Мэри Мур – Барышня в Петербурге (страница 8)

- По этой аллее до конца и повернуть направо, и до конца.

- Пойду, прогуляюсь, вам наверное есть что обсудить.

Станислав попытался несколько раз начать говорить, но только открывал рот, делал вдох, но тут же останавливался, словно мысль, которую хотел высказать, уже не была важной.

- Знаешь друг, но если бы я женился на той, что ждет меня в гостиной, пока гуляю в ресторане, то мы тут с тобой уже могли не стоять. - сказал Алексей, когда Серафима повернула и скрылась в оранжерее.

- Не понял, что ты имеешь в виду?

- На меня в Париже сделал заказ партнер, но меня не убили, а попросили выкуп. Так вот, моя жена ездила сама в еврейский квартал и заложила колье, что бы раздобыть денег, — сказал Алексей на выдохе.

Князь, медленно повернул голову и внимательно посмотрел на Алексея. - И ее никто не переубедил?

- Пытались, но там сложилась такая неприятная ситуация, что в моменте, она осталась лишь со служанкой, не была вписана еще в счета. Не знаю, что ей двигало, только теперь в нашей семье более с ней никто не спорит, по умолчанию выполняется все.

- Алексей, ты удивил. С виду маленькая, хрупкая женщина.

- Только она выросла с двумя братьями и женского воспитания там практически не было.

- Да, друг Алексей, теперь даже не знаю. Завидовать тебе или …

- Завидовать. - прервав князя, ответил. - Серафима лучшее, что могло со мной случится.

- Они такие большие. - услышали голос Серафимы мужчины и переглянулись.

- Ну да, по сути ребенок. - добавил Алексей, — И это тоже ее черта характера.

Когда мужчины подошли, Серафима уже нашла небольшую лавочку с несколькими ступенями и пробовала на устойчивость.

- Милая Серафима Михайловна, позвольте мне вам достать все, что нужно. Мой друг не простит, если вы вдруг упадете. - сказал Станислав Александрович. Алексей помог спустится Серафиме со ступеньки.

- Серафима, тут куча слуг, не надо самой лазить. - шепнул, Алексей на ухо. - Не так поймут.

- Хорошо. - ответила Серафима.

- Какой?

- Вон тот! - показала на самый большой апельсин.

- Пусть будет тот, — ответил князь, и сорвал фрукт.

- Апельсин пах терпкой сладостью. Серафима вдохнула аромат.

- Разрезать?

- Нет, мне нравится, как пахнет именно цедра.

- Что? - переспросил князь.

- Цедра, — повторила Серафима. - Верхний слой шкурки, а в России разве ее называют по другому?

- Апельсин и апельсин. - ответил князь.

- Целиком апельсин, внутри дольки снаружи шкурка и цедра.

- Пусть будет так. В любом случае вам набрали корзинку с собой, и теперь этой шкурки у вас будет много.

- Благодарю.

- Обедать?

- Да. - ответила Серафима.

Обед был подан в гостиной, Алексей был прав никто из домашних не присутствовал, обстановка была непринужденной, домашней.

- А вы знаете милая Серафима Михайловна, что Алексей несколько раз порывался застрелить меня на дуэлях. Поводы к этому были самые разные.

- И почему, тогда вы оба до сих пор живы? - спросила, Серафима, а Алексей поперхнулся.

- Однажды, Алексей даже меня ранил. Ваш супруг отвратительно стреляет, а я стреляю всегда мимо. Ведь убить его легко, а вот где скажите мне на милость найти еще одного такого друга?

- Я хорошо стреляю. - тихо сказал Алексей, — А в руку я тебе тогда попал, только для того чтобы отбить желание постоянно заигрывать со смертью.

- Алексей, не преувеличивай, видел как ты стреляешь. - отмахнулся Станислав Александрович.

- Давай, пари?

- Вечер перестает быть томным! - потирая руки произнес князь. - Голубчик, приготовь револьверы на заднем дворе и найди бутылок пять, а лучше десять. - сказал слуге и посмотрев на Серафиму спросил. - Серафима Михайловна, вы же к нам тоже присоединитесь?

- Если только в качестве наблюдателя и как вы собрались стрелять в темноте?

- О-о-о милая, Серафима Михайловна, на заднем дворе есть снег, плюс свечи и вот у нас есть плохо, но освещенная площадка. Где можно в полной мере насладится меткостью вашего супруга. Хотя более, чем уверен, что если Алексей и попадет, то это будет исключительное везение, и только благодаря вашему присутствию.

- Что будет на кону? - спросил князь.

- Не знаю. А что ты хочешь?

- Мне нравится Серафима Михайловна, но скорее милый друг научится стрелять, чем отдаст вас.

- Давай, что попроще. Например, Рембрандт?

- Уверен? Ведь я с легкостью заберу?

- Да. - ответил Алексей.

- Ну хорошо, а ты тогда что хочешь?

- Твоего Рембрандта, по-моему, справедливо? - сказал Алексей, и князь Сергеев рассеялся.

- На моего?

- Рембрандт против, Рембрандта, коль продать мне его не хочешь. - князь Сергеев усмехнулся, и его рот растянулся в улыбке. Тяжелый вздох. Несколько минут сомнений.

- Извини Алексей, любую картину кроме этой, знаешь, что наследие отца. Мать не простит.

- Значит, Станислав ты уже не уверен в том, что я стреляю хуже тебя? - усмехаясь по-дружески сказал Алексей.

- Уж, больно ты уверен, а когда друг так уверенно говоришь, значит стал по меньшей мере мастером. Зная тебя многие годы, если ты взялся что-то изучать, то пока не станешь лучшим, не отступишь. Извини, но спорить на Рембрандта не буду, хочешь любую другую на выбор. Хотя подожди, знаю, чем могу тебя удивить. - сказал, вставая князь. - Сейчас вернусь.

- И зачем, тебе нужен именно этот Рембрандт?

- Он мне не нужен, — ответил Алексей. - Эта картина единственно, чем из материальных вещей в действительности дорожит князь Сергеев. Об этом знают все.

- Вы над ним так шутите?

- Часто — это единственный способ охладить его пыл. С другой стороны, Станислав, хотел получить мое самое ценное сокровище, почему я не могу захотеть его? - ответил, Алексей подмигнул и взяв руку, поцеловал. - Ты не устала? Может домой? Ну его эти забавы.

- Нет мне интересно, все таки узнать, как мой муж стреляет. Вдруг война.

- Упаси бог. - ответил Алексей, приблизился к Серафиме и поцеловал открытое плечо. - Не нужно войны.

- Какие нежности! - воскликнул вошедший князь. - После вас нужно будет ехать к маман и выбирать себе девицу.

- Станислав, давай без подробностей своей ночной жизни.

- Готов поставить это. - он поставил на стол квадратную красную коробку с маленьким золотым замочком.

- Что это? - спросила Серафима.