Мэри Джей – Эдмонд. История долга (страница 6)

– А теперь соси, так дерзко, как только что ты себя вела, – мой разум совсем затуманен или я действительно слышу нотки веселья в его голосе.

Его может и забавляет мое положение, а вот меня колышет от нервов. Я в полушаге от сумасшествия.

Я начинаю сосать его член, он слегка подталкивает его глубже своим тазом. Иногда он не сдерживается и достает до самой глотки, и я глубоко вдыхаю носом, чтоб удержаться. Комната заполняется причмокивающими звуками. Я даже ощущаю, немного влаги между ног, но не собираюсь концентрировать внимание на этом. Я не могу возбуждаться от насилия. Это неправильно. Меня никогда не возбуждала вся эта хрень с доминированием.

Меня насилуют. Против моей воли. Это аморально. Неправильно. Больно. Унизительно.

Он долго трахает мой рот, так что у меня уже челюсть ноет, и тогда он хватает меня за волосы и начинает снова грубо входить мне в глотку. Каждый толчок кричит «знай свое место и не смей дерзить мне впредь».

Член утолщается, и я задыхаюсь. Сотый раз за этот вечер. Он может не применять свое оружие чтоб убить меня. Хватит и этих грубых движений в моем горле, чтоб я молила о смерти.

На этот раз я не могу оттолкнуться и единственное, что мне остается принимать его во всю длину и давиться им. Слезы давно лишили меня зрения, хоть я и смотрю на него снизу вверх. Я чувствую, что-то горячее бьет меня по стенкам горла.

– До последней капли, пропустишь хоть одну будешь слизывать с пола, – слышу через шум в ушах и, так и поступаю.

На вкус все вязкое. Хочу сплюнуть, но останавливаюсь на пол пути, когда ловлю его прожигающий взгляд.

– Считай, что мы заключили договор, – произносит он, – минус один миллион.

Глава 4

Эдмонд

Голодный, худой и бездомный маленький мальчик. Моя краткая анкета. Меня забрали с улицы. Леопольд приютил, отдал свое имя и фамилию, Владислав его правая рука воспитал и сделал, тем кем я являюсь на данный момент. Леопольд Рэй единственный отец, которого я помнил и знал, а Владислав единственный дядя. Мне тогда было всего 9 лет.

Скорее я много чего помнил, но старался забыть настоящих родителей.

Я воровал на улице, чтоб как-то прокормить себя. Да еще и глава нашей «мини банды» брал с нас процент за выручку за день. Я не был детдомовским. Я просто присоединился к таким же бездомным, как и я, и начал выживать, как мог. В один из таких дней, я заметил дорогой автомобиль. Я подходил и мазал ваксом резину, а после просил деньги за непрошено предоставленную услугу. Если получалось я обворовывал клиента.

На этот раз, когда я подошел за своими деньгами, я не заметил, что водитель отсутствовал. Проделал работу и разочаровался обнаружив, что водитель отсутствует. Протянулся к ручке, решил проверить, вдруг повезет. Так оно и было. Вот это мне фортануло, подумал я тогда. В таких машинах можно найти, как минимум очки, которые обеспечат мне месяцы полного желудка.

Я быстро проникнул внутрь и начал рыться в бардачке. Вдруг замки щелкнули, и я остался внутри, не в силах выйти. Долго дергал в надежде убежать. Холодный пот овладел моим хилым телом. Когда дверь открылась передо мной стоял мужчина лет 40 если не больше. Он выглядел устрашающе. Словно восставший из детских комиксов злодей. Его глаза были такими суровыми, что я застыл на месте. Тогда я понял мне конец. На этот раз я не отделаюсь обычными увечьями. А что самое плохое я ничего не нашел в машине, и мне просто нужно было делать ноги. Мужчина ухватился за мою слишком тоненькую руку и произнес:

– Поедешь со мной, посмотрим хватит ли тебя надолго.

Тогда я и представить не мог, что окажусь в закрытом месте с девятью такими же мальчиками. Каждый день мы проходили испытания. Это было неслыханно и невиданно. Даже в моих геройских мультиках и фильмах такое я не видел. Каждые несколько месяцев кто-то умирал и его тело тихо увозили.

В конце нас осталось трое. Я выживал не за счет силы, а за счет хитрости. Я был самым слабым из всех, не смотря на регулярные физические упражнения и нагрузки. Либо я, либо меня. Мыслить на несколько шагов вперед и быть впереди соперника, который сильнее тебя физически, было сложно. Последнее испытание было по настоящему смертельным. Мы проходили тропу с препятствиями и так же должны были собирать шарики. Кто дойдет до конца и соберет больше шариков победит. Тропа с препятствиями: это стрелы, пули и бешенные собаки. В этот день я испытал все эмоции, на какие был когда-либо способен и в этот же день похоронил их всех, вместе с теми двумя мальчиками. Они концентрировались на том, чтоб пройти путь, я же просчитывал тщательность выпускающихся стрел, пытался распознать нахождение шаров и только тогда приступить к прохождению. Впервые меня спасли не мышцы, а мозги.

Моих сверстников не стало. Всех. Мы стали врагами в этом аду. Борясь за выживание.

Каждый знал, что другие лишь препятствие к победе. Ели мы мало. Занимались много.

Если вы даже спросите их имена или как они выглядели, я не смогу ответит. Я не помню. Я даже не пытался запомнить.

В первый день мне прочитали лекцию и объяснили правила. Остальное стало не важным. Надо выжить: сделал я для себя единственную пометку.

На следующий день после победы меня вымыли и нормально накормили. Пересилили в особняк и тогда Леопольд показал мне мои новые документы. Он оставил лишь мое имя Эдмонд. Отдал отчество и фамилию.

– Отныне ты будешь расти, как мой будущий приемник. Твоя жизнь принадлежит мне, твое существование определяю я. Ты единственный, кто остался в живых. Не разочаровывай меня. Я долгие годы искал тебя.

Единственная похвала от моего нового отца. Сказать, что я был рад, будет ложью. Я был потерян. В том зверинце меня лишали человечности и сейчас я не знал, что именно ощущаю.

Тогда я даже не понимал сколько таких мальчиков умерло до меня, сражаясь за звание «сына».

Шли годы, Леопольд всегда испытывал меня. Каждый год я сдавал свой собственный экзамен, чтоб в очередной раз доказать, что достоин жить, либо есть, либо пить, либо просто дышать. Это была нескончаемая гонка.

Я ненавидел своих биологических родителей, но к Леопольду я испытывал нечто большее чем ненависть. Нельзя описать то, что я ощущал к нему. Всепоглощающая тьма. Сгусток мрака.

Испытания прекратились, как только мне исполнилось 18. В этот день мне даже подарили трех шлюх. Мой первый раз я не смог запомнить, все было слишком туманно. Накануне я сдавал свой последний экзамен и чуть не остался без ноги. Три мокрые киски было последним чего я хотел, но гормоны брали вверх. И я не выпускал их несколько дней. Словно срывая всю ярость на них.

Дальше началось мое проникновение в дела. Этим занимался Владислав. Леопольд был занят должностью ДОМа, а Влад взял на себя роль моей няньки.

С этого времени прошло больше 10 лет. Сейчас я стою на финишной прямой. Я полностью приму власть через пару недель и теперь никто не сможет подвергать меня испытаниям. Я тот, кто будет испытывать и проверять.

Все было хорошо. Это даже настораживало. Я не должен давать промахов, не сейчас, когда я так близок к цели. Даже одно неверное движение и Леопольд изменит свое решение. Этот старик непредсказуемый психопат. Как бы я его не уважал в качестве своего отца, в глубине души я всегда испытывал ненависть к нему, за прожитую жизнь. Я не хотел этого квеста в целую жизнь.

Я всегда сравнивал свою жизнь с домино, одна лишь кость и неверное движение и все пойдет под откос. Сейчас этой костью была ситуация с 6 миллионами евро. Я давно перестал удивляться при упоминание таких сумм. За последние годы это были лишь мелочи для меня. Но для Леопольда это может быть малейшей зацепкой для усомнения в моей позиции и силе.

Возглавить его место моя единственная цель в жизни. Я пожертвовал всем ради этого.

– Игнат пропал с радаров, за такие деньги он мог даже остров купить, – отчитывался Антон, моя глава охраны.

– И какое мне до этого дело? Я не вижу твоих результатов, Тоша, значит я ошибся в тебе. Досадно.

Произношу с толикой грусти. Но он знает, что это лишь ирония. Антон замер на месте, даже цвет лица изменился. Он покрылся красными пятнами. Если он не будет справляться с задачами я просто избавлюсь от него. Мне не нужна бестолочь в моем подчинение. Я слишком дорожу своим временем.

Время. Я помешан на нем. На каждой минуте своей гребанной жизни. У меня целый комод с наручными часами. И я не перестаю все время смотреть, как тикает стрелка, приближая меня к неизбежному. Еще немного и настанет время.

– Я нашел его сообщника, его зовут Федя, наведаюсь сегодня к нему и все разузнаю.

– Ты потратил 15 секунд и бессмысленное количество дыханий, займись уже делом, – бросил я и погрузился в отчеты.

Каждую неделю я получал отчеты по всем городам, которые крышовали криминальные авторитеты. Все они в свою очередь подчинялись Леопольду. То бишь ДОМу. Леопольд полностью передал мне свой кабинет. Он мог появится из неоткуда и застать меня в любой момент. Я всегда был наготове. Издержки «веселого» детства.

– Федя скулил, как сучка и не знает, где Игнат, всю свою часть денег, какие то жалкие пару тысяч он проиграл в карты, – Антон стер капельки пота, потому что знал, что эта информация может быть последним, что он мне сообщит.

– Почему-то я не вижу его безжизненное тело или хотя бы часть тела, – я откинулся на спинку кресла и тяжко вздохнул.