Мэри Брэддон – Тайна леди Одли (страница 19)
Съев половину бараньей отбивной и даже не попробовав вина, Роберт закурил сигару и уставился на яркое пламя в камине.
— Джордж Толбойс не отплывал в Австралию, — произнес он после долгого и мучительного размышления — Если он жив, то все еще находится в Англии, если он мертв, его тело спрятано где-то в Англии.
Он оставался в задумчивости очень долго — тревожные и невеселые мысли оставили тень на его мрачном лице, которую не могли рассеять ни яркий свет глаз, ни веселое пламя огня.
Поздно вечером он встал, отодвинул стол, придвинул ближе к огню свою конторку, вынул лист бумаги и обмакнул перо в чернила.
После этого он помедлил, потер лоб рукой и снова впал в задумчивость.
— Я составлю запись всего, что произошло, начиная с нашей поездки в Эссекс и до сегодняшнего вечера.
Он набросал этот перечень короткими четкими предложениями, нумеруя каждое из них.
Озаглавил его он следующим образом:
«Перечень фактов, связанных с исчезновением Джорджа Толбойса, включая также те из них, что не имеют явной связи с этим обстоятельством».
Несмотря на свое взволнованное состояние, Роберт был довольно горд официальной представительностью заголовка. Он сидел некоторое время, разглядывая его с любовью и покусывая перо от ручки.
— Честное слово, — заявил он. — Я начинаю думать, что мне следовало бы заняться своей профессией, чем слоняться без дела всю жизнь, как я это делал.
Роберт выкурил полсигары, прежде чем направил свои мысли в нужное русло, и затем начал писать:
«1. Я пишу Алисии, предлагая привезти Джорджа в Корт.
2. Алисия пишет, что ничего не выйдет, поскольку леди Одли возражает.
3. Мы приезжаем в Эссекс, несмотря на возражения. Я вижу госпожу. Госпожа отказывается от знакомства с Джорджем в тот вечер’по причине усталости.
4. Сэр Майкл приглашает Джорджа и меня к обеду на следующий вечер.
5. Госпожа получает телеграфное послание на следующее утро, которое призывает ее в Лондон.
6. Алисия показывает мне письмо от госпожи, в котором та просит, чтобы ей сообщили, когда я и мой друг, мистер Толбойс, намерены покинуть Эссекс. В письме есть постскриптум, еще раз повторяющий вышеизложенную просьбу.
7. Мы навещаем Корт и просим показать дом. Комнаты госпожи заперты.
8. Мы попадаем в вышеуказанные апартаменты посредством потайного хода, о существовании которого госпоже неизвестно. В одной из комнат находим ее портрет.
9. Джордж испугался грозы. Весь оставшийся вечер его поведение чрезвычайно странно.
10. Джордж приходит в себя на следующее утро. Я предлагаю немедленно покинуть Одли-Корт, он предпочитает остаться до вечера.
11. Мы идем удить рыбу. Джордж покидает меня, чтобы сходить в Корт.
12. Последняя информация, какую я имею о нем в Эссексе, получена в Корте, где слуга говорит, что, по его мнению, мистер Толбойс сказал, что пойдет поищет госпожу в окрестностях.
13. Я получаю информацию о нем на станции, которая, возможно верна, а возможно, и нет.
14. Я еще раз получаю известия о нем в Саутгемптоне, где, согласно словам его тестя, он находился около часа предыдущей ночью.
15. Телеграфное послание».
Когда Роберт Одли закончил этот короткий перечень, который он составлял чрезвычайно осмотрительно, с частыми остановками для размышлений, исправлений и добавлений, он долгое время сидел, рассматривая исписанную страницу.
Наконец, он еще раз перечитал ее, останавливаясь у некоторых пунктов и помечая их крестиком, затем свернул этот лист и положил его в свое бюро, в отделение, где уже было письмо от Алисии, — в тот самый ящик с пометкой «Важно».
После этого он вернулся в свое кресло у камина, отодвинул в сторону книгу и закурил сигару.
«Сплошные потемки от начала и до конца, — размышлял он. — Ключ к этой загадке нужно искать или в Саутгемптоне или в Эссексе. Будь что будет, я принял решение. Сначала я еду в Одли-Корт, поискать Джорджа Толбойса поблизости».
Глава 14
Жених Фебы
«Мистер Джордж Толбойс. — Любой, кто видел этого джентльмена после 7-го числа сего месяца или имеет о нем какие-либо сведения, будет щедро вознагражден, связавшись с А. З., Ченсери-Лейн, 14».
Сэр Майкл прочитал это объявление во второй колонке «Таймс», сидя за завтраком с госпожой и Алисией, спустя два-три дня после возвращения Роберта в город.
— По-видимому, о друге Роберта до сих пор нет никаких известий, — заметил он, прочитав объявление жене и дочери.
— Что до этого, — ответила госпожа, — меня только удивляет, какой глупец дает о нем объявление. Молодой человек был явно беспокойного нрава, ему не сиделось долго на одном месте.
Хотя объявление появлялось три раза подряд, общество в Корте мало интересовало исчезновение мистера Толбойса, после этого единственного случая его имя больше не упоминалось ни сэром Майклом, ни госпожой, ни Алисией.
Отношения Алисии Одли и ее хорошенькой мачехи не улучшились после того вечера, когда молодой адвокат обедал в Корте.
— Она тщеславная, легкомысленная, бессердечная маленькая кокетка, — говорила Алисия своему ньюфаундленду, Цезарю, который был единственным поверенным секретов юной леди. — Она опытная, законченная кокетка, Цезарь; ей недостаточно окрутить половину мужского населения в Эссексе своими кудряшками и глупым хихиканьем, она во что бы то ни стало должна заставить этого глупого кузена стоять перед ней на задних лапках. У меня просто не хватает терпения с ней.
В подтверждение последнего заявления мисс Алисия относилась к своей мачехе с такой явной дерзостью, что сэр Майкл счел себя обязанным сделать замечание своей единственной дочери.
— Бедняжка очень чувствительна, Алисия, — увещевал баронет, — она чрезвычайно болезненно воспринимает твое отношение.
— Я нисколько не верю этому, папа, — уверенно ответила Алисия. — Ты думаешь, что она чувствительна, потому что у нее мягкие маленькие белые ручки, большие голубые глаза с длинными ресницами и всевозможное притворство, которое вы, глупые мужчины, называете очаровательным. Чувствительна! Да я видела, как она этими самыми хрупкими белыми пальчиками делает жестокие вещи и смеется, видя причиненную ею боль. Мне очень жаль, папа, — добавила она, увидев огорченное выражение на лице отца. — Хотя она встала между нами и украла у бедной Алисии любовь твоего щедрого сердца, я хотела бы полюбить ее для твоего блага, но я не могу, не могу, не может и Цезарь. Она подошла к нему однажды с хищной улыбкой на лице и погладила его большую голову своей мягкой ручкой, но если бы я не держала его за ошейник, он бы вцепился ей в горло и перегрыз его. Она может очаровать всех мужчин в Эссексе, но она никогда не подружится с моей собакой.
— Твою собаку следовало бы пристрелить, — сердито ответил сэр Майкл, — если Люси подвергнется опасности из-за ее злобного нрава.
Ньюфаундленд медленно повернул голову в сторону говорящего, как будто он понял каждое слово. В этот момент в комнату зашла леди Одли и животное съежилось около своей хозяйки с приглушенным рычанием. В поведении собаки чувствовался скорее ужас, чем ненависть, каким бы невероятным не мог показаться страх Цезаря перед этим хрупким созданием, как Люси Одли.
Несмотря на все свое дружелюбие, госпожа не могла не заметить, что Алисия не любит ее. Они никогда не упоминала об этом, лишь однажды, пожав своими изящными плечами, она промолвила со вздохом:
— Весьма прискорбно, что ты не можешь полюбить меня, Алисия, так как я никогда не умела заводить врагов, но если приходится, то ничего другого мне не остается. Если мы не можем быть друзьями, то давай, по крайней мере, соблюдать нейтралитет. Ты не будешь пытаться вредить мне?
— Вредить вам! — воскликнула Алисия. — Как я могу повредить вам?
— Ты не будешь пытаться лишить меня привязанности твоего отца.
— Может быть, я не могу быть такой любезной, как вы, госпожа, и расточать улыбки и комплименты каждому встречному поперечному, но я не способна на низость, и даже если бы и была, то, я думаю, вы настолько защищены любовью моего отца, что никто, кроме вас самой, не может лишить вас его привязанности.
— Как ты неумолима, Алисия, — произнесла госпожа с небольшой гримасой. — Я полагаю, ты намекаешь на то, что я лжива. Но я не могу не улыбаться людям и не говорить им любезности. Я знаю, что я не
Таким образом, Алисия исключила любую возможность сближения между ней и мачехой, и поскольку сэр Майкл был в основном занят сельским хозяйством и спортом, из-за чего ему приходилось проводить много времени вне дома, то вполне естественно, что госпожа была вынуждена искать общества у своей белобрысой служанки.
Феба Маркс в точности соответствовала тому типу девушек, которых произвели из служанок в компаньонки. Она была достаточно образованна, чтобы понимать свою хозяйку, когда Люси позволяла себе разражаться интеллектуальной трескотней, в которой язык едва поспевал за мыслями. Феба неплохо знала французский и могла читать романы в желтых обложках, которые заказывала госпожа в Берлингтон-Аркейд, и обсуждать со своей хозяйкой перипетии этих романтических историй. Сходство Люси Одли и ее горничной, возможно, сближало этих женщин. Оно не было явным, их можно было увидеть рядом и ничего не заметить. Но если бы кто-нибудь увидел, как Феба бесшумно скользит по темным коридорам Корта в призрачном свете сумерек, он легко мог принять ее за госпожу.