Мэри Лэй – Кассандра и Блэр в Царстве черного ворона (страница 62)

– А мне жаль твою подругу, – голос Ривера звучал искренне, – если бы был другой выход, я бы этого не сделал. Ты имеешь полное право меня ненавидеть.

– Я ненавижу.

Снежные ослепляющие просторы казались бесконечными. Время от времени мы проверяли магию, но она так и не появилась. Да, даже если бы силы вернулись, усталость не позволила бы их использовать. Хотелось только одного: прилечь и заснуть, но Ривер подгонял меня каждый раз, когда начинала замедляться.

– Нельзя спать на морозе! – строго говорил он.

Я послушно брела дальше, уже не чувствуя отмороженных конечностей. Поднесла руки ко рту, надеясь хоть немного согреть их дыханием, но оно оказалось ледяным.

– Ты не можешь сдаться, Кассандра, – старался убедить меня директор. Он подошел ко мне и потряс за плечи, – ты вся дрожишь.

Ривер взволнованно глянул на меня, потом снял с себя длинный камзол и накинул мне на плечи, сам остался в одной рубашке.

– Ты замерзнешь, – еле слышно проговорила я онемевшими губами.

– Во мне больше запаса энергии, – заявил анимаг и потянул меня, призывая продолжить движение.

Утомление начинало одолевать, я уже еле волочила ноги. Ривер шел впереди, каждую минуту оглядываясь назад. Было заметно, что его тело тоже дрожит, но анимаг старался выглядеть бодрым. Молодой человек остановился на пригорке, ожидая меня.

Оказавшись там, я тоже прекратила шаг, используя момент для отдыха. Мой взгляд упал вниз и остановился на заледенелом пруде, огороженным забором. В памяти не сразу, но всплыли обрывки прошлого.

– Я узнаю это место, – прошептала я.

– Ты здесь была? – удивился Ривер.

Я кивнула и ощутила всплеск адреналина, заряженная надеждой. Молча пошла вперед, увлекая за собой директора. Спустя примерно час мы добрались до дома семьи Фезим. Из-за оледенения мозга я словно забыла, что Антария умерла, и вспомнила об этом только когда увидела заплаканные лица ее родителей.

– Кэсси! Святые Небеса, что ты здесь делаешь? – изумленно воскликнул Стефан.

– Вы все синие от холода. Сколько пробыли на морозе? – испугалась Луна.

Родители Антарии провели нас с Ривером в холл к камину и укутали пледом. В этот момент мне было даже все равно, что сижу с ненавистным человеком, по вине которого погибла подруга, бок о бок. Наши тела дрожали, но их начало наполнять тепло от огня.

– Вот, скорее выпейте! – приказала Луна, принеся на подносе два стакана с фирменным согревающим напитком семьи Фезим.

– Спасибо, – поблагодарила я, заливая в себя жидкую панацею.

В комнате появился Финеид, они с сестрой были очень похожи, но черты лица молодого человека отличались мужской грубостью, и брови с ресницами казались темнее, а длинные светлые волосы носили все члены семьи.

– Кэсси, здравствуй! Как неожиданно, но приятно тебе видеть, – сдержанно улыбнулся Финеид, – ты приехала на похороны?

– На похороны? – переспросил Ривер, все еще не осознавая, что находится в доме девушки, которую убил.

– Простите, я с вами не познакомился. Меня зовут Финеид, моя сестра Антария недавно умерла, и завтра пройдут ее похороны, – рассказал молодой человек, – вы друг Кэсси?

Я почувствовала, как Ривер вздрогнул. Жизнь подкинула ему странное совпадение, словно он оказался в одном из кругов ада, работающих с совестью и раскаянием.

– Зачем же так обжигать чужим горем, Финеид. Ты напугал бедного юношу, – пристыдила сына Луна.

– Это моя вина, госпожа Луна. Я не предупредила друга, зачем мы едем в Ледовое королевство, – соврала я.

– Ничего страшного, милая, у нас у всех сейчас мысли спутаны, – вздохнула женщина.

Когда отогрелись, мы с родителями Антарии стали негромко разговаривать, делясь добрыми историями о дорогом нам человеке. Риверу было некомфортно их слушать: возможно, его сжирало чувство вины, а, может, просто не хотел вникать в подробности малознакомой личности.

Анимаг поднялся с дивана и прошел к полке со скульптурами. Он стал рассматривать их, словно искренне заинтересовался.

– Их сделала Антария, – поведал Стефан, – ей нравилось изготавливать именно цветы, она называла эту коллекцию ледяным гербарием.

Ривер не дал никакой реакции, просто молча покинул холл. Я продолжила сидеть с семьей Фезим, и создалось впечатление, что мы просто беседуем в ожидании Антарии, которая любила долго спать по утрам.

Для ночлега нам выделили две гостевые комнаты. Из чувства вежливости пошла на улицу, чтобы сообщить это Риверу. Не знаю, будет ли он здесь ночевать, но предупредить стоит. Сегодня я убивать его не собиралась: во-первых, остался жалостливый осадок после его откровений о сестре, во-вторых, не хотела приносить неудобства родителям Антарии.

Я вышла на улицу и пошла вдоль здания в поисках Ривера. Он сидел на ступеньках у заднего входа. Благодаря мягкому снегу ноги ступали по земле тихо, и у меня получилось подойти незаметно. То, что я увидела, поразило меня до глубины души. Ривер выглядел задумчивым, погруженным в себя, а по его щекам текли слезы. Не знаю, скорбел он по Антарии или по сестре, но, оказалось, у него есть то, что я не ожидала обнаружить, – сердце.

Удалившись так же тихо, как подошла, я вернулась в дом. Поднявшись в комнату, начала раздеваться, прокручивая в памяти сегодняшний день. Он был крайне непредсказуемым и тяжелым. Я подошла к кофейному столику и взяла с него рамку с семейной фотографией. На меня смотрели счастливые лица, и на глаза набежали слезы.

– Не люблю этот снимок: я там плохо получилась, – услышала я знакомый голос, от которого по спине побежали мурашки.

Кажется, я начала сходить с ума. Все же обернулась, чтобы удостовериться, что мне показалось. Увидев Антарию, еле удержалась на ногах.

– У меня галлюцинации? – задала вопрос, прежде всего самой себе.

– Нет, я, правда, здесь, – произнеся это, Антария вдруг поднялась над полом и облетела круг по комнате, – ну не совсем я.

– Не понимаю, – пролепетала я.

Антария приземлилась напротив меня и протянула мне руку. Я попыталась взять ее, но моя ладонь прошла насквозь.

– Я стала призраком, – спокойно сообщила девушка, – присядь, а-то на тебе лица нет, – хохотнула подруга.

Дрожащей походкой я прошла к кровати и села на нее. Антария подлетела к креслу и тоже опустилась. Только сейчас я заметила небольшое свечение, исходящее от нее.

– Несколько дней назад тот идиот-кентавр меня убил. Неприятные ощущение, когда тебя протыкают насквозь, хочу тебе сказать, – поморщилась Антария, – затем я оказалась в перевалочном пункте, куда попадают все души, только что покинувшие тело. Так же там находятся души, не сумевшие пока что найти упокоение. Управляющий этого места сразу узнал меня и поблагодарил за то, что помогала заплутавшим духам и разрешала набраться сил в моем теле. Говорить, что мне приходилось пускать в себя мерзавцев, не стала: решила, вдруг из-за этого буду у них на хорошем счету. Вообще за мои заслуги мне предложили два пути: или реинкарнацию, или жизнь в форме призрака. Я выбрала, как ты видишь, второй вариант. На земле осталось слишком много людей, которых люблю.

Закончив рассказ, Антария растянулась в довольной улыбке: ей понравилось, что удалось меня обескуражить. Я помотала головой, все еще не веря, что происходящее правда.

– Завтра твои похороны, – почему-то решила сказать именно это.

– Да, знаю. Мое бренное тело сожгут, но пускай: оно мне больше не требуется.

– Это ты создала портал? – догадалась я.

– Да, – Антария вдруг стала серьезной, – мне нужно было тебя увидеть, чтобы кое-что рассказать. В перевалочном пункте я встретила нашего старого знакомого, и он рассказал то, от чего мои призрачные волосы встали дыбом. Речь пойдет об отце Блэр. 

Блэр

Кассандра с Ривером пропали на несколько дней. Я перерыла все возможные талмуды, вошла в контакт с миром мертвых, использовала последние телепорты, чтобы проверить другие Королевства, но так и не смогла отыскать ее. Остальные, на удивление, вели себя спокойно и предельно странно. Не озадачившись, где сейчас находится подруга, Луций все свободное время проводил с Ирисом и Свейгом. Возможно, троица и прорабатывала план по спасению Кассандры, но я глубоко в этом сомневалась.

Мадам Финч и девочки из Калипсо постоянно куда-то уходили, возвращаясь только под вечер. Я блуждала одна по огромному особняку нашего сестринства и по полупустой Академии, там знакомые тоже теперь появлялись крайне редко.

Неслышимая симфония тайны буквально поселилась рядом со мной и преследовала, подобно тени. Я не могла больше пребывать в неведении, поэтому пришла на опушку леса, где находилась хижина любимого лесника. Никого поблизости не оказалось, но из домика доносились странные звуки. Осторожно подкравшись, уже коснулась ручки двери, как меня остановил голос Луция:

– Блэр, у нас сегодня назначены занятия?

– Нет, но я хотела… И, вообще, кто у тебя там? – прервалась на полуслове, переменяя тему разговора.

– О чем ты? Там никого нет, – сказал юноша, и я увидела в его глазах сожаление за произнесенную ложь.

– Луций, хватит испытывать мое терпение! Либо ты говоришь, что ваш альянс затевает, либо…

– Что? – краешек рта красавца выказал усмешку.

Луций прекрасно понимал, что может искоренить мой гнев, преобразовав его в нечто прекрасное. Я всегда была слаба перед чарами его улыбки и даже не скрывала этого.