Мэри Кац – Развод. Разреши мне вернуться (страница 32)

— Он же мне мстит, — начинаю ей доказывать. — Его жаба берет, что все дети и племянники ко мне тянутся. Он не может с ними играть так же, как я, вот его завидки и берут.

— Научись уже признавать поражение, малой, — раздается за спиной его бас.

— Кто бы говорил, — закатывает глаза сестра.

В этот момент к холл заходит мой тесть со своей новой женой, и мой сын уже с довольным визгом бежит в объятия своего горячо любимого деда.

— Макс, мог бы и получше одеться, — моментально делает мне замечание Рустам. Мне и так волнительно, а сейчас еще все против меня. — Как-никак, мою дочку и моего внука встречаешь. Посмотри на Сашу, вот пример для подражания. Весь в мою дочь, а моя дочь в меня.

— У тебя все дети в тебя, — закатывая глаза, произносит его супруга. — Он сам сменил три рубашки и пять галстуков.

— Не три, а только… — она вопросительно бровь приподнимает, и он снова к внуку отворачивается. — Сама дважды платье меняла.

— Да, потому что твоя дочь София прямо у выхода пролила на меня сок.

— Она просто посчитала, что это платье тебе лучше идет.

— У тебя на все есть ответ.

— Я же адвокат, милая. Отец троих детей, а еще у меня теперь целых два внука.

Он устремляет свой взгляд вперед, но мне уже и так все ясно. Милану я улавливаю на каком-то интуитивном уровне.

Она в розом платье, с распущенными волосами. На лице играет улыбка. Моя девочка самая настоящая мечта.

Иду к ней и букет протягиваю. Она голову поворачивает, где медсестра держит маленький сверток. И правда, как аист принес. Такой же кулечек.

— Поздравляю, — произносит женщина и передает мне сына.

Я на корточки опускаюсь, чтобы Сашке показать его брата.

— Знакомься, Саша, это твой брат.

— Хороший, — он улыбается. За мое плечо держится. Вижу, что боится. Черт! Я и сам боюсь.

Снежка говорила, что держать на руках племянников и собственных детей — совершенно другие ощущения. Я не верил. Смеялся, подкалывал. Сейчас понимаю.

— Кажется, сейчас мне еще сильнее твоя помощь понадобится, — произношу Саше. — Он еще маленький, и за ним присмотр нужен, а еще у нас мама единственная девочка в семье. Ей теперь двойная помощь нужна.

— Я готов, пап.

Улыбаюсь ему и чувствую, как Милана рядом стоит. На нас внимательно смотрит. Я чувствую ее. Чувствую ее эмоции.

— Дай его нам подержать. Сам еще успеешь понянчиться.

Едва не фыркаю на тестя. Что за собственническое отношение⁈

Милана рядом стоит, на меня мягким взглядом смотрит. И я сдаюсь. Передаю сына своему тестю, а сам к своей девочке разворачиваюсь.

— Как ты? Все хорошо?

— Все отлично, — со слезами на глазах отвечает, и я ее к себе прижимаю.

— Я люблю тебя, моя девочка.

— А я тебя.

— Эй, молодежь, — весело произносит Булат, привлекая наше внимание, — фотосессию начнем без вас.

Мы с женой улыбаемся и идем к фотозоне. Правда, Булат хотел привлечь не наше внимание, а отвлечь Рустама, который собственнически уже не выпускает из рук внука.

Что тут скажешь, Булат всегда был изворотлив. И вот уже мой сын у него на руках.

Милана смеется, тоже все понимает и утыкается мне в грудь. А я только сейчас понимаю, что отпустил прошлое. Понимаю, как сильно изменился. Понимаю, что не нужно что-то исправлять. Нужно просто осознать свои ошибки и жить дальше.

Мы делаем несколько кадров, а потом все вместе едем в наш новый дом.