Мэри Кларк – Я слежу за тобой (страница 34)

— Итак, — подытожил Шульман, — я свяжусь с Грегом Барбером и узнаю, какова его позиция по этому вопросу.

65

На следующее утро после судебного слушания и атаки журналистов Арти Шульман, Мэтт Конинг и Майк Уилсон собрались на очередное совещание. Все трое признавали, что следствие и обвинение зашли в тупик.

Считавшееся железным обвинение против Алана Кроули рассыпалось. А Джейми Чэпмена, скорее всего, не являвшегося убийцей, нельзя было списать со счетов. Он упоминал Здоровяка, который ударил Керри, но было непонятно, имел ли он при этом в виду себя или кого-то другого. Адвокаты Кроули и Чэпменов запретили проводить допросы своих клиентов.

Оставалась еще эта ниточка насчет водителя эвакуатора, который менял колесо на машине Керри.

Конинг оказался прав, и Грег Барбер согласился предоставить следствию копии школьных записей Джейми. Просмотрев документы, полученные из его бывшей школы, Барбер велел своей секретарше сделать копии и отослать их в офис прокурора.

Как они и ожидали, записи подтвердили, что у Чэпмена серьезные умственные отклонения. Но его история также констатировала, что он был послушным и дружелюбным мальчиком и не проявлял никакой склонности к агрессии или насилию.

Прокурор и его помощник пришли к выводу, что на данном этапе они не будут просить суд снять с Алана Кроули обвинение в совершении преступления. Мэтт Конинг угрюмо добавил, что сам свяжется с Лестером Паркером и сообщит ему, что обвинение согласится на то, чтобы снять электронный браслет и отменить запрет на передвижение за пределы штата Нью-Джерси. Он понимал, что это утихомирит Паркера лишь на какое-то время, но Конинг твердо решил заявить, что дальше этих мер он не пойдет.

Заканчивая совещание, прокурор сказал:

— Я знаю, что мы стараемся изо всех сил. Но за все на свете приходится платить.

66

После смерти Керри прошло две с половиной недели. Постепенно приходило ощущение безвозвратности потери. Эйлин старалась быть дома не позже половины седьмого, чтобы выпить с матерью по бокалу вина. Ей казалось, что это поднимает дух Фрэн. Но сегодня, как только она вошла, ей сразу стало понятно, что у матери был особенно плохой день. У нее опухли глаза. Она сидела в гостиной и просматривала семейный альбом с фотографиями.

Когда дочь вошла, миссис Даулинг подняла голову, но альбом не закрыла.

— Ты помнишь, как Керри сломала лодыжку, когда ей было одиннадцать лет? — спросила она. — Я столько раз ее предупреждала… Она хорошо каталась на коньках. Но у нее не получались вращения, и она все продолжала крутиться.

— Помню, — ответила Эйлин. — Мне никогда эти коньки не давались.

— Нет, не давались, — согласилась ее мать. — Ты всегда отлично училась, а Керри была очень спортивной.

— Думаю, пора налить вина, — предложила девушка, забирая у нее альбом.

Фрэн закрыла глаза.

— Пожалуй, — безучастно произнесла она.

— Тут так вкусно пахнет! — крикнула Эйлин из кухни.

— Это телятина с пармезаном. Я думала, вам придется по вкусу, для разнообразия.

Эйлин так хорошо помнила, что телятина с пармезаном была любимым блюдом Керри. Она вернулась из кухни с двумя бокалами вина и включила еще несколько ламп.

— Освети свой угол,[18] — сказала девушка.

— Странно, что ты знаешь эту песню, — удивилась ее мать. — Это старый госпел.[19]

— Мам, я не знаю песню. Я помню, что ты повторяешь это каждый раз, когда зажигаешь лампу.

— Наверное, — искренне улыбнулась Фрэн, а потом добавила: — Не знаю, что бы мы с отцом делали, если бы ты осталась в Лондоне.

— Я бы сразу же прилетела.

— Да, я знаю. Ладно, давай-ка сменим тему. Как дела у тебя в школе?

— Я рассказывала тебе, что все выпускники сейчас сосредоточены на выборе колледжа. Одним писать вступительное эссе легко, и они, не задумываясь, излагают свои истории на бумаге. Другим каждое слово дается с большим трудом.

Раздался звук открываемой двери. Пришел с работы Стив. Он появился в гостиной и, бросив взгляд на вино, заметил:

— Полагаю, где-то сейчас пробил файф-о-клок.

Наклонившись, он обнял жену.

— Как ты?

— Сегодня что-то не очень, — ответила та. — Я ездила по делам и случайно проехала мимо школы. Увидела, как девочки играют в футбол. И меня одолели разные мысли.

— Понимаю. Я специально объезжаю этот район, чтобы школа не попалась мне на глаза. Есть в этом доме еще вино или вы все выпили?

— Сейчас принесу, пап, — сказала Эйлин.

Пока она была на кухне, в дверь позвонили.

— Ты кого-нибудь ждешь? — вставая, спросил Даулинг.

— Нет, — ответила ему Фрэн.

Когда Эйлин возвращалась с бокалом вина для отца, Стив вошел в гостиную в сопровождении Скотта Кимбелла. «Что он тут делает?» — удивилась девушка.

— Привет, Скотт, — сказала она. — Какой сюрприз! С папой ты, очевидно, уже познакомился. А это моя мама, Фрэн. Мама, это Скотт Кимбелл.

— Я знаю, кто он такой, — ответила миссис Даулинг. — Скотт был тренером Керри по лакроссу.

— Хотите выпить, Скотт? — предложил глава семейства.

— Я бы с удовольствием выпил белого вина вместе с вами, если не возражаете, — кивнул гость.

— Возьмите, — сказал Стив, указывая на бокал в руках дочери. — Я себе еще принесу.

— Садитесь, пожалуйста, — пригласила Фрэн.

«И ботиночки скиньте», — подумала про себя Эйлин.

— Итак, Скотт, — поинтересовалась она, — какими судьбами?

— Я пытался дозвониться до тебя, Эйлин, но твой телефон был отключен, — стал рассказывать Кимбелл. — Мне сегодня позвонил один приятель, в полном расстройстве. У него пропадали два билета на «Гамильтона»[20] на завтра, так как ему предстояло уехать по срочному делу. Он отдал билеты мне. Я надеялся, что ты не занята завтра вечером.

— О, Эйлин, как это замечательно! — вмешалась Фрэн. — Мы с отцом мечтаем попасть на это шоу.

Девушка задумалась, как бы ей убедить Скотта отдать эти билеты родителям. Она попыталась найти повод для отказа.

Но Фрэн ответила за дочь:

— О, Эйлин, конечно, ты пойдешь! Все без ума от этой постановки.

— Скотт, как это мило с вашей стороны, — добавил Стив.

Мисс Даулинг и вправду хотелось посмотреть «Гамильтона». Ей просто не очень улыбалась перспектива провести третий вечер со Скоттом Кимбеллом. Ей совсем не нравилось, что он вот так заявился к ней домой. Но не успела она открыть рот, как ее мать уже говорила:

— Скотт, вы любите телятину с пармезаном?

— Я обожаю телятину с пармезаном, но я не хочу быть навязчивым, — сказал тренер.

— Тот, кто приносит в наш дом два билета на «Гамильтона», никак не может быть навязчивым, — с чувством сказал Даулинг. — Так ведь, Эйлин?

И его дочери ничего не оставалось, кроме как ответить: «Ну конечно!»

Скотт уселся напротив Эйлин, на место, которое обычно занимала Керри.

За столом он рассказал про свою семью.

— Я вырос в Небраске. Мои родители живут там до сих пор. Так же как и дедушка с бабушкой. Я провожу с ними все праздники. Но, как я уже говорил Эйлин, я люблю путешествовать. Так что почти каждое лето я куда-нибудь уезжаю.

— А мы с друзьями раз в год совершаем круиз по реке, — подхватила Фрэн. — Я получаю от этих круизов огромное удовольствие. В прошлом году мы ездили по Дунаю. В позапрошлом — по Сене.

— Речной круиз стоит у меня в планах, — тут же отреагировал Кимбелл. — На каком судне вы ездили?

Эйлин промолчала весь ужин. «Не успеешь оглянуться, как он принесет тебе билет на речной круиз, — думала она. — И попробуй пригласить кого-нибудь другого».