Мэри Лэй – В плену сновидений (страница 4)

– Нет. Сегодня важное совещание, и ты нужна в «Pegasus», – ответил начальник, положив трубку, даже не дождавшись моего ответа.

После его слов грусть прошла мигом, ведь я была нужна Себастьяну для чего-то очень важного! Мужчина мечты рассчитывал на мое присутствие, поэтому никакой стыд из-за ночи с Роном не заставит упустить этого момента.

– Симона Абвел, – произнесла Кимберли, как только я вошла в холл издательства.

Выскочка любила произносить никому непонятные имена, наивно ожидая от людей ответной реакции. Моей же стало вопросительное выражение лица.

– Так зовут парикмахера. Тебе срочно необходимо ее посетить, иначе гнездо на голове не сможет расчесать ни одна расческа, – усмехнулась блондинка, поправляя идеальную укладку.

Конечно, после бурной ночи я догадывалась о своем неопрятном виде, но укор Кимберли задел до глубины души. Пришлось по пути к рабочему месту пойти в уборную, где попытки привести себя в надлежащий вид не увенчались успехом. Тогда предательская слеза скользнула по щеке, обнажая отчаяние. Дополнили список неудач в туалете бумажные полотенца, которые закончились именно на мне. Пришлось зайти в кабинку, чтобы отмотать туалетной бумаги и вытереть слезы.

Оказавшись в кабинке, услышала голоса приближающихся мужчин, о чем-то оживленно беседовавших.

– Черт, ты и тихушница Милли? Серьезно? – спросил эмоционально один.

– Я и сам не могу поверить! – восторженно откликнулся второй.

Голоса принадлежали Рону и Дэйву, еще одному из моих коллег по издательской деятельности. По их бурному разговору и шуму струек воды я осознала, что перепутала туалеты и все это время находилась в мужской уборной.

– Ну и как она? – спросил вновь Дэйв.

– Лучшая из тех, что у меня были! – с придыханием ответил мой недавний партнер.

Слезы опять подступили к горлу, как только представила, скольким успел похвастаться Рон, называя меня Богиней Секса. Какая слава теперь ждала за дверями этого туалета? Никто еще не забыл случайный оргазм, как в огонь обсуждений подкинули новые поленья.

Юноши удалились, предоставив возможность распрощаться с былой славой «тихушницы», какой назвал меня Дэйв. Всхлипы заглушали все посторонние звуки, поэтому не заметила, как в уборную снова зашли.

– Милли, что ты здесь делаешь? – из-за закрытой двери обратился бархатный голос.

Я не поняла, как Себастьян распознал по всхлипываниям именно меня, но постаралась сделать вид, словно обратились не по адресу.

– Выходи, я вижу твои ботинки, – не отступал босс, не меняя строгий тон.

Кинув взор на кеды, ненавистно выругалась про себя. Сестра подарила на Рождество ярко розовый свитер, а вместе с ним в комплекте шла точно такой же расцветки обувь. Сандра дико обижалась, если пренебрегала ее дарами. Приходилось надевать все нелепые вещи, идя к ней на встречу.

В эти выходные я, как примерная сестра, вновь напялила эти кеды, но так и не увидела сестру, плюс не попала домой, чтобы сменить причудливые башмаки. Вот только как Себастьян их запомнил? Обычно он не обращал на меня никакого внимания.

В сердце заискрилась радость. Начальник не только желает видеть меня на работе, но и отлично знает то, в чем я хожу. А прямо сейчас переживает, почему лью слезы. Соленые предатели тут же исчезли, я вылетела из кабинки, широко улыбаясь и уже прокручивая в голове предстоящий диалог.

– Что смешного в том, что ты пол рабочего дня сидишь в мужском туалете? – остудил мой азарт мистер Макдугл, восприняв улыбку, как насмехательство с моей стороны.

– Простите, я просто перепутала…

– Перепутала часы, которые нужно тратить на свои прямые обязанности? – перебил мужчина.

Он был невероятно красив в коричневых штанах и белой рубашке. Легким взмахом головы откинул волосы, упавшие на глаза, а затем вновь превратился в безупречного мужчину. Я не сводила глаз с желваков, которые двигались по моей вине: Себастьян злился, и в этом состоянии его скулы смотрелись еще привлекательнее.

– Быстро возвращайся на свое место, а затем принеси всем в конференц-зал кофе, – не дождавшись моей реплики, приказал начальник.

И почему он решил, что мои прямые обязанности несут именно такой характер? Растоптанное чувство достоинства ныло внутри куда больше, чем раньше. Все же надменный босс не питал ко мне никакой симпатии, а просто использовал в качестве безотказной дурочки.

– Не вижу, чтобы ты поспешила сделать то, что я только что сказал, – напомнил о своем присутствии Себастьян.

При звуке любимого голоса мое самоуважение снова сделало ручкой. Уже через минуту кофе для гостей мистера Макдугла был в конференц-зале, а я, захлебываясь в мечтах об этом мужчине, восседала на рабочем месте позора.

Глава 4

– Ты самая лучшая девушка, что когда-либо была у меня, – произнес красивый мускулистый шатен.

Он обращался к Амалии, восседающей возле него на краешке кровати. Между ними только что случилась интимная близость, но мужчина не насытился своей партнершей и желал большего.

– Возвращайся в постель, – попросил он, уже прокручивая в голове, как зароется в ее длинные волосы цвета шоколада.

– Не сейчас, – бросила Амалия через плечо.

Рассел ее не первый поклонник, и пока не выделился ничем особенным среди других воздыхателей.

– Но я хочу тебя! – послышалось мужское рычание.

Он слез с кровати и припал к ногам сидящей на краю Амалии. Покрывая поцелуями ее лодыжки, икры и колени, Рассел дошел до того самого места, которое в данный момент казалось запретным плодом. Натиск мужчины слегка заинтересовал Амалию. Ей нравились решительные и властные представители противоположного пола.

Девушка откинулась на спину, раздвинув ноги чуть шире для всецелого проникновения партера. Рассел моментально среагировал на зеленый свет и впился языком в бугорок очаровательной искусительницы. Сухость в том месте мотивировала мужчину к еще более активным ласкам. Получив одобрительный стон, Рассел понял, что вступил на верную дорожку.

– Еще! – приказала Амалия, желая получить от процесса как можно больше удовольствия.

Рассел послушно проник одним пальцем в заветную зону, продолжая при этом ласкать ее языком. Его покусывания и нескончаемый напор все же довели неприступную девушку до пика блаженства.

Победу любовник планировал разделись с Амалией вместе, оголив свой твердый член. Этот факт слегка позабавил девушку, вызвав улыбку у самого краешка рта.

– Я же сказала: не сейчас! – вторила она, а затем встала с постели и направилась в душ.

Я резко проснулась от ужасной сухости во рту и влажности в другом, более интимном месте. Амалия вновь обеспечила мне оргазм, главенствуя в мире снов. Почему я не такая обольстительница и не могу соблазнить ни одного мужчину в реальной жизни? Хотя кого я обманываю? Один поклонник теперь появился на горизонте – Рон. Может, стоит попрактиковать на нем свои чары?

Сегодня решила не испытывать удачу и не спать в электричке по пути на работу. Лучше воспользоваться временем с пользой и записать все свои сны в дневник для дальнейшего анализа и памяти. Из-за неудобства почерк походил на куриный, но, главное, что суть будет мне понятна.

– Привет, красавица! – расплылся в улыбке Рон, уже поджидая меня в вестибюле издательства.

В голове сразу всплыла фраза из сна, произнесенная Расселом: «Ты самая лучшая девушка, что когда-либо была у меня». Именно это тогда сказал Рон приятелю, когда я сидела в туалете, глотая слезы. Подсознание сыграло злую шутку, вложив заветные слова в уста призрачного красавца из страны грез.

Мне даже стало как-то жалко рыжеволосого коллегу: почему-то взялась судить о нем по внешности. Какая же я все-таки лицемерка! Сама страдаю от невидимости в обществе, но с легкостью готова поступить так же, получив чуточку внимания.

Всевышний знал: раздавая красоту, мне ее давать не стоит, иначе Милли превратилась бы не в обольстительницу Амалию, а в стерву, от которой все бы шарахались, как от огня.

– Ты чего молчишь? – вернул на землю настойчивый коллега.

От моего молчания Рон волновался, при этом обильно потея.

– Привет. Я спешу на работу, может, попьем кофе в обед? – решила дать шанс не только юноше, но и своей карме.

– Значит, это свидание?

– Нет. Просто дружеский прием пищи, – замотала головой, лишь бы отмахнуть надежды Рона на дальнейшие отношения.

– Значит, у нас секс по дружбе! – сделал вывод собеседник, от чего горделиво поднял голову и зашагал к скоплению шепчущего народа.

Все коллеги смотрели на нас с интересом, гадая, в каком статусе теперь приходимся друг другу. Когда Рон приблизился к обезумевшей толпе, гул стал еще отчетливее.

– Если через минуту присутствующие не займут свои рабочие места, мне придется открыть вакансии на ваши должности, – вмешался тот, от кого все нутро вздрагивало и превращалось в хаос чувств.

Слова Себастьяна повлияли на сплетников быстрее, чем на меня. Разбежавшийся народ скрылся за стенами своих кабинетов, а я осталась любоваться этим прекрасным мужчиной в черном костюме, который был словно сшит именно для него.

– Тебя это тоже касается, – усмехнулся руководитель.

Почему-то сейчас его слова звучали добрее, нежели тогда в мужском туалете. Я скользнула в открывающийся лифт, мистер Макдугл сделал то же самое. Мы поехали совершенно одни в маленьком, спертом помещении. У меня подкашивались ноги от волнения и желания хоть как-то заполнить неловкую тишину.