Мэри Джей – Эдмонд. История долга (страница 2)

В мастерской я была не только художником, я еще и взяла роль бухгалтера. Лучше сама буду брать эти деньги. Все равно я проходила курсы, а мне сейчас любая денюжка нужна.

Девочки согласились, и я теперь получала зарплату за бухгалтера и свою долю от мастерской. Правда работы было выше крыши. Иногда на нас валились заказы. Но вы сами понимаете, что на этом не разгуляешься, если учесть, что нас четверо, прибыль делиться на столько же, плюс налоги, материалы и все дела. Может и девочкам хватало, ведь они не содержали семью и больного ребенка, а вот мне всегда было мало. Я уже пол года, как с одной и той же сумкой. Даже вон вся кожа на ручках ободралась, но я пока не могу позволить себе лишние расходы. У Илюшкиного логопеда скоро день рождение, я должна купить преподавателю подарок. А это уже одна стоимость моей сумки. Так что возможно в следующем месяце. Когда Федя наконец начнет работать.

Сегодня Алиша должна отвезти важный заказ нашей самой богатой клиентке. Девочки рано уходят с работы.

– Мы с Мели хотим пройтись по магазинам, тебе даже предлагать не буду ты вечно отказываешь, – Жак надувает губки, чтоб освежить помаду.

– Правильно делаешь, кому то нужно работать, у меня отчеты, – улыбаюсь я, – удачного шоппинга.

Когда мастерская пустуют, я могу наконец выдохнуть. Порой я сильно устаю от этой беззаботной роли. Может и этих двоих я все еще могу провести, но от глаз Алиши сложно что-либо укрыть, но я запретила ей что-либо обсуждать касаясь моей семьи и она уважает мое решение. Она часто передает сыночку подарки и сладости. Я очень сильно ценю ее заботу.

День изматывает меня до чертиков. Сухость в глазах напоминает, что я уже 4 часа беспрерывно сидела за компом. На часах 8 вечера. Пора возвращаться домой и немного помочь сыну сделать домашнюю работу, хотя он всегда остается после занятий и делает все с репетитором. Я не хочу быть безразличной матерью и если не заниматься, то просто провести с ним время, посмотреть мультики.

Захожу в подъезд и слышу мужские голоса. Они говорят на громких тонах. Поднимаюсь на наш этаж и вижу, что дверь от нашей квартиры открыта, а скорее сломлена. Я не успеваю все обдумать, страх за сына берет вверх. В ужасе я кидаюсь внутрь и нахожу леденящую душу картину.

Федя на коленях, описавшись, с кровавым носом, молит двух громил не убивать его.

Я останавливаюсь на месте на дрожащих ногах, удерживаясь об стену. В противном случаи я точно повалюсь. Перед глазами все плывет. Страх за сына. Где он? Мысленно задаюсь вопросом. Девочка, которой я плачу деньги, должна была проводить его домой к 5, он должен быть дома. Боюсь озвучит вопрос вслух. Не хочу привлекать внимание незнакомцев на ребенка. Эти амбалы выглядят слишком устрашающе. Прячусь у стены. Хочу понять кто эти люди.

– Я все верну Эдмонду Леопольдовичу, клянусь сыном, верну, даже с процентами, – хнычет муж, а меня бросает в адский котел.

Кожа начинает зудеть и покалывать от нервозности и непонимания. Сжимаю сумочку до боли в костяшках.

Один из них приставил ко лбу Феди пистолет и я вскрикиваю, когда слышу очередную угрозу. Этим я выдаю себя и свое укрытие. Второй замечает меня, хватает и резко закрывает мне рот, чтоб я не истерила. Все происходит так быстро. Перед глазами все плывет.

– Смотри кого я тут нашел, – обращается он к другому, – заткнись, – бездушно приказывает он мне, а я плачу ему в руку, омывая ее своими слезами.

– Так, что ты там говорил? Когда вернешь? – первый продолжает свой диалог, полностью игнорируя мое присутствие в комнате.

Мой муж не смотрит на меня словно меня и нету. Он даже не посмотрел, когда меня больно схватили и прижали.

– Не знаю, не знаю, – сопит муж, как настоящая тряпка, – я не знаю. Игнат пропал, не выходит на связь.

– Опять твои сопливые оправдания, босса не ебет, где Игнат, это твои проблемы, я заступился за вас обоих и отвечаете оба, – он обводит дулом лицо мужа, – головой, – припечатывает в конце.

После этого он получает еще один сокрушительный удар в глаз, который мигом заплывает красным. Я кричу в ладонь Второго, но все бесполезно. Его вторая рука пригвоздила меня на месте намертво.

– Не расслышал твоего ответа, когда ты вернешь 6 лямов, – первый вовсю напирает, тыча дулом мужу в рот.

Молчание затягивается. Тот, что держал мужа на мушке щелкает по предохранителю. Показывая, что его терпение кончается. Муж белеет, сливаясь со стеной. Я и вовсе готова потерять сознание.

– Я могу предложить что-нибудь взамен, – наконец подает голос Федя переводя взгляд на меня.

До этого момента он даже не смотрел на меня.

Я с недоумением смотрю на него. Он же смотрит с мольбой в глазах. Какого черта он смотрит на меня? У меня нет таких денег, даже если я продам все свои серебряные украшение, которых у меня совсем мало. Даже если мы продадим всю старую технику нашего дома и всю мою одежду. 6 миллионов рублей. Офигеть. Да за такие деньги я должна пахать, как чернорабочий без выходных и ночей. Или он думает, что я одолжу у своих подруг. Он однажды обмолвился об этом, сказав:

– Хватит играть в мученицу, вон попроси своих мажористых подруг подкинуть тебе немного бабла, хоть отдыхать куда-нить поедем.

Как же я тогда на него разозлилась. Но я никогда не собиралась ни у кого ничего одалживать. Пусть сам себе зарабатывает на отдых.

А на счет этого долга, я ошарашена информацией. Домой этих денег он точно не приносил. И я ни гроша ломаного не видела.

Мысли хаотично прыгают с одной крайности в другую.

Может все же попрошу у подруг на этот раз. Буду молить и выслушивать их недовольные фразы, мол они же говорили мне, что Федя меня не заслуживает. Но в конце они поддержат меня и соберут эту сумму. Сестре тоже позвоню.

Эти люди не выглядят дружелюбными. Они точно убьют его за эти деньги. Лучше все же взять взаймы. Спасти мужа, мою семью.

В голове уже представляю разговор со всеми, и меня начинает тошнить от собственной никчемности. Но страх за мужа перевешивает все.

– Точнее выражайся, я уже устал от твоего сучьего нытья, никчемный кусок дерьма, – первый снова бет его носком своего ботинка, призывая не тормозить и скорей выкладывать суть.

Я отшатываюсь словно это меня ударили, а не мужа. Его боль проносится по мне. В душе ноет от сострадания.

– Вон жену мою, Яну возьмите. Она у меня девка огонь. Сиськи третий размер, талия песочные часы, рабочий ротик, охуенная женщина, клянусь сыном, она пиздата, одна ночь с ней, как день в раю, – муж осыпает меня грязными комплиментами.

Он обманывает этих двоих нагло теряя всякую честь. Даже сыном клянется. Я никогда не делала ему минет, да и никому никогда не делала. Я толком сексом то и с ним не занималась. Что он выдумывает? Зачем такое говорит? Мой рот крепко закрыт, не то бы я все отрицала. Он обрисовал меня, как отменную шлюху с панели, теперь эти двое изнасилуют меня, а мне потом жить с этим. От этих мыслей я заливаюсь новыми слезами. Да как он мог так меня кинуть. Задыхаюсь от обиды и боли.

Первый оставляет мужа и проходи ко мне.

– Разденься, – командует он.

Второй отпускает меня, и я быстро отскакиваю от них. Кричать не собираюсь, он тычет дулом пистолета перед моим лицом. Голой я еще жить смогу, а вот с дыркой в голове вряд ли. Но смогу ли я жить изнасилованной?

– Нет, не буду, – качаю отрицательно головой.

Второй одним махом срывает с меня одежду, и я начинаю кричать от страха и унижения. На мне все еще остается мое белье, но жуть, как неприятно.

– Заткни ее, – командует первый, жадно осматривая меня.

И второй влепляет мне увесистую пощечину. Я теряю зрение на несколько секунд. Рот наполняет вкус метала. Кровь. Оседаю на стену, но чьи-то руки держат меня ровно.

– Хороша, – заключает первый, – но я не могу решать за ДОМа, он сам решит, как с ней быть, брать ли твой откуп от долга или нет. Поэтому мы заберем ее завтра для окончательного решения босса. Только приведи ее в порядок, Федорушка. Босс не любит грязных шлюх, он к ней даже не подойдет если она будет в таком виде.

Это они меня до такого довели. Я не была вся в слезах с размазанной тушью и кровавым лицом. Да и грязной шлюхой никто не смеет меня называть. Федя мой первый и единственный мужчина.

Федя покорно соглашается и все время повторяет «будет сделано». От этого еще гаже.

Два гардероба покидают наш дом. Федя смотрит на меня своим одним здоровым глазом, который я собираюсь выколоть. Я сижу на диване, полностью убитая и душевно раздавленная.

Глава 2

Яна

После их ухода я долго сидела и смотрела в одну точку. Тишина в комнате давила на барабанные перепонки. Но любое слово было излишним. После я молча поднялась с дивана и направилась в ванную. Смыла лицо и нанесла мазь на ранку на губе, которая все время кровоточила. Они больно меня приложили, но ничего выживу, главное не изнасиловали. Направляюсь в комнату к сыну. Он в огромных наушниках играет в какую-ту игру. Хорошо, что он ничего не слышал. Быстро одеваюсь и достаю свою походную сумку, начинаю быстро складывать наши с сыном вещи. Я здесь ни минуты больше не останусь.

Через некоторое время заходит Федя. Он заслоняет дверь, следит за моей суетой.

– Куда собралась? – зло шипит он.

Его лицо напоминает хорошую отбивную. Даже смотреть противно, хотя он весь сейчас мне противен.