Мэри Лэй – Кассандра и Блэр в Царстве черного ворона (страница 46)

Флора, бывший куратор Факультета Гармонии, сообщила, что Мадам Соррель вызывает меня в свой кабинет. Сердце ушло в пятки: значит, Ривер все же выдал мою тайну или, может, это сделала семья Велэй. Если они поддерживали связь с Гойей, может, общались и с ее младшей сестрой?

Когда зашла в кабинет, остолбенела: директриса находилась за своим столом, а рядом на креслах сидели мои родители. Это все из-за меня. Видимо, за мной велась слежка, и я привела врагов в тайное место. Что теперь с нами сделают?

– Диана, как прошли каникулы? – обратилась ко мне Мадам Соррель. Мое имя в ее устах звучало пугающе. Теперь эта женщина владела всеми нашими секретами.

– Милая, все в порядке, Лира сняла заклинание, – с улыбкой сообщил папа.

Я не понимала, что здесь происходит. Почему родители так спокойны? Точно, Соррель могла применить на них другую магию. Лучше сейчас подыграть, чтобы меня отпустили, и я могла найти способ нейтрализовать новое заклинание.

Директриса тем временем поведала историю об обмане Аваруса, как он использовал ее в своих целях, а она даже не догадывалась об этом. По словам Соррель, ей было известно, что Мелиос что-то скрывает, но она даже предположить не могла, что пропавших преподавателей отправляют в подземелье для создания нового оружия.

– После смерти Аваруса я думала, что в Филориуме наступили хорошие времена. Затем приехал этот жуткий наследничек Ривер, он всегда меня пугал. Я говорила сестре, что его нужно изолировать от общества. И этот гад продолжил дело своего отца под предводительством Нумибуса. Но мне удалось снять заклинание с Мудрого дуба и вызволить пленников. Теперь нас много, и мы сможем противостоять этим мерзавцам!

Речь Соррель не произвела на меня впечатления, я не доверяла этому человеку, а вот родители, кажется, поддались ее влиянию. Мне пришлось со всем соглашаться, но после я вместе с Рамерием и Камелией прошла в выделенную им комнату.

– Соррель лжет, – прошептала я, когда мы остались одни.

– С чего ты взяла, Пушистик? – назвала меня мама детским прозвищем.

– Ривер не связан с Аварусом или Нумибусом, он сам сказал это под воздействием заклинания правды, – рассказала я.

Камелия подошла ко мне и ласково погладила по волосам. Я настолько отвыкла от маминых прикосновений, что немного вздрогнула.

– Ривер – могущественный чародей, не смотря на столь юный возраст. Он с легкостью обойдет любое заклинание, – сказала мама.

– Но я и сама видела, как Соррель вместе с Киганом колдовали у Мудрого дуба. Она обо всем знала! – привела я следующий аргумент.

– Дочка, присядь, пожалуйста, – попросил Рамерий, и я послушно села на край кровати, – мы много лет находились под влиянием Аваруса. Он чувствовал свое превосходство над нами, поэтому не стеснялся делиться своими планами. Мелиос служил Нумибусу и помогал ему в его целях. Нумибус собирается подчинить себе все королевства. Сейчас он специально наводит смуту, чтобы ослабить государства и натравить друг на друга, а затем воспользоваться удачным моментом и стать единоличным правителем. Он уже несколько лет спонсирует Эльфийские войны, чтобы развязать более масштабную войну и захватить Безоблачное Королевство, затем приступит к подчинению и других. Соррель слишком мелкая сошка, чтобы быть вовлеченной в такие игры. Я верю, что она ничего не знала о происходящем, и, в любом случае, сейчас мы просто должны воспользоваться свободой, чтобы остановить этот коллапс.

Я молчала, пытаясь осознать все, что сказал отец. За всем стоит Нумибус, как мы и предполагали, но масштаб его целей меня поразил. Странно, что колдун с такими эпичными планами, тратил свое время, чтобы забрать силу Блэр или притворяться Тристемом. Зачем ему это было нужно? Чтобы быть ближе к Аварусу и контролировать его? Но все это не отнимало факта, что Ривер не имеет к этому отношения. Как бы не уверяли родители, я уверена, что преподаватель говорил правду: он прибыл в Филориум, чтобы отомстить за отца.

– Что вы собираетесь делать? – спросила я.

– Завтра утром Ривер будет арестован, а затем казнен, – холодно сообщил Рамерий.

Голова закружилась. Я ненавидела профессора Лудуса, но заслуживал ли он смерти? Его собирались обвинить в том, чего он не совершал. Арест, пожалуйста, это справедливо, за все его издевки над студентами и жестокие поступки, но разве можно отнимать жизнь?

– Пушистик, я понимаю, что тебе это сложно принять, но в таких условиях нужно действовать быстро. Ты уже взрослая и должна знать, что в мире магии иногда приходится совершать страшные поступки во имя добра, – попыталась приободрить меня Камелия, но даже тепло ее рук не помогло унять дрожь в моем теле.

Весь день и вечер я крутила в голове мрачные мысли. Мне было бы не жаль Ривера, если бы он, действительно, являлся последователем Мелиоса или Нумибуса, но я знала, что это не так. Несправедливо нести наказание за то, что ты не совершал. И почему родители так слепо поверили Соррель? Эта женщина вместе со своим помощником Киганом вызывает куда больше подозрений, чем кто-либо другой.

Антария мирно спала, ко мне же сон не шел: я лежала в кромешной темноте и слушала ритмичный ход часов. На рассвете человек, которого ненавидела, будет приговорен к смерти. Осталось всего несколько часов, и его судьба решится.

Поддавшись необъяснимому импульсу, я вдруг вскочила с кровати, наощупь нашла свою одежду и быстро накинула ее на себя. Ноги вели меня в комнату, в которой никогда больше не планировала оказаться.

– Кассандра? – искренне удивился Ривер, открыв дверь, – Вам известно, что ночные визиты к преподавателю могут иметь двоякие смыслы?

– Можно войти? – попросила я, беспокоясь, что кто-нибудь увидит меня в учительском коридоре.

Ривер молча отошел в сторону, жестом приглашая внутрь. Помещение освещалось тусклым светом, но, в отличие от прошлого раза, когда я была в этой комнате, сейчас чувствовала себя в безопасности.

Я посмотрела на анимага: на нем были домашние штаны из черного атласа и больше ничего, поэтому взору предстал крепкий торс. Я, как завороженная, смотрела на оголенную часть тела Ривера, но загипнотизировало меня не спортивное телосложение, а своеобразные татуировки, покрывавшие кожу. От области сердца в разные стороны тянулись ветви дикой розы с шипами. Рисунки украшали грудь, плечи и руки колдуна. Непривычно поэтичный образ для человека с темной душой.

– Прошу прощения, не был готов к столь поздней гостье, – ухмыльнулся Ривер, хватая со стула халат, – или лучше оставить, как было?

Несмотря на серьезность предстоящего разговора, грязная шутка анимага заставила меня смутиться.

– Нет, оденьтесь, пожалуйста, – попросила я, снова почему-то перейдя на «вы».

Накинув халат, преподаватель скрестил руки на груди, вопросительно глядя на меня. Я не решалась начать разговор и выглядела, скорее всего, очень растерянной.

– Может, хочешь чего-нибудь выпить? – предложил Ривер, заметив мое волнение.

– Нет. Я пришла предупредить, что утром тебя собираются арестовать и приговорить к казни, – наконец, решилась я.

Ривер не стал уточнять, кто собирается его задержать и за что. Он в безмолвии смотрел на меня, видимо, решая, поверить или нет. Тогда я использовала проверенный способ доказать анимагу правдивость моих слов.

– Я не вру, можешь сам посмотреть, – заявила я, приблизившись к молодому человеку и уверенно взглянув во встревоженные глаза.

Еще несколько секунд Ривер сомневался, затем менее резко, чем обычно, взял меня за подбородок, устанавливая зрительный контакт. Прочитав по моим глазам правду, колдун отпустил руку и нахмурился:

– Зачем ты делаешь это?

– Потому что это было бы бессмысленным убийством. Ты хотел отомстить за отца, а его убил Нумибус. Уместнее сражаться против него вместе, но они не верят тебе и хотят себя обезопасить, – объяснила я свой поступок.

Казалось, Ривер, по-настоящему встревожен и даже опечален. Может, он не ожидал такой жестокости от собственной тети? Или его расстроило что-то другое?

– Тебе нужно бежать, – подсказала я, испугавшись, вдруг из-за неожиданности новости анимаг не догадается, зачем вообще его предупредила.

Уже в дверях я услышала негромкий голос Ривер:

– Спасибо, – были его слова.

Глава 24

Роланд

В последнее время я старался покидать дом Пегасов пораньше, чтобы не встретиться с его обитателями. Никто не поддерживал мою связь с Ривером, но мне плевать. Братство превратилось в сборище святош и больше походило на богадельню. Ирис постоянно торчал в рабочем кабинете, разрабатывая непонятные планы для высших умов, в которые нас не посвящал. Свейг так рьяно чтил кодекс Пегасов, что боялся сделать шаг в сторону, не сверившись с правилами. Мне все это порядком наскучило! Даже вечеринки в таверне перестали веселить. Только Ривер хоть немного растрясал это болото под названием Филориум.

Уйти незамеченным не удалось: в коридоре натолкнулся на главного зануду братства и его предводителя – Ириса. Он все еще оставался моим лучшим другом, но наши взгляды на жизнь стали так разниться, что легче было избегать общества друг друга. Приятель постоянно выговаривал мне за халатное отношение к делам таверны. Я предложил и вовсе ее закрыть, но Ирис не привык так быстро сдаваться.

– Опять бежишь к своему хозяину? – вместо приветствия спросил Ирис.