МеРи Назари – Плазмоиды в космосе, или никто кроме нас (страница 2)

–В природе наблюдается разнообразие форм разума…—начал он.

–…индивидуальных, национальных и расовых,—продолжил слушатель с первого ряда,—углеродных, кремниевых, полевых…

–…Гипотетический Творец словно озабочен тем, чтобы создавать невообразимые миксты, вталкивая сознание в разнообразные формы…

–…белковые, кремниевые, полевые…—эхом отозвались сонные голоса.

–…пока есть хоть один атом, можно говорить о материальности…

–…но не наоборот…

Кто-то шумно вздохнул:

–Эх, матушка-росси, опять все по писаному.

Комкор не учел, что в полете времени было предостаточно, чтоб запомнить наизусть укомплектованный научпоп, и экипаж, глазом не моргнув, мог теперь цитировать видеотеку с любого места—задом наперед и по диагонали.

Доклад действовал как колыбельная. Он усыплял даже тех, что вначале бодрились. Даже социолог Пономарь стал клевать и присвистывать носом.

Но из-за шторы высунулся профиль бригадира логистов.

–Плазмоидная нечисть к человеческой расе относится?—спросил он, тыкая пальцем в треки световых сгустков в иллюминаторе.

—Плазмоидная нечисть…—повторил НачЭк, прислушиваясь к боковому динамику,—«человеческая раса»…кто это там выёживается?» Наклонился, поискал глазами на правом дисплее: «Фу-ты ну-ты, востроглазый шевалье Шанкр своей персоной—кто б сомневался!»

НачЭк быстро утратил интерес к побочной информации. Перекинув внимание на фронтальный экран, он сразу как-то напрягся, впился в него глазами, а к беседе в кают-компании прислушивался теперь лишь вполуха.

С камеры, вынесенной далеко в космос, корабль обозревался почти целиком. Разноцветные пятна в конце коридора, привлекшие внимание НачЭка, сейчас вывернули из-за грузовой консоли и показались в поле обзора. Значит, не иллюзия они и подвержены наблюдению…

—Достали…Деловые…Шныряют, будто разведгруппа параллельного мира!—поддержал «востроглазого шевалье» второй пилот, Григорий Белов—любитель экшн-игр.

–Высокоэргичное оружие Солнца,—пояснил астрофизик,—опасная для живой материи бомбардировка сгустками плазмы…

–Девастируй лазером, Гришка,—посоветовал один из игроков.

Сонная массовка кибер-игрунов шевельнулась и выдавила из себя воинственное брюзжание.

–Сбацать бы раунд…мы б им…

–Господа, делаем ставки!

—Альм,—сказал НачЭк в микрофон,—попроси мне астрофизика. Я в левой обзорной.

Докладчик меж тем стоически сеял в массы разумное, доброе, вечное:

–До сих пор цивилизации дано было уничтожать растерзанных аборигенов и грабить их имущество, но теперь…

–Да будет земля им пухом,—отозвались из зала.—А как насчет состава плазмоидов?

«Зациклились…»—досадовал докладчик, а вслух отвечал:

–По научным данным, плазмоиды состоят из небарионной материи, которая…—и замолчал, чувствуя, как мозговые извилины заехали одна на другую.

–То есть не имеют ни атомов, ни молекул в составе?—помог ему, как бы интересуясь, Комкор.

–…в которой нет ни молекул, ни атомов, ни кварков…

–Это души святых!—донеслось из правого угла зала.

–Неправда, это бездушные призраки,—оповестили из левого.

…—«Души святых…»—повторил НачЭк сквозь зубы, запуская программу анализа паттернов световых пятен,—…или все же «бездушные призраки»?

Глянув на результирующую гистограмму, стукнул себя ладонью по лбу и нажал клавишу повторного вызова бортового робота.

—В чем дело, Альм? Где Горев?

—Горев на подходе, Кирилл Савельевич,—ответил машинный голос.

НачЭк нажал на третью кнопку, и изображение голубой планеты с быстро вращающимся желтым спутником столь же быстро выросло до размеров экрана…

Докладчик бубнил:

–…Кооперация—твердыня человечества, в котором нет смысла без командного духа созидания. Разрушители цивилизаций первым делом дезинтегрируют ее…

Но аудитория, сама по себе дезинтегратор, зацепившись за новенькое, не желала отступать. Мозг, как хищник, требовал свежака.

–Долой твердь, да здравствует плазма! Стало быть, это темная материя?

–Возможно,—отвечал, уже откровенно страдая, докладчик.—Разновидность вот только не известна. Может—из нейтрино, может—из мудлонов…

–А может, из мыслящей материи?..

Докладчик потер виски.

–Если б плазмоиды мыслили,—вырулил он,—то давно б уж вступили с нами в контакт, а не глазели бы в окна тети-кошки, подобно котятам-попрошайкам.

–Как же! Мы им и за тонну печенек не нужны!—противился зал.—А через стену им запросто… И через обшивку корабля… При прохождении через металл они взрываются…Как успокаивает!..

Докладчик активировал электронный справочник.

–Геофизик Чистолинов установил, что плазмоиды проходят через прозрачные предметы, не разрушая их. Иногда остается небольшое отверстие от 10 микрон, однако…

–Однако трупам без разницы!—продолжала насмешничать аудитория.

Перфекционист Shturm «бросился на амбразуру». Стабильность он ценил выше истины, «добиваемой» в спорах. Уж он доведет планерку до логического конца, иначе…Иначе—что? Он не знал. А пока привел историческую справку, подкрепил анекдотом, провел аналогию с сегодняшним днем, вызвав пару неуверенных смешков…

–Юпитер Марса мудренее!—резюмировал свой спич.

Зал примолк, жуя мозгами космическую концовку.

–Ты хоть сам понял, что сказал, Shturm?

…—Приветствую, камрад Кирилл! Астрофизик Горев прибыл.

—Степан,—спросил его НачЭк, пронизывая взглядом.—Не хочешь ли ты что-то сообщить мне?

Недоуменно пожав плечами, астрофизик стал было перечислять пункты планового отчета, но замолчал, увидев на экране световые пятна разных оттенков, рисующие замысловатые треки в безвоздушном пространстве.

—Я их заметил еще в коридоре,—сказал НачЭк,—в хвостовом иллюминаторе. Скажи мне, эксперт, имеются ли, хотя б по прикидке, подобные объекты в базах или это… сугубо иллюзорные создания?

—Минуточку.—Горев залистал файлы планшета.—Рапортую. Ничего экстраординарного. Плазмоиды—материальные объекты, входящие в состав солнечного ветра. Но ведут себя, бывает, довольно произвольно, отчего могут показаться разумными.

В кают-компании, между тем, воцарилась совершенная анархия. Завладела троном и покидать его не собиралась. Влияние Марса плюс эмоциональная усталость от монотонного образа жизни, неукоснительное соблюдение режима и психофизиологические ограничения, введенные на основе проб и ошибок тайной космической экспансии, казалось, объединилось против модера—бессменного стража порядка. Подойдя к кафедре, Shturm пролистал конспект докладчика.

–Не хотите про Юпитер, давайте про монетизацию…

–Чего-о?..

–Н-ну, про ловушки для хитрых задниц. Сейшелы, Бали, Канары…

–Ух, какие заманчивые ловушки,—принесся ответ с «галерки».—А уж девушки там—просто огонь!

–А никто не спорит! Даже желания не имеет!

–А вот с этим па-а-азвольте не согласиться!..

НачЭк рывком приглушил динамики.