Мэри Ройс – Бывший под елку (страница 13)

Я улыбаюсь, подогреваясь искрами, пылающими между нами как оргазмический фонтан. Но у кого-то кончается терпение… Руслан делает подсечку, и я с визгом шлепаюсь ему на колени.

А потом Басманов просто берет и срывает с меня остатки пижамы, бросая черт знает куда.

— За манеры предъявляй мне за обеденным столом, — выдыхает он мне в губы, прежде чем поглотить их с присущей жадностью варвара. И это самое настоящее блаженство, но хочется большего. Он нужен мне глубоко внутри…

Дрожащими пальцами я расстегиваю его дурацкие штаны и, не отрываясь от его губ, привстаю, чтобы приспустить их вместе с боксерами. Выходит не очень удобно и даже неуклюже, даже несмотря на помощь Руса, который приподнимает свои бедра, но, психанув, я все же сдергиваю его штаны к коленям и тут же забираюсь сверху. У меня настроение хорошенько его объездить, и оно усиливается, когда я чувствую горячий член сквозь тонкую ткань уже влажных трусиков.

— Полегче, Веснушка.

— Заткнись, — шепчу я, просовывая руку между нами, отодвигаю стринги в сторону и направляю его твердый член в себя… Твою. Мать.

Мой рот открывается в томном вздохе, а губы напротив издают сдавленное шипение, за которым следует такой грубый толчок, что я падаю на крепкую грудь.

— Что ты там сказала? — придушенно выдыхает он мне на ухо и прикусывает мочку. — Повтори-ка.

Я улыбаюсь подрагивающими губами, привыкая к тому, как его член растягивает меня с болезненным удовольствием.

— Пошел ты…

Я изумленно вскрикиваю от шлепка по заднице и поднимаюсь, но Руслан хватает меня за бедра и медленно погружается обратно, позволяя мне в полной мере насладиться его одаренным размером достоинством.

— Твою мать, — хнычу я, впиваясь в его запястья ногтями.

— Хорошо? — выдыхает он, медленно опуская и поднимая мои бедра.

Но все, что я могу, — это закусить губу, прежде чем глаза закатываются от удовольствия, когда моя влажная возбужденная плоть полностью принимает его гребаный член.

Руслан стонет в унисон со мной, а потом поднимает и с размаху вонзается в меня, и я едва успеваю схватиться за спинку дивана, чтобы не врезаться в него.

— А так?

Я сглатываю и с трудом сохраняю возможность дышать.

— Лучше, — шепчу я, и мои слова заканчиваются стоном, когда Руслан снова с силой входит в меня и моя плоть обхватывает его так крепко, что он запрокидывает голову и шипит сквозь зубы: «Да, блядь».

Я подхватываю его ритм, стискиваю спинку дивана и двигаюсь вместе с ним, встречая сильные, размеренные толчки.

— Ты чувствуешь это? — стонет он отрывисто. — Чувствуешь, детка? Ты, блядь,создана для меня.

Я молчу, и он хлестко шлепает меня по заднице.

— О, Господи… — всхлипываю я и сжимаюсь вокруг него.

— Ты моя, Насть, и тебе не нужно время, чтобы принять решение.

Его движения набирают темп, вынуждая мою грудь подпрыгивать перед его лицом, и тут он ловит сосок поверх кружевного лифа и втягивает в рот. Как животное, голодное и ненасытное. Я перехватываю его за плечи и выгибаюсь, подпрыгивая на его члене как на гребаном мячике для пилатеса.

— Просто доверься мне, — хрипло выдыхает он, покрывая мою грудь жадными поцелуями. — Я заслуживаю еще одного шанса, и ты, черт возьми, не закончишь со мной вот так просто.

Еще один шлепок по моей заднице, и я взвизгиваю, после вчерашнего она еще чувствительней, и этот козел не щадит ее. Но… сейчас мне и не нужно это. Каждый раз, когда на коже вспыхивает жжение, оно рикошетит между болью и удовольствием, подводя меня к грани.

Наполняя мой живот пульсирующим жаром.

— Ты поняла меня? — его командное рычание переходит в гортанный стон, и Руслан начинает вколачиваться так, что ножки дивана скрипят по полу, наверняка оставляя царапины, за которые мне мама сделает выговор, но сейчас я шлю все к черту. Даже если этот долбаный диван треснет и развалится под нами.

Руслан щиплет меня за сосок и рычит, теряя контроль.

— Ответь, Веснушка, — требует он низким голосом и перемещает руки мне на бедра, стискивая их сильными пальцами. — Ты поняла меня? Ты не порвешь со мной.

Его толчки становятся резкими и… черт возьми, я хочу ответить ему, правда хочу, но не могу. Меня так кроет от острых ощущений. Они разлетаются по телу, как разряды, с каждым его новым толчком.

Руслан перемещает ладонь мне на затылок и соединяет наши лбы, после чего входит так глубоко, что я зажмуриваюсь и задыхаюсь возле его губ.

— Я люблю тебя, детка. — Он обхватывает мое лицо и глубоко целует, принимаясь плавно двигать бедрами подо мной. — Слышишь меня? Я, черт возьми, так сильно люблю тебя! — Он проталкивает эти слова прямо мне в рот и забирает возможность дышать, вновь хватая меня за бедра и ускоряя наши движения до громких влажных шлепков.

Он входит в меня с нарастающей силой и потребностью свести с ума, и я отрываюсь от его губ, чтобы вдохнуть, но не получается, потому что во мне скапливается столько напряжения, что я выгибаюсь, открываю рот и стремительно кончаю. Я так сильно кончаю, что пульсация заглушает мой собственный крик. Руслан входит в меня еще раз и с рычанием снимает со своего члена, а в следующую секунду горячие капли окропляют мой живот, долетают до груди и шеи… но я так занята собственным оргазмом, что осознаю это, только когда чувствую, как Басманов размазывает по мне свою сперму, словно оставляет метку на коже.

Я опускаю голову, чтобы посмотреть на это, и новый спазм возбуждения схватывает живот. Мы так и сидим, долго смотрим друг на друга и оба тяжело дышим, наши тела блестят от пота и его спермы, пока Руслан не подается ко мне, чтобы увлечь в нежнейший поцелуй, которым он будто благодарит меня.

— Черт возьми… как же я скучал по тебе, Веснушка, — выдыхает он мне в губы и снова целует, убирая прилипшие к лицу волосы.

Я отвечаю на поцелуй, обнимаю его напряженное лицо и зажмуриваюсь, чтобы отогнать обуревающие меня эмоции. Он целует меня, а мое сердце болезненно сжимается в груди, потому что битва проиграна… я оставляю свои попытки убежать и шагну ему навстречу. Доверюсь. Какой бы плохой ни была эта идея, я хочу попробовать.

— Как насчет теплой ванны?

Руслан облизывает мои губы и нарочно бодает лбом.

Я слабо улыбаюсь, тело будто парит, а говорить совсем не хочется, и я лениво растягиваюсь на его груди.

— Что скажешь насчет бани? — отвечаю немного с запозданием. — Есть силенки поколоть дрова? — устало подшучиваю я.

Его грудь сотрясается подо мной от беззвучного смеха.

— Во мне столько силы, детка, что я и дров наколю, и баню натоплю, и тебя отжарю в ней.

Проснувшись, я сладко потягиваюсь, но замираю, когда мне в задницу что-то упирается. Настораживаюсь и медленно открываю глаза. Я на даче… и явно не одна. Оглядываюсь назад и вижу рядом Басманова, который, закинув руку за голову, что-то листает в телефоне.

И тут в моей голове начинается слайд-шоу порно-картин.

Стриптиз.

Бурное выяснение отношений.

Секс.

Признание в любви.

Секс.

Веником по заднице.

Секс. Секс. Секс… и еще раз секс.

Вот это мы попарились…

Потерев лоб, выдыхаю и недоуменно качаю головой. Это же секс-маньяк какой-то.

Руслан, кажется, не замечает моего пробуждения. Я хмурюсь.

— Что ты делаешь⁈

Пойманный врасплох, он бросает на меня взгляд, а потом спокойно улыбается и, протянув руку к моему лицу, проводит по нему костяшками пальцев.

— Заказываю нам завтрак.

Выгибаю бровь.

— А приготовить слабо⁈

Руслан еще несколько раз щелкает по экрану, затем блокирует телефон и сгребает меня в охапку.

— Прости, Веснушка, но ты высосала из меня все силы. В прямом и переносном смысле, кстати, — ухмыляется этот засранец и зарывается лицом в мои волосы. Вдыхает и крепче прижимает к своей груди. — И я не хочу никуда выбираться.

— Прости, но мой мочевой пузырь другого мнения.

— Предатель.

— Не то слово.