Мэри Джей – Маттиа. История тайн (страница 6)

На одном из диванов сидел сам Моретти, в черной рубашке и черных штанах. В руках у него был айпад, он листал что-то. Когда я зашла, он резко встал и, улыбаясь, подошел ко мне.

Его радушное приветствие выбило меня из колеи. В первую нашу встречу он не позволил себе такой роскоши.

Этот парень не в себе, подумала я. Вчера он размахивал мечом налево и направо, как Дон Кихот, но сегодня он лыбиться во всю. С другой стороны: этому черту так идет этот черный цвет и эта белоснежная улыбка. Мои тараканы начали танцевать пасодобль. С мужчинами у меня был разговор короткий, их почти не было в моей жизни, пару случайных встреч, и только. Поэтому я не очень хорошо интерпретирую свои ощущения.

— Добро пожаловать на мой борт, надеюсь тебе нравиться шампанское, я взял на себя смелость выбрать за тебя, — он указал рукой на кулер с Дон Периньоном, после продолжил, — раздевайся и располагайся, у нас 2 часа полета, мы как раз обсудим документацию, — взглядом он указал на мои руки. Я обнимала стопку бумаг, как нечто драгоценное. Он протянул руку и снял с моего плеча сумку с ноутбуком.

Офигеть. У него кулер с шампусиком. Оставьте меня здесь, ну-у пожалуйста.

Положив стопку на стол справа от меня, я сняла пальто. Стюардесса тут же взяла его у меня и отнесла внутрь. В самолете не было никого кроме итальянца и стюардессы. Я, слегка осмотревшись, выбрала себе уютный уголок на диване и уселась, там разложив бумаги перед собой, и открыв ноутбук, посмотрела на Моретти.

— Господин Моретти, я… — не успела начать я фразу, как Моретти прервал меня.

— Можешь звать меня Маттиа, и я пригласил тебя выпить, перед обсуждением.

— Хорошо, но ни рано ли для шампанского? — улыбаясь, парировала я.

На лице итальянца появилась ухмылка, он протянул мне бокал и, подняв его вверх добавил

— За будущие победы!

Я тоже подняла бокал вслед за ним и выпила глоточек, откинувшись на спинку дивана я начала блуждать по интерьеру. Раньше я не встречала итальянцев и никогда не сталкивалась с их необычным поведением. Или это только Маттиа такой?

— Откуда ты родом Селена?

— Я из Грузии, столицы Тбилиси, — обманула я.

— Я слышал о Грузии, но не довелось побывать там, хотя я много, где бывал, надеюсь, что побываю и в твоей стране тоже.

— Да, Грузия очень прекрасна, это музей под открытым небом, — слукавила я.

Мне вспомнилось мое задание в Тбилиси, где я провела 6 месяцев. Познакомившись с активистом-протестантом, который стоял комом в горле у правительства, мне было жаль бедолагу, но я помогала спонсировать его и его банду, тогда я и познакомилась с культурой Грузии, и могла вполне выдавать себя за грузинку, которая просто выросла в России.

— Я уверена у Вас в Италии тоже превосходно, никогда не была там, но планирую в этом году.

— У нас в Италии? — ехидно и игриво повторил Маттиа, — я из Сицилии, это иная Италия. Я, скорее сицилиец, чем итальянец, хотя для внешнего мира мы одинаковые, но уверяю тебя это не так. Италия прекрасна, но Сицилия: это Божественно.

— Простите, я не знала, что эта тема, так остра для Вас!

— Все в порядке, я люблю бывать в Риме, а особенно в Неаполе, — добавил он, явно переводя тему.

— О-о-о да, я видела видео и фото, уверена наяву эти города еще более красивее, — я решила поддержать разговор.

Раздался телефонный звонок, и мы оба замолчали.

— Прости, — извинился Маттиа и ответил на звонок.

Он начал разговор на беглом итальянском, итальянский из его уст звучал более заманчиво.

Он расхаживал по комнате с рукой в кармане, по тону было, похоже, что он злиться, но итальянский такой темпераментный, что вряд ли я смогла бы понять суть. Тогда я поняла, что мне срочно нужно изучить язык, или хотя бы держать онлайн переводчик включенным.

Закончив разговор он уселся передо мной и, пронзив меня своими сатанинскими глазами, заявил:

— Давай поговорим о делах, Селена.

Резкая перемена его настроения настораживала. Я начала плавно и спокойно, показывать то, что я прочитала и отметила желтым маркером, то, что показалось мне сомнительным в контрактах которые мне передали для изучения. Ровно час мы бурно обсуждали детали, пока Маттиа резко встал с места и, не сказав ни слова удалился в глубине самолета, что было там я не знала.

Через некоторое время он появился в дверях, а за ним стюардесса, неся выдвижной столик с деликатесами. Маттиа плюхнулся на диван напротив меня и с наслаждением наблюдал, как стюардесса накрывала на стол, макароны, закуски, салаты, мясное ассорти.

— Я очень проголодался от всех этих обсуждений и сейчас почти 12, надо перекусить

— Ага, — кивнула я, хотя мне было сложно понять этого человека.

У меня был гастрономический оргазм: оливки и мясная нарезка были созданы для настоящих небожителей. Все первосортное и свежее.

— Это все из Сицилии, я люблю, когда со мной путешествует вкусная еда, ведь не везде можно вкусно поесть, я очень требователен в этом плане.

То что он возил с собой свою еду само собой было странным.

Маттиа спокойно трапезничал, и волосы слегка падали ему на лоб, что предавало суровому лицу Маттиа нежность. Его черты были резкими, скулы очерченные, квадратный подбородок. Мужественное лицо, но пухлые губы добавляли сексуальности. Ровный нос скорее был греческим, чем итальянским. Его изюминкой были его глаза, большие зеленые глаза с густыми ресницами, он мог перепутать все у меня в голове лишь одним взглядом, который он слегка прищуривал, словно проникая мне в голову. При движении мускулы напрягались, и я заметила его бицепсы и довольно мускулистое тело. Он был высок, выше меня на две головы, а то и больше, но я только сейчас заметила каков он. Со вчерашнего дня я была в таком напряге, что не могла ни на чем сосредоточиться кроме этих бумаг, но теперь, когда атмосфера разрядилась я увидела этого сексуального мужчину во всей красе. И сказать вам честно, зря я начала его разглядывать, ох как зря.

Мы ели полчаса, время от времени поглядывая друг на друга. Маттиа был эстетом, он смаковал каждый кусок

— То как ты ешь, пробуждает аппетит, — сказал он, кладя очередной кусок в рот.

Я всегда считала себя дикаркой в этом плане. У меня не было особых манер и я точно не могу появлятся в высшем обществе. Хотя нас учили всем улочкам и я даже знаю, как пользоватся приборами для употребления улиток, я все равно остаюсь той оборванкой с улиц.

Я всегда ели с аппетитом и быстро.

Я промолчала и слегка улыбнулась.

— Недавно я нанял отличного повара, он работает в моем ресторане, из-за его стряпни мы получили мишленовскую звезду, когда будешь на Сицилии я отведу тебя туда

Я не ответила, принимая данное за вежливость, сменив тему я поблагодарила за вкусные дары Сицилии. Вряд ли я когда-нибудь буду на Сицилии в его сопровождении, если это конечно не будет моим очередным заданием.

Г

лава 6

Маттиа

Днями ранее

Аккуратно раскладываю все части пистолета Colt 1911 на столе. Я люблю разбирать оружие по частям и потом снова собирать его. Это способствует моему мысленному процессу.

— Босс? – отзывается голос рядом, и я наконец перевожу на него свой взгляд.

Я пытаюсь сфокусировать свое зрение на лице передо мной, но получается слабо.

Амадео сидел там больше часа ожидая пока я закончу с этим дерьмом. Мне нужно было абстрагироваться. Последние дни выдались довольно тяжелыми. А до недавних пор вся моя жизнь перевернулась с ног на голову. Винченцо, мать его, Гуэрра откопал меня на Миконосе, где я прожигал свою молодую жизнь. Он убедил меня возглавить пустующее кресло Дона Коза Ностры. Его когда-то в свое время занимал мой двоюродный дядя Рафаэль. Сириани был один из сильнейших донов во всей истории. Сицилийцы должны воздвигнуть в честь него статую. Она процветала в годы его правления. После его смерти была кровавая война за это место. Не знаю, каким боком, Гуэрра решил, что я буду лучшим, для меня загадка.

Не хочу скромничать я вырос в мафиозной семье. Я отлично знаю, как все здесь устроенно и как все это можно руководить. Но после того, как моего отца убили за предательство, которое не было основательно доказано, я клялся не иметь ничего общего с этим миром. Когда Винченцо появился на пороге моей виллы и предложил мне нечто большее чем тратить мои деньги, первым что я сделал это послал его далеко и надолго. Будучи доном Каморры он избил меня, преподавая так сказать отцовский урок. Он был старше и опытнее меня.

— Собери свои сопли в кучу и дуй за мной, — огрызнулся он, — ты тот кем я тебя вижу, и любое сопротивление лишь усложнит твою жизнь.

Тогда мной двигал лишь спортивный интерес. Я смотрел на лица тех, кто убил моего отца и ликовал. Я пошел на этот шаг из мести. Я ликовала при виде их тухлых рож, которые надеялись что стерли наше имя со страниц Коза Ностры. Моретти. Я всегда гордился тем, кем я есть. И даже моим отцом предателем. Моя мать умерла вскоре того, как отца убили. Она не смогла смириться с тем, что произошло. Она не умерла, если быть точным, она трусливо покончила жизнь самоубийством. Слава Мадонне не забрав меня с собой.

Я никогда себя не жалел. У моей семьи было достаточно денег до конца моих дней. Но быть Доном и возглавить то, что дает больше, чем эти жалкие купюры, это настоящая цель. Теперь я знаю зачем я здесь. Моя жизнь обрела хоть, что-то на подобии стабильности. Возможно сейчас я вижу хоть какой-то смысл. Я готов сделать все и даже больше, чтоб моя власть расцветала и мое имя превзошло все предыдущие. Я буду настырно очищать ту грязь которую связали с моей фамилией. Моретти теперь не предатели и гниль, теперь это светлое будущее Коза Ностры. Жизнь в мафии превращает тебя в бесчувственного и расчетливого. Ты живешь этой структурой, она медленно, но верно проникает тебе под кожу. Твоя фракция все за, что ты борешься. Ее процветание твоя прерогатива. Ее слава твои лавры.