Мэри Кларк – Ложное впечатление. Подсолнух. Две девочки в синем. Марли и я (страница 48)
— Хайме сказал, что все дети ходят в какую-то другую школу.
— Сейчас — да. Но это не очень хорошо. Многие из них отстают от одноклассников. Подростки стесняются ходить на занятия вместе с малышами.
— Можно я помогу им красить? — спросил мальчик.
Пол посмотрел на девушек:
— Вы не против?
— Конечно, нет, — ответила Джессика.
— Хорошо, — сказал он Пабло. — Только работай как следует. — Он снова посмотрел на девушек. — Мы увидимся с вами чуть позже. — Бросив долгий взгляд на Кристин, он вышел.
Хайме последовал за ним, на ходу что-то объясняя и жестикулируя.
— Что ж, Пабло, пошли работать, — бодро сказала Джессика. — Можешь взять мой валик. Окунаешь его в краску — вот так. Потом немного стряхиваешь над лотком, чтобы краска не капала. Потом катаешь валик по стене.
Джессика взяла другой валик и снова вскарабкалась на стремянку. Пабло пристроился работать рядом с Кристин. Несколько минут спустя она сказала:
— Так завтра твой день рождения. Тебе исполнится восемь?
— Да. У нас будет праздник. Настоящий. Мы сделали пиньяту.
— Не знаю, что это, но звучит заманчиво. Мы приготовим тебе подарок, — сказала Кристин.
— Спасибо.
— Сколько времени ты здесь живешь? — спросила Джессика.
— О, уже очень-очень давно.
В устах восьмилетнего мальчика это прозвучало странно.
— Ты откуда? — спросила Кристин.
Мальчик замялся:
— Не знаю, — и снова принялся красить.
Когда они докрашивали третью стену, прозвенел колокольчик.
— Пора на ланч, — сказал Пабло, положил на пол свой валик и выбежал из комнаты.
Кристин улыбнулась:
— Думаю, он проголодался.
Они слили краску из лотка обратно в банку, закрыли ее и последовали за Пабло. Их группа была во внутреннем дворе. Все разбирали коробки с ланчем. Джессика и Кристин уселись рядом на низкой каменной ограде рядом с фонтаном, где собрались Пабло и еще несколько перуанцев.
Солнце поднялось высоко, и Джессика запрокинула голову, чтобы позагорать.
— Правда, погода невероятная?
— Все подумают, что мы с тобой посещали солярий, — сказала Кристин. Она посмотрела на коробку. — И что у нас на обед?
— Черствая булочка с куском ветчины и кусок сыра. Банан. Бататовые чипсы. Плитка шоколада. Мы определенно сбросим вес.
К ним подошел Джим:
— Как идет покраска, дамы?
— Приходи, посмотришь, — ответила Джессика, очищая банан. — А у вас, мужчин, как успехи?
— Мы сделали довольно много. Но тут работы не меньше чем на три дня.
— Садись, поешь с нами, — предложила Кристин.
— Спасибо, но водитель только что сказал, что у него неполадки с автобусом, пойду разбираться.
Во двор вышел Пол, взял коробку с едой, затем уселся в одиночестве на каменных ступеньках.
— Давай поговорим с ним, — сказала Джессика.
— Давай.
Пол молча смотрел, как они приближаются.
— Вы не против, если мы посидим с вами?
— Разумеется, не против.
Он подвинулся. Джессика села ближе к нему, а Кристин на три ступеньки ниже.
— Как продвигается покраска?
— Продвигается, — ответила Джессика. — Давно ли здесь организовали приют?
— Лет шесть назад.
— А вы давно здесь работаете?
Он наморщил лоб, припоминая:
— Наверное, года четыре.
— Вы не знаете?
— Наверное, на мне сказалось пребывание в этой стране. В Штатах я планировал свой день с точностью до пятнадцати минут. Здесь проходят месяцы, и их не замечаешь.
— Звучит неплохо, — заметила Джессика.
— И впрямь неплохо, — отозвался Пол.
— Как дети попадают в приют?
— Полицейские подбирают их на улице.
— Сколько в приюте детей?
— Сейчас — двенадцать мальчиков.
— А девочек нет? — спросила Джессика.
— Только одна. Девочки остаются на улице не так долго, как мальчики.
— Почему?
Он замялся:
— Их продают и заставляют заниматься проституцией. Мы пытаемся забрать с улицы как можно больше детей. Очевидно, придется завести еще приют, только для девочек. У нас когда-то было шесть девочек, но ничего хорошего из этого не вышло.
— Почему?
— Они продавали себя мальчикам. За один соль.
— За один соль? — переспросила Джессика. — То есть за тридцать центов?
— Здесь все дешево, — мрачно отозвался Пол. — А вы, девушки, откуда?