Мери Ли – Пышка для властных боссов (страница 10)

Я замер.

Вот это поворот.

Вчера приказывала, а сегодня – смирная работница.

Однако заметил, как дрогнули ее ресницы в волнении от нашей близости.

Значит, игра еще не окончена.

Я выпрямился, сделал шаг назад и громко, для всех, сказал:

– Хорошо, тогда на основе отчетов будет подведен конечный результат, который отобразится в общей таблице. К вечеру пусть все ознакомятся с информацией.

Деловой тон. Холодный. Безупречный.

Но затем, едва слышно, снова наклонился к ее уху и прошептал:

– Я хотел поинтересоваться вашим самочувствием, Лариса Александровна, после вчерашнего.

Ее пальцы резко сжали ручку.

– Вижу, что чувствуете себя отлично, – обвел взглядом ее лицо, поймав взгляд, в котором мелькнула вспышка гнева, смущения и чего-то еще. – Скоро встретимся в более... неформальной обстановке.

Пауза.

– И не вздумай прятаться, – шепнул, вдыхая приятный цветочный аромат Ларисиного парфюма, потом отстранился и пошел в сторону кабинета Никиты, ощущая, как ее глаза прожигают мне спину.

Я вошел, как всегда, без стука.

Никита поднял голову от документов, бровь поползла вверх.

– Хочу, чтобы мы повторили, – без предисловий заявил другу.

– С Ларисой? – уловил суть он.

– Да, – кивнул, осматривая кабинет, где уже была идеальная чистота. – Здесь. Где-нибудь еще. Неважно. – Я прошелся по помещению, останавливаясь у окна. – Хочу ее снова попробовать.

Никита рассмеялся, откинувшись в кресле:

– Понравилось, как она играла с нами?

Я усмехнулся.

– Конечно, тот вариант секса имеет место быть, – улыбка стала коварной: – но теперь девчонка сыграет по нашим правилам.

Глава 9

Лариса

Офисное здание казалось другим. Высокие стеклянные стены в помещении, обычно такие прозрачные и безликие, теперь будто отражали мое смущение.

Я шла по коридору, чувствуя, как сердце колотится в груди.

Что, черт возьми, вчера со мной произошло?

Вспомнила руки Авдеева и Соколова на своей коже; как они целовали и обнимали; как врывались в мое разгоряченное тело…

Все, конечно, замечательно, но самое странное – мужчины послушались, когда в приказном тоне велела им выполнять придуманные мной команды!

Авдеев Никита Владимирович – мой прямой начальник, человек, чьи приказы в рабочее время звучали как закон.

Соколов Клим Альбертович – его друг, руководитель смежного отдела, тоже не отличался мягким характером.

В конце концов, они позволили доминировать.

Вчера наше взаимодействие казалось игрой, вызовом, моим личным триумфом, а сегодня – безумием.

Как теперь смотреть в глаза этим двум мужчинам?

Я резко выдохнула, когда зашла в рабочую зону, и приготовилась к не самому радужному исходу.

Первым увидела Авдеева, который в данный момент стоял у кулера, спокойно наливая воду, и ни разу не глядя в мою сторону.

Ни намека на вчерашнее. Ни тени интереса, словно ничего не было.

Это облегчало? Или бесило?

Я прошла к своему рабочему месту, стараясь долго не пялиться на Авдеева, который вскоре зашел к себе кабинет.

Переключившись на дела, старалась абстрагироваться от посторонних мыслей.

Но нагрянул еще один источник моих терзаний.

Соколов.

После короткого переглядывания с Климом я вернулась к работе, надеясь, что мужчина не станет доставать, а попросту уйдет в свой отдел.

Каково же было удивление, когда, уже почти успокоившись, услышала рядом:

– Привет, Лара.

Я пыталась разговаривать с ним, как обычно, но то и дело смущалась. Не сумела скрыть от него истинных эмоций, сколько бы не пыталась.

Клим спрашивал о моем самочувствии, все также стоя слишком близко, а его темные глаза изучали меня с легкой насмешкой.

Я почувствовала, как кровь приливает к щекам. Картины недавнего вечера вспыхнули в памяти, и каждый раз мое тело предательски вспоминало прикосновения боссов.

Сейчас всячески отваживала Соколова, чтобы свалил наконец, а он не собирался сдаваться. Во всеуслышанье что-то сказал про отчеты, но потом шепнул, чтобы не вздумала прятаться от него.

Клим ушел в кабинет Авдеева, оставив меня с бешено стучащим сердцем. При всех он держался нейтрально, как и его друг, но я весь день ловила на себе взгляды коллег. О чем они думали, не хотела спрашивать, ведь догадывалась, что ничего хорошего не услышу.

Наплевав на потенциальные сплетни, уткнулась в рабочий план.

В 18:47 офис почти опустел.

Я собирала вещи, когда телефон завибрировал.

«Выходи. Я жду».

Явно писал Соколов, которого хотела помариновать, чтобы не зазнавался, будто бегу по первому зову, но ноги сами уже понесли к выходу.

Я спустилась с вещами на первый этаж, и увидела Клима.

– Ты не торопилась, – недовольным тоном проговорил он.

– Я старалась побыстрее, – пробормотала, старательно пряча приподнятые в улыбке уголки губ.

– Врешь, – сощурился Соколов, раскусывая меня, как шучу над ним. – Ты же не думала убегать, м?

– Ну… – по сути, где-то на дне сознания подмывало скрыться подальше от грешного соблазна.

Находясь со мной в пустой коридоре, Соколов подошел и пальцами сжал мой подбородок, заставляя посмотреть на него.

– Вчера ты была храброй. Сегодня – трусишь, – неодобрительно цокнул языком.

Зажмурилась, не желая остро реагировать на касания Клима, начинавшего вытягивать из моих внутренних дебрей возбуждение.

– Я не трусиха, – выговорила четко, убеждая и себя, и его.