Мэри Кенли – Революция кукольной принцессы (страница 38)

В горле пересохло от осознания того, что она и впрямь может… Быть с ним. По-настоящему, а не в мимолётных дрёмах. Но сломанная кукла давным-давно запретила себе мечтать.

Любовь, дружба, принятие… Она страшилась этого и одновременно желала больше всего на свете.

— Если князь решил обмануть меня – пощады не будет, - холодно произнесла Киана, пряча сияющий взгляд.

Вымученная попытка оттолкнуть, потому что леди преступно слаба перед ним. Князь, конечно, видит её насквозь. Ведь Киана будто повторяла тот раз, с Венцом Божественной Птицы…

Возжелать нечто, а потом сказать, что ей это вовсе не нужно.

— Принцесса готова дать мне шанс? – игривый смешок над ухом вызвал волны мурашек по коже.

Девушка повернулась к Рейнару и дыхание её на мгновение сбилось. Она откинула со лба несколько янтарных прядей и качнулась вперёд, опираясь ладонями на крепкую мужскую грудь. Киана припала к его губам, чувствуя привкус листьев чёрного чая с мятой.

Чуть горьковатые уста, искры во взоре, учащённое дыхание… В уютной полутьме комнаты она ощущала себя более смелой, чем когда-либо.

— Вместо ответа… - проронила принцесса, слыша звон собственного сердца.

Как бы ни старалась избежать нежной одержимости… Похоже, это невозможно. Любовь была её персональным омутом. Затягивала, приносила внутреннюю боль, напоминала о глупости Кианы… И давала надежду.

— Это обещание, - хрипло протянул князь, - я женюсь на тебе, как только нам удастся стабилизировать ситуацию в стране.

Сердце Кианы сжалось от плохого предчувствия вперемешку со щемящим волнением. Когда Рейнар говорил о шторме, он подразумевал огневые залпы и гибель людей. То, что уже просачивается, пронзая Калн стальными нитями.

И она понимала одно: князь вскоре будет вынужден уехать. Опять. Он точно ввяжется во что-то опасное, потому как… Так было всегда.

Император, который боится своего младшего брата, был бы рад получить известие о кончине Рейнара. Но поддержка князя необходима Кальдерону.

«Я вынуждена сталкиваться с подобными препятствиями бесконечно, выбирая сложных мужчин… Но, на этот раз, не буду жалеть о собственном выборе»

— Не оставляй меня надолго одну, Рейнар. Убей дракона. Сожги преграды. Спаси страну. Но не оставляй.

Шероховатая ладонь князя ласково прошлась по её щеке.

— Будь уверена, Киана.

«Пожалуйста… Пожалуйста… Пусть в нынешнем возрождении всё будет иначе»

В тот день их хрупкое счастье, разделённое на двоих, разбилось о острые скалы реальности, как только Киана вернулась в особняк.

Рейнар был аккуратен и методичен, провёл принцессу с её свитой окольными путями и, на прощание, оставил горячий поцелуй на её губах, от которого коленки девушки начали подгибаться.

Никто не заметил отлучки леди Аглесс и то было благой вестью. Однако, ночью Киана не могла спать вовсе не из-за нахлынувших чувств.

На улицах Кална начались беспорядки. Массовые, жестокие побоища разгорелись пожарами у трущоб и неконтролируемо распространились по городу. Территории герцога находились чуть в отдалении от столичного региона, но даже до них долетали вспышки взрывов.

Киана чувствовала себя так, как раннее высказался князь. Все они сейчас – на пороховой бочке с зажженным фитилем.

«Погаснет ли он, или же догорит до конца? Вот вопрос…»

Только на рассвете властям удалось урегулировать ситуацию. Об этом сообщила Клэр, получившая срочную весточку от отца. У принцессы немного отлегло от сердца, но она всё равно беспокоилась.

Вначале казалось, что пережить заново события прошлого – не сложно. Но… На самом деле, предательская неопределённость вмешивалась в прошедшую историю, изменяя отдельные детали.

Одно оставалось нетронутым – факт грядущего шторма.

Киана весь день провела в нервных ожиданиях, но особняк попросту затих. Слуги вели себя тише воды и ниже травы, будто боялись неминуемой кары. А после ужина к принцессе зашёл несколько неожиданный гость.

Эрнст Аглесс похудел. Его взгляд стал мрачнее и злее, стирая привычные мягкие черты лица. Конечно, он все ещё был вежлив, но за маской доброты прослеживались острые углы набухающей паранойи. Под глазами молодого мужчины пролегли тёмные круги от хронического недосыпа.

— Прекрасно выглядишь, родная, - комплимент, сказанный безразличным тоном, давил на плечи Кианы вместе с напряженной атмосферой.

— Что-то случилось, брат? – с осторожностью спросила она.

— Всё отлично, - медленно проговорил он, но кривая усмешка не предвещала ничего хорошего, - кроме того, что герцогство Аглесс обязали заплатить большую сумму для восстановления повреждённых районов столицы.

Киана удивлённо нахмурилась, а потом выпалила:

— Как они посмели?! При чём тут мы…?

— Не важно, - неожиданно холодно отмахнулся Эрнст, - грядут тяжёлые времена, Киана. Тебе придётся стать более осознанной. Через день мы отправимся на бал, который устраивает Альберт Эзред. Ты должна высказать поддержку кузену. Понимаешь?

Конечно, она понимала. Судя по всему, часть вины за беспорядки возложили на фракцию Золотого герцогства. С одной стороны, это ожидаемо и подобное можно в дальнейшем благоприятно обыграть в глазах окружающих…

Однако, Аглесс находились в тесных связях с императрицей. Тот факт, что их «обязали» вложиться, означал, прежде всего, звонкую пощечину для Эллерии. И Киана полагала, что именно император стоит за этим.

Почему?

«— Вы же понимаете, что нити дворцовых интриг тесно переплетаются, затягивая чёртовы клубки змей из благородных семей?» - так однажды сказал Рейнар.

— Конечно, - безупречно улыбнулась Киана, глядя в глаза Эрнсту, - я постараюсь помочь Альберту.

«Мы повязаны с семьей Эзред, но не всё так однозначно. Императорский клан никогда не был мирным и прямо сейчас ситуация обострилась до предела. Кажется, кровопролития невозможно избежать…»

— Ты всегда была хорошей сестрой, - неожиданно смягчился Эрнст, задумчиво проводя пальцами по её янтарным кудрям, - не знаю, как я в будущем переживу твоё замужество.

Киана почувствовала железный привкус крови во рту и только потом поняла, что прикусила внутреннюю сторону щеки. Именно в моменты, когда брат был столь нежен, она осознавала всю степень его порочности.

Эрнст собирался использовать её брак с пользой для себя. Но одна мысль не давала Киане покоя…

— Брат… Если замужество вдруг выйдет неудачным, ты же примешь меня обратно в герцогство?

Он удивлённо вскинул бровь, явно не ожидая подобного вопроса. А потом растерянно улыбнулся:

— Ты шутишь, или это какая-то проверка? Ну, разумеется, родная, брак не является финальной точкой в семейных отношениях. Знаешь, как говорят: «почитай мужа, но отца и брата почитай в разы сильнее». Так и мы не оставим нашу принцессу без присмотра. Нет причин волноваться.

Эрнст ответил быстро, практически не задумываясь над вопросом и явственно списал реакцию Кианы на обычную женскую тревогу, присущую молодым девушкам. Неуверенность в замужестве – это ведь вполне естественно.

А она подумала о другом:

«Он отзывается обо мне, как о инструменте, которому всегда можно найти применение. В прошлой жизни я разочаровала его столь сильно, что Эрнст полностью отказался от моего «использования». Всё так, но… Теперь это кажется немного странным»

Даже испытывая непередаваемое разочарование, наследник Аглесс был рациональным человеком. Потерявшая былое величие, Киана превратилась в обузу для герцогства… Но всё ещё являлась частью семьи.

Если бы Эрнст знал о том, как сильно терзали бывшую принцессу, разве не выгоднее было бы ему вмешаться? Потому что…

Сон о похоронах вновь всплыл в сознании девушки скомканными урывками. Её должны были похоронить в семейном склепе. Многие бы задались вопросом: отчего глупая красавица скончалась столь рано и скоропостижно?

Скандальные слухи подобны острым стрелам, их нельзя распространять бездумно. Особенно когда на кону стоит репутация великого клана. Эрнсту не составило бы труда помочь сестре, тихонько урегулировав ситуацию с разводом и тайно перевезти Киану в какое-нибудь безлюдное отдалённое поместье, где изломанная кукла и доживала бы свой век, словно экспонат в пыльном музее.

В конце концов, нужный пример был перед глазами… Подобное существование влачила герцогиня Вера Аглесс.

«Я писала много писем и на них не было ответа. Даже Артен Дуглас упоминал об этом… Но откуда взялась его уверенность? Возможно… Кто-то перехватывал мои отчаянные мольбы?»

Серебристо-серое платье негромко шуршит по мраморному полу, лишь спереди слегка оголяя стройные ноги Кианы. Она, которая раннее ненавидела столь стремительные приглашения, не высказала никакого протеста перед отправлением на новое утомительное мероприятие.

Колье из дымчатых алмазов поблескивало на шее, а в волосах затерялась заколка – что на деле истинный Венец Божественной Птицы.

Эрнст придерживал сестрицу за кончики пальцев, обёрнутых в сизое кружево перчатки. Казалось, словно недавние волнения нисколько не тронули блестящую внешность принцессы. И её визит к наследнику можно было расценить как примирение с Альбертом.

На балу присутствовали знатные аристократы империи и, конечно, сама Эллерия – властная мать принца.

С виду всё было на высшем уровне, но внимательный человек углядит шероховатости. Киана знала, что прямо сейчас в зале отсутствовали некоторые влиятельные личности. В том числе не было многих представителей фракции Каменного герцога.