Мери Ли – Каролина (страница 10)

Отчасти это правда, отчасти – ложь. Сон о маленькой девочке. Я склоняюсь к тому, что это воспоминание, но не буду о нем рассказывать. Сначала нужно самой разобраться со своей памятью. Отделить вымысел от правды.

– Есть вероятность, что скоро ты начнешь вспоминать. Не пугайся этого. Если будет плохо позови меня.

– Как?

Люк отрывает спину от стены, идет в мою сторону и достает из кармана браслет.

– Дай руку.

– Что это? – спрашиваю, прежде чем протянуть ладонь.

– Рация дальнего действия. Если захочешь связаться со мной, нажми вот эту кнопку. – Люк указывает мне на кнопку, но я смотрю на него, а точнее на лицо. Поднимаю руку и кладу ладонь на его щеку, Люк тут же переводит напряженный взгляд на меня и смотрит в глаза.

– Что ты делаешь? – спрашивает он, но не отстраняется.

– Колется. Что это?

– Щетина.

Я прикасаюсь к своей щеке, ладонь еще хранит тепло кожи Люка.

– Я никогда такого не видела. У меня нет.

У докторов тоже не было.

– Тебе бы не пошло.

– Наверное.

Люк выпрямляется и говорит:

– Если что, я на связи. Отдыхай пока. Душевая слева по коридору. Тут пока никого кроме тебя нет. Это для их же безопасности.

– Я не опасна.

– Ты пока заражена.

– А ты не боишься заразиться?

– Я бы и не смог.

Не успеваю задать очередной вопрос из кучи, что у меня есть, как Люк поворачивается и, уже шагая в сторону выхода, говорит:

– Еду и сменную одежду принесут немного позже. Отдыхай.

Дверь закрывается, а я перевожу внимание на свою ладонь.

– Щетина, – шепчу я. – А мне она нравится.

Люк возвращается и указывает в правый верхний угол комнаты.

– Это камера. Просто хочу, чтобы ты о ней знала. За тобой постоянно будет кто-то следить.

От этой новости становится немного не по себе. Кто-то будет постоянно на меня смотреть? У чему все это?

– Зачем? – напряженно спрашиваю я.

– Твоя безопасность сейчас практически на первом месте.

Вот что это было? Объяснение или загадка? Я не стала спрашивать. Посмотрела на камеру, когда Люка уже не было в комнате. В памяти снова что-то всколыхнулось, но пропало так быстро, что я не нашла момента, за который успела бы зацепиться.

5. Познания

Я провела в этой комнате уже два дня, чтобы мне было не скучно и я не пыталась найти приключений на свою задницу, мне предоставили книги со старыми листами. Интересно то, что подобных книг я раньше не видела. Учебники, по которым нас обучали, выглядели новыми, или практически новыми, за исключением небольших потертостей.

Я очень много спала. Практически все время уходило на сон. Казалось, что тело устало до изнеможения и ему был необходим отдых. Или же все это из-за заражения. Спасибо существам в лесу за этот дар. Рисунки на теле действительно никуда не пропали, хотя я надеялась на это. К счастью, на лице их не было. Крис, который приносил мне книги, листы и карандаши, рассказал, что мне успели ввести какое-то лекарство до того, как яд дошел до головы. Только из-за этого зараза не успела распространиться и на лице.

Воспоминаний новых у меня не появилось, а вопросов накопилась куча. Их все я записала на листе. Хотя, все не влезли.

Я несколько раз хотела связаться с Люком, но меня постоянно что-то останавливало. Я периодически смотрела на камеру и думала, кто же сидит на той стороне и наблюдает за мной? Люк? Крис? Кто-то другой? Не знаю, но с каждым прожитым часом меня все больше и больше напрягал сам момент слежки. На ферме не было камер. Я их не помню. А сейчас задаюсь вопросом, почему? Если Каролины столь ценны, почему нас не охраняли должным образом? Эти вопросы я вписала в список, на некоторые нашла ответы из источника с желтой обложкой, на ней красуется название «История мира после открытия Марианской впадины». Оказалось, что ядерных взрывов как таковых не было. Точнее, не с них начался ад на земле. И вовсе не они оказались причиной видоизменений животных и людей. Человечество, на протяжении всей своей истории пытается понять больше, узнать мир лучше, найти более точные методы выживания и своего истребления.

В тот год, когда прошлый мир, о котором я ничего не знаю, пал, люди создали машину, способную опуститься так глубоко в воды, как никогда не спускался человек.

Это была ошибка.

Что-то более древнее, токсичное и ужасное вырвалось наружу и стало отравлять мир. Не только людей, но и природу. Животные погибали стадами, птицы падали косяками, люди умирали семьями, а леса превращались в ядовитую зелень, которая привлекала к себе живое и убивало его.

В первый год умерло семьдесят процентов населения Земли. Во второй еще десять процентов животных изменились до неузнаваемости. Крысы выросли размером с медведя, у змей появились лапы, а дождевые черви обросли броней и эволюционировали настолько, что стали хищниками, которых стоит бояться.

Мир загибался. Ученые пытались найти спасение, но через десять лет поняли – его нет. Человечеству пришлось учиться жить в новых реалиях.

Те, что ждали чуда, погибли первыми.

А те, что пытались занять главенствующие позиции, поделили остатки цивилизации между собой.

Настала новая эра, и вроде все стало налаживаться. Так, как могло в тех реалиях. Но новая беда пришла оттуда, откуда ее не ждали. Атомные реакторы пришли в негодность. Большинство из них разрушились из-за отсутствия должного охлаждения и фильтрации. Череда выбросов новой порции яда уничтожила большую часть женских особей. Как животных, так и людей. А оставшаяся часть подверглась деформациям.

Я читала эту книгу, написанную от руки размашистым почерком, словно человек пытался запечатлеть на бумаге все, пока был жив. Он спешил. Книга закончилась слишком быстро, знания прибавились, но могла ли я им доверять? Некие моменты сходились с рассказами Люка. Но ему от меня что-то было нужно, значит полного доверия с моей стороны он не получит. После познавательной книги, мне на глаза попалась другая. На старой потертой обложке нарисована девушка, она бежит, а на глазах ее слезы.

Не перестаю надеяться, что с моего тела исчезнут следы, подаренные вирусом и постоянно проверяю это, часто хожу в ванную, раздеваюсь и кручусь перед зеркалом, пытаюсь найти места, где рисунки стали бы менее яркими. Этого не происходит, но я не теряю надежду.

Кроме чтения я много слонялась по коридору, комнате и душевой. За эти два дня ко мне приходил только Крис. Люка не было, но я ждала, думала, что он посетит меня и расскажет уже, что именно ему от меня нужно.

После бесцельных блужданий по коридору, снова отправляюсь в ванную, разглядываю рисунки и, кажется, начинаю смиряться с их присутствием. Возвращаюсь в комнату и забираюсь на кровать с ногами.

Я продолжаю читать книгу с девушкой на обложке, в ней главную героиню похитили и удерживают против воли, но она сбегает и попадает на ярмарку. Там она встречает мужчину и по описанию он лучше лучшего, красивее красивого и сексуальней сексуального, а еще он добрый и отзывчивый. Сначала я со скептицизмом отношусь к нему, а ближе к финалу уже плачу вместе с героиней, когда он погибает прикрывая ее своим телом от пули.

Всхлипываю и кладу книгу рядом с собой. Осталось несколько страниц, но мне так больно читать, что в груди все свело и ноет.

В дверь стучат, утираю слезы и стараюсь взять эмоции под контроль, но их так много, что я бросаю на книгу недоверчивый взгляд. Она сломала внутри меня что-то. То, что я бы предпочитала не трогать.

В комнату заглядывает мужчина в белом халате, и у меня моментально холодеет внутри.

Нет.

– Добрый день. Я – доктор Бирч.

Стоит мужчине представиться, как меня начинает колотить. Доктор. Доктор. Нет. Только не доктора, только не снова на ферму!

Молча смотрю на него, он переступает порог и идет в мою сторону. В руках у него саквояж, а внутри скорее всего шприцы, иглы и пробирки с ужасным содержимым. Ладони моментально покрываются липким потом.

Поднимаюсь с кровати и срываюсь с места. Бегу мимо доктора и вылетаю в коридор. Единственное, куда я тут ходила, – это душ, отправляюсь туда, шустро шевеля ногами, будто пятки вовсе не болят. Слышу, как доктор окликает меня, но не реагирую на просьбы остановиться. Забегаю в душевую и закрываюсь изнутри. Прижимаюсь к двери спиной и зажимаю кнопку на браслете. Он шипит, а потом я слышу твердый, как скала, голос Люка:

– Эшли?

– Они здесь! Прямо здесь! – кричу я, хотя должна бы говорить как можно тише, чтобы человек из фермы не нашел меня.

– Кто – они? – удивленно спрашивает Люк.

– Доктора, – говорю на порядок тише. – Они пришли за мной.

В голосе сквозит ужас, смотрю на говорящий браслет, как на единственно возможное спасение.

– Где ты? – спрашивает Люк.

Отвечаю едва различимым шепотом:

– В душевой.