Мери Ли – Каролина. Полное издание (страница 5)
Именно эта мысль толкает меня вперед, и я продолжаю идти по коридору, который, кажется, поднимается вверх. Из-за дыма я уже практически ничего не вижу и передвигаюсь, щупая рукой стену слева, и продолжаю сжимать нож в правой. Он дает видимость безопасности, даже несмотря на то, что ей тут и не пахнет. Вокруг воняет дымом.
Меня сгибает пополам, кашель душит, глаза слезятся.
Шаг, еще один.
Запинаюсь обо что-то, приглядываюсь. Это доктор Шиндлер, и ему почти отрезали голову.
Оступаюсь и падаю на колени, нож вылетает из руки, но я быстро нахожу его, обшарив вокруг себя все, до чего смогла дотянуться.
Снова встаю и иду.
Кашляю.
Иду и иду.
Снова сгибаюсь от кашля пополам. На глазах выступают слезы.
И в момент, когда мне кажется, что этот коридор никогда не кончится, я выхожу в темноту, делаю еще несколько шагов вперед и падаю у входа на ферму.
Коридор позади.
Впереди неизвестность.
Кашель раздирает горло. Организм желает выплюнуть легкие, но я не позволяю и немного успокоившись утираю глаза.
Сильный ветер уносит огромную часть дыма в сторону. Поднимаюсь и иду дальше от фермы. Я хотела сбежать? У меня появилась возможность.
В следующий раз нужно быть осторожнее со своими желаниями.
– Где я?
Останавливаюсь у края обрыва. Он настолько резкий, что если бы я сейчас бежала по этой темноте, то рухнула бы вниз и убилась.
Подхожу к самому краю, ветер треплет волосы, отодвигаю их и смотрю в темноту. Даже не понять, насколько там глубоко.
Решаю сменить направление, иду в противоположную сторону и снова дохожу до обрыва.
– Да что такое-то?
Со стороны фермы уже во всю разносится треск огня, и когда первое пламя показывается из бесконечного коридора, я понимаю, что нахожусь на вершине какой-то высоченной стены, и она расходится в две стороны. Конца и края ей нет.
А высота фатальна для человека.
Фатальна для меня.
Организм требует воды, но у меня ее нет.
Направляюсь вдоль стены, надеясь, что не будет столь сильного порыва ветра и меня не снесет вниз.
Ступаю медленно, чтобы сильно не поранить ступни. Самый сильный адреналин в моей жизни отступил, и я понимаю, что уже поранила левую ногу. Хорошо, что не критично.
Ветер продолжает завывать, но мне не холодно.
Пройдя черт знает сколько, останавливаюсь и смотрю в небо.
Я вырвалась.
Я свободна.
Я одна.
2. Люк
Люк сидел у себя в кабинете и читал отчеты парней, чтобы увидеть всю картину взятия очередной фермы. Впервые за шесть месяцев он пошел сам и что случилось? Его вырубила Каролина. Он и сам не понял, как это произошло. Они не ведут себя агрессивно. Всегда кроткие и послушные, а эта оказалась другой. Изначально, Люка должен был напрячь ее вопрос. Каролины не задают вопросов. Не перечат и уж тем более не бросаются на свою защиту. Им медикаментозно гасят почти все человеческие чувства и эмоции.
Люк продолжал просматривать отчеты по прошлым фермам и всегда все было одно и то же. Минимум охраны, потому что охранять Каролин нет смысла, они не убегают, потому что не видят в этом смысла, а содержать людей – это потерянные средства, которые не оправдывают себя. Охрана – это лишнее внимание к мертвой, как должно казаться местности.
Времени, чтобы заменить прошлую Каролину оставалось все меньше и меньше. Единственный способ освободить брата – заставить Брикона отдать его добровольно. А этот ублюдок так просто этого не сделает. Хорошо то, что он про Каролин вообще ничего не знает.
В дверь постучали, и Люк разрешил войти. Крис вошел внутрь и доложил:
– Они готовы.
– Сколько в итоге мы вытащили?
– Пятьдесят одну.
Прошли сутки с момента взятия фермы. Все доктора были ликвидированы, а Каролины, не считая одной погибшей в давке, перевезены в Салем. Город отца Люка, построенный на разбитом фундаменте былых времен.
– Отлично. Что они умеют?
Крис прошел к столу и сел на край.
– Они опять стоят, как неприкаянные, молчат. А ты сказал не давить на них. – Крис разводит руками в стороны.
– Боятся.
– Нас и должны бояться, – напомнил Крис.
Люк посмотрел на друга, как на младенца.
– Но не слабые девушки.
– Слабые? Тебя вроде как одна уложила без единого удара.
– Ты мне предлагаешь бить женщин?
– Мог бы просто скрутить ее.
– Мог.
Люк поднялся и пошел вон из кабинета, продолжая слушать Криса.
Девушки стояли во дворе пансионата, в котором жили другие Каролины, вокруг расположились люди Люка и присматривали за Каролинами, они ведь могли попытаться сбежать, хотя для их вида это было недопустимо. Теперь Люк не был уверен в их безоговорочной кротости. По крайней мере пока их память не вернулась. Он обошел взглядом лица и не обнаружил той, что вырубила его. Неужели, из всех именно ее затоптали в давке?
– Здравствуйте, дамы, хочу представиться, я – Люк и все, что вас окружает, принадлежит мне. Вы можете остаться в этом городе и жить в пансионате с другими Каролинами или же вы вольны уйти, но мне нужна помощь одной из вас.
Люк сделал паузу, чтобы Каролины усвоили смысл сказанных им слов. Он уже заранее знал, что все они останутся. Так их воспитывали и обучали. Они не могут жить сами по себе, тем более не в этом мире. Не в это время.
– У кого из вас есть сила внушения?
Каролины стояли и молча смотрели на него, пока Крис не наклонился к Люку и не подсказал:
– Разреши им говорить, иначе мы будем тут до утра стоять.
– Можете говорить.
И они заговорили хором, это было больше похоже на курятник. Люк поднял ладонь и попросил их остановиться, указал рукой на одну из них и спросил:
– Говори ты, у кого есть сила внушения?
– У Каролины тридцать шесть, – спокойно ответила светловолосая Каролина.
Люк испытал облегчение, которого не испытывал уже шесть месяцев. Его брат совершил опрометчивый поступок и попал в плен, из которого невозможно выбраться, так как неизвестно, где он находится. Единственный, кто владеет этой информацией, злейший враг Люка, и он наотрез отказывается отпустить заложника. А взамен на жизнь Сэма он просит непозволительно много. Угодья и формулу очистки воды. А это все что есть у Салема.
– Кто из вас Каролина тридцать шесть? – спросил Люк и в ожидании снова прошелся взглядом по девушкам.