Мэри Лэй – Путь эльфийской королевы (страница 8)

– Ведите ее дальше! – приказал Найло.

Пленники недовольно заголосили, стражи тоже озадаченно взглянули на командира, но ослушаться не посмели. Хоть Найло и не испытывал к Азалии душевной привязанности, не мог отдать ее на растерзание негодяев, и за это девушка была ему благодарна.

Дебоширку втолкнули в камеру Киллиана. Молодой человек хотел помочь девушке подняться с земли, но она справилась сама. Растерянным видом дриад задавал немой вопрос: «Что происходит?».

– Я же обещала, что найду время для занятий, – пожала плечами эльфийка.

Она хотела завести с Киллианом разговор, метнула взгляд за решетку, где прорастал цветок, и сделала шаг в том направлении, но юноша взял ее за руку. Молча он подвел ее к стене, а затем приложил их ладони к листьям зеленого плюща.

– Почему ты здесь? – услышала Азалия голос Киллиана в своей голове.

– Меня поймали за слежкой. Ты знаешь темного эльфа Хашира?

– Нет, мне не знакомо это имя.

– А колдуна Нумибуса?

– Он приходил в поселение дриад, но наш старейшина Манрике отказал ему в поддержке.

– И Нумибус так просто ушел? – не поверила девушка.

– Когда-то очень давно дриады взяли сестру Нумибуса к себе на воспитание. Возможно, он чувствует некую признательность. Но никто не знает, где сейчас его сестра: умерла или такая же долгожительница, как и брат.

Коалиция бессмертных родственников, стремящихся захватить все королевства, совершенно не прельщала. Стремление Азалии спасти весь мир могло бы прорасти с неуловимой скоростью, но она все же сфокусировалась на более локальных вещах.

– Начнем урок исцеления? – казалось, эльфийка спросила лишь для вежливости, но на этот вопрос могла принять только положительный ответ.

Киллиан по-доброму усмехнулся: нетерпеливость девушки разнилась с теми качествами, какие он привык видеть в окружающих его людях, – дриады практиковали смирение, выдержку и спокойствие. Юноша сел на землю, скрестив ноги, потом жестом предложил Азалии сделать то же самое.

– Для начала тебе нужно успокоить свой разум, – сказал дриад.

– Я и так спокойна.

– Вряд ли. Твои мысли так и сбивают меня с ног. Закрой глаза, дыши глубоко.

Азалия нехотя последовала указаниям учителя. Сосредоточиться не получалось, и девушка время от времени подглядывала, действительно, ли Киллиан соблюдает правила, а не надсмехается над ней. Потом она закрыла глаза, стараясь задержаться в этом состоянии дольше. Незаметно эльфийка упала в омут беспорядочных слов и волнений. Война, родители, детство, академия, Хашир, раненые, Ирис, одиночество, Нумибус, всевозможные образы сталкивались, вытесняя друг друга, затем сливались воедино, начиная голосить оглушающей какофонией.

Девушка почувствовала напряжение, ей стало некомфортно в собственном теле, захотелось резко встать и уйти, но, даже предайся она порыву, уйти бы не смогла из-за закрытого замка. При осознании, что находится за решеткой, Азалия задрожала, сердце ускоренно забилось, а в душу проскользнул ужас. Она уже хотела вскочить на ноги, чтобы хотя бы попытаться стряхнуть с себя эти некомфортные ощущения, но вдруг почувствовала, как Киллиан взял ее за руки. Его теплое прикосновение прогнало беспокойство, а эльфийка смогла расслабиться. Постепенно мысли одна за другой стали становиться все более прозрачными, а потом и вовсе превратились в еле уловимую фоновую мелодию, а внимание сосредоточилось на абсолютной внутренней тишине.

Киллиан разорвал физическую связь, и Азалия открыла глаза, возвращаясь в реальность. Она, действительно, чувствовала себя лучше, словно выпила успокаивающий настой из трав.

– Что ты сделал? – поинтересовалась девушка.

– Забрал твою тревогу. Теперь твой разум готов наполняться новыми знаниями. Начнем урок?

Азалия ненавидела учебу в «Филориуме», уроки казались ей нудными и бессмысленными. Ей всегда хотелось действовать, а не сидеть на одном месте, создавая видимость умственной активности. Киллиан оторвал увядший лист плюща, на котором демонстрировал искусство исцеления. Горячность эльфийки обычно мешала сконцентрироваться, но медитация и заражающее самообладание Киллиана помогали включиться в процесс. На следующий день ученица уже делала значительные успехи.

– Ты это видел? У меня получилось! – ликовала девушка.

– Ты большая молодец. Можем перейти к делу посложнее.

Киллиан нашел острый камень и полоснул себе руку. При виде крови воодушевление Азалии ослабло: это была настоящая рана, и требовалась реальная помощь, а не игрушечные операции, которые она проводила растениям.

– Сконцентрируй магию на кончиках пальцев, поток средней интенсивности.

– Что будет, если я переборщу? – с опаской спросила красавица.

– Я останусь без руки.

– Нет, Киллиан! Я не могу, – пошла на попятную ученица.

– Не бойся, – молодой человек накрыл ладонью Азалии свою рану, – все пройдет хорошо, я в тебя верю.

Нерешительно эльфийка начала процесс исцеления. Контролировать силу магии было непросто, но все же девушка сумела вовремя остановиться, не лишив дриада важной конечности. В радостном потрясении Азалия взглянула на Киллиана, он смотрел на нее ласково. Если бы не эмоциональный порыв, эльфийка никогда бы не позволила себе сделать то, что она сделала – неожиданно она поцеловала юношу. Сначала он ответил на поцелуй, но потом отстранился.

– Прости, – сконфузилась Азалия, не понимая, как могла повестить себя так безмозгло.

Киллиан улыбался. Он дотронулся до плюща на стене, а дикое растение стало разрастаться с неестественной скоростью, обволакивая собой стены и решетку камеры, создавая непроглядную зеленую завесу.

– Немного уединения не помешает, – объяснился молодой человек и поцеловал Азалию.

До этого момента эльфийка целовалась лишь с Ирисом и поклялась больше не усложнять себе жизнь любовными историями. Неужели оракул не соврал в своем предсказании? Но он говорил о роковой любви, что разобьет сердце. Разве Киллиан на такое способен?

Глава 6

Увлеченность обучением позволила на время забыть о голоде, но через пару дней желудки пленников начали напоминать о себе. И только Азалия об этом подумала, как в пещере появилась Ева с осуществленным желанием в руках. Кажется, магия Киллиана распространялась на все.

– Зачем ты рискуешь? – Азалия была благодарна подруге за еду, но не удержалась, чтобы не отчитать, – Возвращайся скорее в лагерь, пока тебя не хватились.

– Все в порядке, мне разрешили вас накормить, – рассказала кухарка.

– Что-то Накилон быстро подобрел.

– А это и не его заслуга! Накилон хотел морить вас голодом, но Хашир его переубедил. Он намного человечнее нашего тирана!

Азалия не верила благодетельности Хашира, тем более он был связан с Нумибусом. Но осмелиться высказать свои подозрения Еве не решилась, все же благодаря приказу темного эльфа они с Киллианом получили пропитание.

– Ева слишком наивная, – выразила свою обеспокоенность дриаду Азалия.

– Но она заботится о тебе. Радостно иметь такую подругу.

– А ты скучаешь по своему другу? Я забыла, как его зовут?

– Свейг. Да, мы были очень близки. Он змееуст, и в мой день рождения всегда устраивал представления со змеями, – поделился воспоминаниями Киллиан, – а ты скучаешь по друзьям из академии или школы?

– У меня не было друзей в детстве, сверстники надо мной издевались из-за того, что я фейри.

– Как жестоко. В нашем поселении жили представители разных рас, и все были как одна семья. Когда у тебя день рождения? Мне бы хотелось подарить тебе что-нибудь.

– В этой камере не особо разгуляешься в выборе подарка, – усмехнулась эльфийка, – мой день рождения на следующей неделе.

– Я обязательно что-то придумаю, – пообещал юноша.

Днем в пещеру спустился Найло и неожиданно открыл замок на камере Азалии и Киллиана.

– На выход, – мотнул головой эльф.

Пленники переглянулись и поднялись с земли. Азалия переступила порог камеры, а перед молодым человеком Найло перегородил путь, выставив руку.

– Только она, – сообщил он и захлопнул перед лицом Киллиана дверь.

– Почему только я? – начала возмущаться девушка.

– Таково распоряжение, – спокойно ответил вояка, – или посадить тебя обратно?

Киллиан кивнул, призывая Азалию последовать приказу. Она снова была свободной и вправе делать, что хочет. Первым делом эльфийка пошла к Еве, чтобы обрадовать подругу своим положением.

– Азалия! Я так счастлива! – обняла девушку кухарка, – Хашир такой душка! Это я попросила его замолвить за тебя словечко перед Накилоном. Сказала, что это недоразумение, и ты не хотела ничего плохого!

От слов Евы Азалия почувствовала не облегчение, а напряженность. Зачем Хаширу поручаться за нее? Какое ему до нее дело? Он, явно, хочет использовать ее в каких-то личных целях.

– Вы успели так сблизиться с Хаширом? – спросила Азалия.

– Несколько раз он заходил ко мне на кухню. Такой умный господин, столько всего знает! Тебе бы Хашир тоже понравился, узнай ты его получше.

– Нет, спасибо, он не внушает мне доверия.

– Какая ты неблагодарная, Азалия! Он спас тебе жизнь!