом с ним, изголовьем к стене – односпальная кровать, заправленная белым постельным бельем, на которой аккуратной стопочкой лежали моя академическая форма и форма, предназначенная для физических тренировок. У центральной части стены стоял небольшой письменный стол классического вида и деревянный табурет. Правую же часть стены занимала дверь, которая по всей видимости вела в уборную, также гардеробный и книжный шкафы, рядом с которыми стоял мой чемодан с одеждой.

Это что же получается, я буду жить одна, без соседей? Вот здорово! Это, конечно, не апартаменты высокородных, но, видимо, родство с ректором тоже даёт некоторые преимущества. Вряд ли, конечно, это понравится моим соседкам по этажу, ну и ладно!

– Каждая комната привязана к энергии ее владельца. Когда будешь уходить, она будет автоматически запираться. Чтобы ее открыть – просто направь на дверную ручку свою энергию, как это сделала я. Если захочешь закрыться изнутри, сделай то же самое, – объяснила Симона.

– А помимо меня кто-нибудь ещё может открыть мою дверь?

– Только я и ректор.

Понятно. Домовиха, потому что она тут следит за всем, и, грубо говоря, общежитие – ее детище. А ректор, потому что академия в принципе принадлежит ей.

– Располагайся, не буду тебе мешать, – произнесла она и удалилась.

Я по-быстрому разложила вещи в шкаф, благо было у меня их не так много. Большая часть моих вещей осталась в замке.

«Только недавно прикупила новые вещи, теперь снова нужно закупаться, – вздохнула я. – Может попросить дядю выслать мне хотя бы пятьсот долларов? Благо Сабина купила нужные принадлежности для учебы, – я достала из чемодана запакованное самопишущее перо и с десяток стопок пергамента в подшитых кожаных обложках. – И где она только их достала?»

Принадлежности положила на стол, а чемодан запихнула под кровать. Хорошо хоть уместился и не торчит нигде. Так, осталась только форма, но с этим я потом разберусь. Сначала библиотека!

Я вышла на улицу и вздохнула полной грудью. День был прекрасен: светило теплое солнце, листья деревьев начинают желтеть, природа постепенно наполняется разнообразными красками.

Войдя в центральное здание, я увидела людей, выходящих со стопками книг из двери в конце коридора. Кажется, именно в этой части крыла и была комната отдыха, значит, в конце находится библиотека. Подойдя к двери, я отметила, что она точно такая же, как и та дверь, ведущая в комнату отдыха. Единственная разница была в висевшей табличке с надписью: «Библиотека».

Когда я открыла дверь, моему взору предстала огромная комната с высоким потолком. Справа от меня находился ресепшен, за ним стояла светловолосая женщина в очках. А дальше шли книжные стеллажи. Множество книжных стеллажей, недалеко от которых находились столы со стульями.

– Здравствуйте, – я подошла к библиотекарю. – Мне нужны учебные книги для первого курса.

– Ваше имя, – потребовала она.

– Соня Кожушко.

Женщина что-то записала у себя в журнале, щёлкнула пальцем и на ресепшен подлетела стопка учебников. Я успела насчитать штук девять точно.

– Спасибо, – пробормотала я и, взяв учебники, вышла.

Для меня они были легки, но наблюдая за другими девушками, поняла, что нужно изображать, как мне тяжело их нести.

Я вышла на улицу и увидела, как одна из идущих впереди девушек упала. Книги вывалились из ее рук, а рядом стояла компания молодых людей. Присмотревшись, я поняла, что это был тот «кудрявый» со своей свитой. Он возвышался над девушкой и ухмылялся.

– У нищенки видимо руки не из того места растут, – услышала я его надменный голос, за которым последовали смешки парней и девушек из его компании. Было ясно, как день, что он специально подстроил эту сцену, дабы возвысить себя за счёт этой бедной девушки. Типичный подросток с низкой уверенностью в себе.

– А ты довольно смелый нападать на тех, кто слабее тебя, – произнесла я, подойдя ближе, – Видимо, на равных тебе силенок-то не хватает.

– Снова ты, – он скривился, как от зубной боли.

– Прости, что разочаровала тебя, но я сдала экзамен, – я широко улыбнулась. – А теперь будь паинькой, найди равного себе.

Он сверкнул в мою сторону глазами, в которых отражалась злость, и прошел мимо меня, задев плечом.

– Ты в порядке? – я присела рядом с девушкой и помогла ей собрать книги.

– Да, спасибо, – мы подняли друг на друга глаза и обе были удивлены увиденному. – Соня! Так ты все-таки сдала!

– Как и ты, – я улыбнулась. В голосе Хены была слышна неподдельная радость.