Мэри Кларк – Ты меня заворожил (страница 38)

– Забавно, – отозвалась Регина. – Знаете, я держу агентство по продаже недвижимости. Только сегодня утром я вспоминала тот день, когда получила письмо об этой передаче и так разнервничалась, что неудачно провела презентацию дома, который собиралась продать. Владелицей его была семидесятишестилетняя женщина, которая хотела переехать в общину престарелых. Я продала ее дом два месяца спустя и на тридцать тысяч долларов дешевле, чем должна была. Когда я получу деньги за эту передачу, я намерена вернуть ей комиссионные.

– Значит, вы одна из миллиона, – сухо сказал Джерри, открывая перед ней раздвижную дверь, ведущую из патио в кухню.

Регина вспомнила, что по утрам этот вход из патио был заперт.

– В патио сейчас ни души, да и Джейн не видно, – прокомментировал Джерри. – Думаю, она все-таки решила пойти отдохнуть.

«А где остальные? – спросила себя Регина, пока они шли по коридору к комнате для отдыха. – Они боятся оставаться вместе? Мы не доверяем друг другу, – подумала она. – У каждой из нас была причина убить Бетси, но у меня – самая веская».

Лори Моран и Алекс Бакли ждали ее в комнате. Грейс, ассистентка Лори, стояла в стороне. Бригада все еще расставляла осветительные приборы. Оператор уже был на своем месте.

Без приглашения Регина села за стол напротив Алекса. Она то сжимала, то разжимала руки. «Прекрати!» – велела она себе. Женщина слышала, как Лори поздоровалась с ней, и ответила на это приветствие.

Алекс Бакли тепло приветствовал ее, но Регина была уверена, что он настроен враждебно. «Когда он предъявит мне предсмертное письмо моего отца?» – спрашивала она себя.

– Дубль первый, – сказал директор съемок и начал отсчет: – Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять, четыре, три, два, один…

Щелкнула хлопушка, и Алекс начал:

– Мы беседует с третьей из четырех героинь «Выпускного праздника», Региной Коллари. Регина, спасибо вам, что согласились принять участие в нашей программе. Скажите, ведь вы выросли в этом городе, не так ли?

– Да, именно так.

– И все же, насколько я понимаю, вы не возвращались сюда после вашего отъезда вскоре после «Праздника» и смерти Бетси Пауэлл.

«Попытайся говорить спокойно», – предостерегла себя Регина.

– Я уверена, что остальные уже сказали вам: к нам четырем отнеслись как к подозреваемым в убийстве. Кто бы захотел оставаться в таком окружении?

– Через некоторое время после указанных событий вы переехали во Флориду. Ваша мать последовала за вами туда?

– Да.

– Она ведь умерла в довольно раннем возрасте?

– Ей едва исполнилось пятьдесят.

– Какой она была?

– Она была одной из тех женщин, которые делают много добра, но ненавидят популярность.

– Какие отношения были у нее с вашим отцом?

– Они были словно единая душа.

– В чем заключался его бизнес?

– Он покупал прогорающие компании, приводил их дела в порядок, а потом продавал их с большой выгодой. Он был очень успешен в своем деле.

– Давайте вернемся к этому позже. Я хочу поговорить о ночи «Выпускного праздника», начиная с момента, когда вы все вместе сидели в комнате для отдыха.

Лори слушала и наблюдала, как Регина рассказывает ту же историю, что и остальные девушки. Они снова и снова наливали себе вина, обсуждали вечер, смеялись над платьями некоторых пожилых женщин. Точно так же, как и другие выпускницы, она описала момент обнаружения тела Бетси.

– Мы были молоды. Вы, должно быть, знаете, что у всех нас были свои обиды на Пауэллов, – говорила Регина. – Но в тот момент я просто отдыхала и наслаждалась общением с подругами. Мы пили вино, выходили во двор, чтобы покурить, и возвращались. Даже Клэр шутила насчет того, что ее отчим так строго относится к курению. «Пожалуйста, – сказала она, – не зажигайте сигареты, пока не окажетесь в дальнем углу патио. У него нюх, как у гончей». Мы обсуждали свои планы. Нина собиралась податься в Голливуд. Она всегда играла главные роли в школьных спектаклях, и к тому же ее мать была актрисой. Нина даже смеялась над тем, что Мюриэль по-прежнему шпыняет ее, поскольку именно она позвала к своему столу Клэр и ее мать, когда они оказались в одном ресторане, и так Бетси познакомилась с Робом Пауэллом.

– Как Клэр отреагировала на это? – быстро спросил Алекс.

– Она сказала: «Тебе повезло, Нина», – ответила Регина.

– Как вы думаете, что она имела в виду?

– У меня есть кое-какие подозрения, – честно сказала Регина. – Но я просто не знаю.

– Давайте углубимся немного в прошлое, – предложил Алекс. – Я видел фотографии вашего дома. Он был очень красивым.

– Да, был, – согласилась Регина. – Более того, это был теплый и уютный дом.

– Но потом, конечно же, все изменилось, когда ваш отец сделал инвестиции в хеджевый фонд Роберта Пауэлла.

Регина сознавала, к чему он клонит. «Осторожно, – предупредила она себя, – он выстраивает твои мотивы для убийства Бетси».

– Наверное, трудно было не возмущаться тем, что практически все средства вашего отца были потеряны на этих инвестициях.

– Моя мать была опечалена, но обиду не затаила. Она сказала мне, что у моего отца был характер охотника за золотом и что он несколько раз складывал в одну корзину слишком много яиц. С другой стороны, он никогда не был безрассудным.

– Но вы все равно продолжали дружить с Клэр?

– Да, мы дружили, пока не разъехались из Салем-Ридж. Полагаю, что по невысказанному согласию мы не хотели поддерживать друг с другом контакты после смерти Бетси.

– Что вы чувствовали, приходя в этот особняк после смерти отца?

– Я очень редко бывала здесь. Не думаю, что Роберту Пауэллу нравилось, когда подруги Клэр приходили к ней. Мы предпочитали встречаться дома у кого-нибудь еще из нас.

– Тогда почему он устроил «Праздник» для всех вас?

– Я полагаю, это была идея Бетси. Некоторые из ее подруг задали шикарные выпускные вечеринки в честь своих дочерей. Она хотела перещеголять их всех.

– Что вы думали в вечер «Выпускного праздника»?

– Я скучала по отцу. Думала, каким идеальным был бы этот прекрасный вечер, если бы он был с нами. Моя мать тоже была среди гостей, и я видела в ее глазах отражение своих мыслей.

– Регина, в возрасте пятнадцати лет вы обнаружили тело своего отца… – продолжила Алекс.

– Да, нашла, – тихо произнесла Регина.

– Быть может, вам легче было бы это пережить, если бы он оставил записку? Если бы он попросил прощения за самоубийство и финансовую катастрофу? Если бы он в последний раз сказал вам, что любит вас? Как вы считаете, помогло бы это вам и вашей матери?

Яркие воспоминания о том, как счастлива она была, катясь на велосипеде по длинной подъездной аллее, вдыхая соленый воздух, и как потом нажала кнопку открытия гаражной двери и увидела, что тело ее сорокапятилетнего красавца-отца покачивается в петле, одна рука сжимает веревку, словно он передумал слишком поздно, разбили хрупкое самообладание Регины.

– А что изменилось бы от существования этой записки? – спросила она, давясь словами. – Мой отец умер.

– Вините ли вы Роберта Пауэлла за то, что ваш отец потерял все свои деньги, вложив в этот хеджевый фонд?

Последние остатки ее хладнокровия рухнули.

– Я виню их обоих. Бетси принимала такое же участие во втягивании моего отца в это мошенничество, как и сам Пауэлл.

– Откуда вы это знаете, Регина? Не потому ли, что ваш отец действительно оставил письмо? – Алекс молчал, потом жестким тоном продолжил: – Он оставил письмо, верно?

Регина отчаянно пыталась прошептать слабым голосом: «Нет… нет… нет», – но адвокат не сводил с нее взгляда, сочувственного, но требовательного.

69

Восторг Бруно перерос почти в лихорадочное веселье, когда садовник прослушал разговор Лори с отцом. Он с радостью осознавал, что все встает на свои места.

Лео Фэрли останется в больнице до завтрашнего утра.

Лео и Лори будут разговаривать с Тимми по телефону из больничной палаты.

«Два часа спустя я заберу Тимми, – думал Бруно. – Лео уже сказал директору лагеря, что находится в больнице. Я буду в полицейской форме. Я смогу это сделать. Вероятно, после этого я даже смогу уйти. Но если нет, оно того сто́ит. Дело Синеглазого убийцы муссировали в газетах годами и муссируют до сих пор. Если бы они только знали, что я провел пять лет в тюрьме после того, как застрелил мужа Лори… И все из-за мелкого нарушения режима условно-досрочного освобождения. Но в каком-то смысле это окупилось. Лео Фэрли и его дочь все эти пять лет волновались и гадали, когда я нанесу новый удар. Завтра их ожиданию придет конец».

Бруно опустил свой телефон в карман и вышел наружу как раз вовремя, чтобы увидеть, как машина начальника полиции паркуется позади студийных фургонов. Должно быть, Пенн приехал на обед.

Бруно постарался побыстрее исчезнуть с линии взгляда начальника полиции и принялся приводить в порядок зелень. Так Пенн не сможет разглядеть его лицо.

Одно Бруно знал точно – у большинства копов долгая память на лица, даже если люди стареют или сбривают либо, напротив, отращивают бороду и усы.

Ну, или если кто-то настолько туп, чтобы размещать свое фото на «Фейсбуке».