Мэри Ройс – Бывший пoд ёлку (страница 16)

Я с визгом приземляюсь на спину и мгновенно оказываюсь прижата его горячим телом к матрасу.

— Мы сделаем это позже. Сейчас я хочу хорошенько трахнуть тебя.

31 декабря 23:50

Я ставлю на стол плошку оливье, мандарины и шампанское. В общем-то это все, что удалось найти для праздничного стола — оливье, правда, без зеленого горошка, его в холодильнике не оказалось. С доставкой возникли проблемы из-за непогоды, и мы не стали делать из этого проблему.

Руслан притягивает меня в свои объятия, на нем только банное полотенце, обмотанное вокруг бедер, а на мне трусы.

Не вижу смысла особо одеваться, потому что этот маньяк действительно терзает меня весь день при каждом удобном случае.

Я поворачиваю голову, и Руслан без церемоний проталкивает свой язык мне в рот, скользя руками по моему животу, ребрам, со стоном обхватывая грудь.

— Знала бы ты, как идеально смотришься в таком виде, накрывая на стол.

— Н-да? — мурлычу я, неспешно отвечая на его глубокий медленный поцелуй.

— Да. — Его пальцы стискивают мои чувствительные соски, и я всхлипываю, выгибаясь навстречу его рукам. — Думаю, я одержим тобой, Веснушка.

Мои губы изгибаются в улыбке, и Руслан слизывает ее.

Я хохочу и уворачиваюсь от его губ и лапающих меня рук. По телевизору объявляют выступление президента.

— Нам нужно одеться. — Я показываю на нас двоих. — Не хочу провести весь следующий год с голой задницей.

Руслан подается ко мне и подхватывает под задницу, вынуждая обнять его за талию.

— А по-моему звучит отлично.

Он упирается в мой лоб своим.

— Что скажешь, Басманова? Весь следующий год, с кольцом, моей фамилией и моим членом внутри тебя?

Я не могу сдержать смеха, только он тихий, и от него в груди разливается уютное и щемящее душу тепло. Басманов очарователен в своей романтике.

— Тогда трахни меня на праздничном столе. Начнем Новый год правильно.

Из телевизора доносится бой курантов, а я прижимаюсь к любимому мужчине и целую его со всей страстью, загадывая свое самое заветное желание. И, почему-то уверена, оно у нас одно на двоих.