Мери Ли – Развод в 45. Месть подонкам (страница 17)

– Мама, не плачь, – говорил он, гладя меня по голове. – Я с тобой. Ты счастлива, и я счастлив.

Эти сны были утешением, но и болью.

Я просыпалась с мокрыми щеками, обнимала подушку, шепча:

– Ванечка, прости.

Леонид знал о моих снах; я рассказывала ему по утрам, когда мы пили чай на кухне.

– Он оберегает тебя, – говорил он, целуя меня в лоб. – Это его способ сказать, что все хорошо.

Но однажды сны прекратились. Внезапно.

Неделя прошла, другая – Ваня не приходил.

Я забеспокоилась. Сердце сжималось от тревоги.

А вдруг он разозлился? Из-за продажи квартиры с его отцом. Там была Ванина комната, где он проводил свои последние часы.

Я поделила квартиру, чтобы начать новую жизнь с Леонидом, но вдруг Ваня подумал, что я забыла его? Что предала?

– Ванечка, прости меня, – шептала вновь ночью, глядя в потолок. – Мама не хотела.

После продажи квартиры сын приходил во снах и говорил приятные слова:

– Мама, ты сильная. Я горжусь тобой.

Почему теперь исчез?

Как-то утром, за завтраком, я не выдержала и рассказала Леониду. Мы сидели за столом, солнце светило сквозь окно. Он держал мою руку, слушал внимательно.

– Леня, – начала я, голос дрожал, – Ваня перестал сниться. Уже месяц. Я боюсь. А вдруг он сердится на меня? Из-за квартиры... Я поделила ее с его отцом, а там комната сына. Может, он думает, что я забыла его?

Леонид встал, обошел стол, обнял меня крепко.

– Юлечка, милая, – прошептал он, гладя по волосам. – Это не так. Твой сын любил тебя. Он бы не сердился. Наверное, время пришло. Он решил упокоить свою душу. Ты счастлива с нами, с семьей. Он знает это и отпускает тебя.

Слова мужа утешили, но тревога не ушла.

– Ты думаешь? – спросила я, поднимая голову.

– Да, родная, – ответил Леня, целуя меня в губы. – Он в лучшем мире. А ты – со мной. Мы справимся вместе.

Прошло еще время – недели. Я старалась не думать о снах, погружаясь в свою жизнь. Мы ездили с Леней в гости к моим родителям, навещали Марфу Петровну, встречались с Надей. Галя звонила редко, но, когда мы переговаривались с ней, она стала теплее, и весело подтрунивала:

– Мама, вижу тебя счастливой. Так что продолжай в том же духе. Я от тебя не отстану, тоже выстрою свое счастье. Учусь на «отлично», а как закончу учебу, то устроюсь на достойную работу, обо мне еще услышат!

Я улыбалась, подбадривая ее и веря, что у моей дочери все получится.

*******

Недомогание началось незаметно: тошнота по утрам, усталость.

«Наверное, ничего такого», – подумала я.

Но потом – задержка. Нет, это невозможно. Куда в нашем возрасте с Леней?

Дети?

Это казалось фантазией.

Но я сходила в клинику. Врач – молодая женщина с доброй улыбкой – осмотрела меня, сделала анализы.

– Юлия Сергеевна, – сказала она, – поздравляю. Вы беременны.

– Как?! Это шутка? – я замерла.

Она улыбнулась:

– Нет. Все правильно. Вторая неделя.

Я вышла из кабинета в шоке, ноги подкосились.

Как же так? – шептала я себе.

Дома я не могла молчать. Леонид был на кухне, готовил ужин. Я вошла, сердце колотилось.

– Леня, – сказала я, голос дрожал. – Мне нужно тебе сказать. Я... я беременна.

Он повернулся, глаза расширились.

– Что? Правда? – спросил он, подходя ближе.

– Да, – кивнула, – врач сказала. Как это возможно? Мы же...

Леня засмеялся – громко, радостно – и обнял меня.

– Юля! Это чудо! Наш ребенок! Я так счастлив! – прижалась к мужу, заплакав от эмоций.

– Но мы же... возраст… А вдруг что-то не так? – затараторила я, глядя на него испуганною

– Нет, – ответил он, целуя меня. – Я поддерживал тебя всегда, буду и теперь.

Его счастье заразило меня, и успокоилась в очередной раз принимая от него поддержку.

Близкие узнали быстро. Все тут же отозвались помогать.

– Мама, – сказала Галя удивленно. – Ты не успеваешь удивлять.

Леня не прекращал окружать меня заботой, также вся родня участвовала: родители привезли вещи для малыша, Марфа Петровна шила пеленки, Надя помогала с покупками, Алена тоже не могла не подсобить.

Беременность проходила под наблюдением врачей. Я ходила на проверки часто – УЗИ, анализы.

– Все хорошо, – говорили мне. – Ребенок здоров.

Как ни странно, я чувствовала себя молодой, полной сил. Леонид был рядом всегда: держал за руку на приемах, гладил живот по вечерам.

– Он будет сильным духом, – шептал муж, успокаивая. – Как ты. Крепким, как я.

Когда подошло время рожать, я все-таки испугалась.

– Леня, а если что-то пойдет не так? – спросила в роддоме.

Супруг сжал мою руку:

– Я с тобой. Все будет хорошо.

Роды были долгими, болезненными, но Леня, как обещал, не отходил.

– Ты справишься, – повторял муж, согласившись на партнерские роды.

Наконец, крик – и на свет появился здоровый сын. Врач положила его мне на грудь.

– Мальчик, – сказала она.