Мэри Кенли – Танец на ножах (страница 47)
Королева Марсейд дала расплывчатые пояснения по поводу произошедшего скандала. Она мягко сообщила о проведенном расследовании, в ходе которого выяснилось, что Имма на самом деле не пыталась убить свою старшую сестру. Некие ужасные люди, желающие подорвать престиж всего Альянса, покусились на светлый лик героини. К счастью, виновные уже схвачены Орденом Защитников, так что нет причин для волнений.
Брак Иммы и Клайва был признан законным. Королева рассказала о трогательной любви, связывающей её сына и младшую Гарди с юных лет. Однако, в наказание за обман, Клайва вычеркнули из королевской родословной. Можно сказать, что от него отказались… Хотя, по факту, он всё ещё оставался под неусыпным контролем родителей.
Но ни он, ни его дети не смогут претендовать на видные должности АльСво.
Каждый день семью Гарди разрывали новые скандалы. Имма… Потратила слишком много золота, по сути, обокрав людей, которые заменили ей родителей.
Варис и Индра были в бешенстве. Стараясь сохранять благопристойный вид при остальных, они понимали, что навсегда лишились поддержки королевской семьи. Несмываемый позор останется с ними до последнего вздоха.
В конце концов, мои добрые родители передали Имме послание, в котором сообщили, что она более не является частью Гарди. Таким образом, даже в случае развода с принцем – они ей не помогут.
Но и последний козырь в моём лице не имел никакого значения. Королева Марсейд отправила вполне чёткое пожелание в письме: я должна как можно скорее уехать за пределы АльСво. Причины? Ну, всё довольно просто.
Появление «несчастной героини Либерии» провоцирует народ Альянса вспоминать подробности скандальной промашки королевской семьи. Я стала лишней персоной, пробуждающей дурные ассоциации.
Но меня подобное более чем устраивало.
— Ты уедешь завтра? С этим твоим… Мужем? – понуро спросил Варис, наблюдая за тем, как я собираю вещи.
Он сильно осунулся за прошедшие дни, пребывая в перманентом напряжении.
— Да, - беспечно отозвалась я, - он ведь торговец. Мы вместе отправимся за дальние моря…
— Этот брак ещё можно попытаться оспорить, - устало проронил мужчина.
— Зачем? – мягко уточнила. – Ведь теперь у меня всё равно нет достойного приданого для нового замужества. А муж… Щедр и мил. Не печалься, папа. Я со всем справлюсь сама.
На свадьбу нужны деньги, а Гарди теперь находятся в незавидном финансовом положении. Варис больше ничего мне не предложил, видимо, соглашаясь с весомыми аргументами.
— Ты… Не винишь нас с мамой? – тихо спросил он, прежде чем уйти.
— Нет, - я улыбнулась, - вы дали мне жизнь. Этого достаточно.
И то было чистой правдой. На рассвете я исчезну, оставляя Альянс, который на поверку оказался столь же чуждым, как и Клигар.
Той ночью не хотелось спать. Где-то на нижнем этаже стенала Индра, не пожелавшая со мной говорить. Где-то наверху отец заперся в кабинете.
И, в конце концов… Раздался настойчивый стук в дверь.
Я коротко встрепенулась, шагнув вперёд. Но менее всего на свете ожидала увидеть Патрокла. Мой брат выглядел… Неважно. По нему было видно, что он мало спал.
Скандалы в семье затронули и его, потому как Патрокл открыто признал свою вину. Именно он позволил Имме забрать деньги.
— Ты… - без приветствия хрипло проговорил брат.
Я мысленно вздохнула, подготавливаясь к новому витку обвинений. Что ты мне скажешь на сей раз, Патрокл?
— Имма ведь на самом деле пыталась тебя убить? – прямо спросил молодой человек.
В его взгляде боролись до боли противоречивые эмоции. Словно он искренне не хотел в это верить, но и принять очевидную ложь не мог.
— Да. – я не видела смысла скрывать правду.
Пальцы Патрокла бессильно сжались в кулаки. Он опустил глаза в пол и пробормотал:
— Тебе не нужно выходить замуж за того человека. Я заработаю денег и смогу содержать семью. Не уезжай.
В тот момент… Наверное, я была очень удивлена и немного растрогана. Подобные слова… Казались слишком неожиданными.
— Что, если мне хочется уехать? – спросила, мягко усмехнувшись.
Патрокл окончательно растерялся:
— Но зачем? И куда?
— Куда-нибудь, - качнула головой, - разве велика разница?
— Ты… Такая эгоистка, - вспыхнул он от раздражения.
— Мой глупый брат, который ничего обо мне не знает, - я смело шагнула вперёд, пытливо заглядывая ему в глаза, - ты слышал что-нибудь о рабстве на тёмных землях? Ты хоть понимаешь, что эти восемь лет я провела в бесконечной агонии? Меня травили. Били. Унижали. Одолевали болезни. И всё это я прошла без вас. Без своей семьи. Столько смертей… Столько крови. Патрокл, мне действительно нельзя быть эгоисткой?
Его словно молния ударила. Брат стоял, ошарашенно хватая губами воздух.
— Я… Я не… Ты никогда не рассказывала…
— Потому что вы не захотели меня слушать, - с губ сорвался печальный смешок, - это никак не сочетается с вашей мирной жизнью и… Вызывает столь отвратительное чувство вины.
Он замолк, но не избавился от растерянности во взгляде.
— Я ненавидел Либерию, - неожиданно, признался Патрокл, - ненавидел… Потому что ты была маленькой любимой принцессой. Все только о тебе и говорили. Родители бесконечно тобой гордились. А я… Вечно на вторых ролях. Должен всюду за тобой ходить, должен играть. Всегда и вечно должен... Я считал тебя раздражающей занозой. Когда ты исчезла… Мне вначале показалось, что и это – нарочно. Может, ты просто хотела привлечь внимание?
Брат горько усмехнулся:
— Но жизнь без тебя не стала проще. Я не смог смириться… С пропажей. А потом появилась Имма. Такая болезненная, слабая… Она вечно нуждалась во мне, цеплялась, словно глупый щенок. Рядом с ней я будто становился ответственнее и сильнее. Так намного легче… Забыть болезненное. Стать хорошим братом хотя бы для неё.
С моих губ сорвался очередной усталый вздох.
— Прошлое останется в прошлом. Если тебе легче забыть – что я могу поделать?
Рассвет прорезал линию горизонта. Я стащила с кровати чемодан и обогнула Патрокла, направившись к выходу.
— Каждый год в наш дом приходили девушки, которые называли себя тобой. Каждый год я терял надежду. Но когда появилась настоящая ты – ко мне будто вернулась вся ненависть из детства. Я действительно хотел тебя видеть, но и винил за каждый год пропажи. - безнадёжно проговорил он, обернувшись. – Не исчезай теперь… Пожалуйста. Мне больше не хочется забывать.
Я замерла у двери и, коснувшись круглой ручки, улыбнулась:
— Придёт день, и ты получишь письмо, брат. Приглашение… В мой новый дом. Конечно, только твой выбор – отзываться, или же нет. А пока что… До встречи.
То, что я не успела сказать ему перед пропажей. Мой глупый брат оставался высокомерным ребёнком, но окончательно искоренить в себе привязанность к нему не представляется возможным.
Поместье Гарди утопало в рассветной дымке. Сухие прощания родителей остались где-то там, за стенами. Надрывные чувства Патрокла до сих пор звенели в сознании.
Астор ждал меня у ворот, прислонившись плечом в том месте, откуда в самом начале малютку Либ и похитили.
Статный, высокий представитель демонической семьи со сверкающими серебром волосами и кровавым взором… Казался невозможно нежным и родным.
— Попрощалась, Либерия? – спросил он, ласково скользнув пальцами по моей щеке, мокрой от непрошенных слёз.
— Да. Теперь я готова оставить былое, - прошептала, с отчаянным усилием сжимая его ладонь. – Всё ведь… Будет хорошо? Намного лучше прежнего?
— Будь уверена, - рассмеялся Астор и смех отозвался северным ветром, в порывах которого кружились первые весенние лепестки.
Эпилог