Мэри Лэй – Кассандра и Блэр в Царстве черного ворона (страница 7)

– Потому что у нас есть основания предполагать, что в Блэр есть темнота.

Неудивительно, что Мадам Соррель так думает. Вспоминать хотя бы невоспитанный выпад Блэр в сторону директрисы на торжественной церемонии.

– Поняла, но зачем вы показываете его мне? – все еще не соображала я.

– Как я уже сказала, это черновой вариант. Мы не можем определиться, какие задания оставить, а какие нет. Вы единственная, с кем Блэр дружила продолжительное время.

Не стала спрашивать, откуда Мадам Соррель узнала о нашей дружбе. И без ответа известно, что преподаватели не уступают любви к сплетням перламутровым уткам.

– И что я должна сделать? – решила уточнить.

– Там есть пометки на полях: если вы с ними согласны, поставьте, пожалуйста, плюс, если нет – минус, – пояснила задание женщина, – когда закончите, можете идти к бабушке.

После этого Мадам Соррель оставила меня наедине со стопкой листов. Да, лучше не растить в душе тьму, если не хочешь тратить целый день на прохождение теста.

Приступила к чтению и поразилась, насколько вопросы отличаются от того перечня, что проходила сама. Они носили практический характер и больше походили на испытания, чем на обычный формат с вариантами ответа.

Я не собиралась щадить Блэр, поэтому соглашалась с самыми трудными заданиями. Ближе к концу наткнулась на развернутый сценарий одного из них. На полях было написано «Должна ли испытуемая страдать при прохождении?»

Моя рука зависла в воздухе, от меня зависело, как пройдет эта часть теста Блэр. Сомнения грозовым облаком нависли над моей головой. Я вспомнила все горести, что свалились на меня из-за студентки Хаоса, ее предательство, высокомерный вид при нашей последней встрече в особняке Калипсо. Ярость овладела моим телом, и около пометки я написала ответ «да». Блэр заслужила страдания.

Чтение бумаг заняло больше времени, чем я предполагала. Солнце уже начало садиться, а передо мной еще лежало несколько листов. Надеюсь, бабушка меня дождется, но нужно скорее закончить с этим окаянным поручением.

Последний пункт теста предполагал несколько вариантов испытаний. Мне уже не хватало терпения, чтобы подробно их изучать, поэтому обвела кружочком что-то наугад и побежала к скамейке, с трепетом мечтая обнять бабушку. Однако, вместо нее, там сидела Мадам Соррель.

– Моя бабушка ушла? – в слезах спросила я, раздосадованная. Опять все из-за этой Блэр! Теперь не знаю, когда смогу увидеть с бабушкой.

– Видимо, да, – пожала плечами директриса, – спасибо, что помогла с тестом. Мы подготовили испытания для Блэр. Нам нужно спешить в амфитеатр, если не хотим их пропустить.

– Так быстро? – поразилась я, но Мадам Соррель не удосужилась ответить, а направилась к месту представлений.

Не знаю, с чего вдруг мне оказали такую честь и посадили на лучшие места рядом с преподавателями, но препираться, конечно, не стала. На мой взгляд, к тесту Блэр отнеслись слишком серьезно. Или они с каждым подозрительным студентом собираются проворачивать такие фокусы?

Амфитеатр был заполнен полностью, всем нравились зрелища. Ведущий громогласно назвал имя Блэр, призывая выйти на арену. Кажется, намечался поединок. Не слишком ли жестоко устраивать бои между юными волшебниками, хоть по их венам и течет темная магия?

– Мисс Темперенс, познакомьтесь с вашим противником, огнедышащим драконом! – прокричал ведущий и расхохотался.

Посередине арены образовался очерченный круг, и из-под земли на поверхности появилось огромное чешуйчатое существо, закованное в цепи. Пасть сковывал намордник, который дракон пытался снять, как и освободиться от оков.

– Мы начинаем! – ведущий взмахнул рукой, и цепи, сдерживающие дракона, исчезли. Сам волшебник телепортировался, чтобы не попасть под огненную раздачу.

Я в ужасе смотрела на арену, пораженная жестокости испытания. Даже Блэр не заслуживала такого неравного сражения.

– Он же ее убьет! – озвучила я неоспоримый факт. Никто не мог справиться с дикими драконами. Это не покладистый ледяной Скай, который служит семье Антарии.

– Почему ты так удивлена? Сама же выбрала ей такое испытание, – спросила меня Мадам Соррель.

Ноги подкосились, и я присела на ступеньку. Жизни Блэр угрожала опасность из-за меня. Моя спешка помешала прочитать последнее задание. Знай, что там, никогда бы не отправила пусть и не самого хорошего человека на верную погибель.

Поединок начался, Блэр в панике металась по арене, стараясь спастись от разъяренного животного. Я не могла позволить, чтобы из-за моей глупости погиб человек. Вскочив с места, понеслась вниз, крича, чтобы испытание прекратили. Конечно, из-за возбужденного рева толпы меня никто не слышал.

Пока бежала вниз, не смотрела на арену. Вдруг зрители испуганно ахнули, и во всем Филориуме воцарилась тишина. Я в страхе взглянула на поле сражения и увидела лежащее на земле тело Блэр, от которого валил дым.

Еще быстрее я понеслась по ступенькам, расталкивая глазеющих зрителей. Когда оказалась на арене, дракона уже поместили в клетку, и он перестал представлять угрозу. Около Блэр столпились лекари в белых мантиях с красным крестом на груди. Я упала на колени, мои слезы бессмысленно падали на обожженную кожу подруги, от которой почти ничего не осталось, в некоторых местах даже проступали кости.

– Расступитесь! – это была Мадам Соррель.

Директриса подошла к нам и, взяв меня за локоть, помогла подняться.

– Я не понимаю, зачем вы это сделали? – сквозь всхлипы задала я вопрос.

– Ты же сама этого хотела, – продолжала удивляться женщина моей противоречивости.

– Я не думала, что испытание будет таким, – прошептала я.

– Разве? Ты же хотела, чтобы она страдала.

Голос Мадам Соррель превратился в эхо, и я очнулась в кабинете, в котором проходила тест на тьму. Не понимая, как здесь оказалась, стала озираться по сторонам. Взглянув на парту, увидела лист с изображениями, которые нарисовала несколько часов назад.

– Кассандра, тест окончен, – оповестил появившийся в кабинете Профессор Линван, преподававший у нас в прошлом году травоведение.

Мужчина взял мой тест и бросил на него немного пыльцы из мешочка. На бумаге появилась крупная красная надпись «Обнаружено».

– У меня для вас плохие новости, – услышала я голос преподавателя.

То, что произошло за последний час, было иллюзией. Все это время я продолжала проходить тест, и мои поступки показали, что во мне есть темнота. 

Блэр

Безразличие прорастало в моей душе, подобно сорняку. Казалось, еще совсем недавние события что-то для меня значили, но уже сегодня на все стало плевать. Я совершенно равнодушно отнеслась к побегу свиты на концерт «Бродячих псов», как и к тому, что именно Роланд пытался таким образом привлечь мое внимание. И его новая увлеченность группой не вызвала абсолютно никакого интереса.

– Думаешь, такую небывалую концентрацию тьмы не выявит тест от академии? – послышался гнусавый голос Нумибуса, отдаляя мой прилив тоски на задний план.

– Как ты обошел заклинание? – возмутилась я наглости старого Чародея: он с легкостью появился в комнате, закрытой от посещения гостей.

– Блэр, тебе до сих пор не хватает магии даже на простенькое заклятье. Каким образом собралась сражаться со мной? – язвило обличие Тристема, – К тому же, в Филориуме принято постепенно отравлять тех студентов, у кого будет найден черный позыв к тьме.

– Отравлять? – ошарашенно переспросила я.

– А как, по-твоему, они вас обезвредят? Только с помощью зелья, которое способно сковать магию. Жаль, у тебя ее и так нет, – наглец произносил речь, широко улыбаясь и чувствуя превосходство.

– Ты блефуешь! – закричала эмоционально, уже позабыв, как это делать.

Темный маг исчез, не собираясь продолжать спор. Ему с легкостью удалось поселить внутри меня зерно сомнений, бередящих разум и душу одновременно.

Вместе с сестрами Калипсо мы склонились над огромным котлом, призывая варево обратиться в чистую воду, дабы узреть происходящее в Филориуме. Спустя минуту наших стараний котел показал действительность в академии: один за другим студенты проходили в комнату, где требовалось письменно ответить на несколько вопросов.

– Ничего сложного, – просияла Ницара, новенькая фаворитка из недавнего отбора.

Не успели и мы с остальными возрадоваться, как картинка, где второкурсники просто сидят за столом, начала меняться. У каждого студента появилось отдельное облако собственных грез. Там ему предстояло сделать правильный или неправильный выбор, по мнению преподавателей академии.

– Проклятье! – выругалась я, не сдержав ненависть к образовательной системе нашего королевства.

Отсутствие сердца и наполненность тьмой обязательно подтолкнут меня к неверному решению в этой иллюзорной сценке.

– Я слышала, что можно при помощи заклинания призвать все добро в душе и подальше запрятать крохи черноты, – неуверенно произнесла Тауни.

– А если там не крохи? – хихикнула новенькая, за что поплатилась своим местом в сестринстве.

Я не стала долго акцентировать внимание на глупой фаворитке, уход из Калипсо и так служил самым большим наказанием в ее жизни. Сейчас внимание сосредоточилось на идее Тауни, за нее-то я и ухватилась, как за дуновение воздуха в месте, где его давно не было.

Посетив библиотеку и перешерстив немало талмудов, все же нашла то, о чем говорила моя приспешница. Правда, призвать добро можно не с помощью заклинания, а требовалось целое зелье. Его ингредиенты являли из себя слишком необычные растения: бадьян, валериана (веточка, соцветие), лирный корень, смоковница (сушеная). Все это можно раздобыть или у моей мамы, или у профессора Кая. После нашего недавнего конфликта я не хотела попадаться на глаза анимагу, но отвращение к собственной матери перевесило чашу весов в его пользу.