Мередит Маккардл – Восьмой страж (ЛП) (страница 39)

— Кто такой Ариэль Стендер?

— Он создал это. — Я показываю на часы, которые висят у меня на шее. — Альфа послал меня в прошлое, чтобы я попыталась убедить его не добавлять генетическую связь или убить его, если он не согласится. Я не стала этого делать. Я вернулась, чтобы рассказать ему, что провалила миссию, и нашла эти папки. Альфа все это подстроил. Но я не знаю почему.

Еллоу потрясенно открывает рот.

— Потому что Альфа не может проецироваться.

У меня сжимается желудок.

— Что значит, Альфа не может проецироваться?

— Нет, ну ты правда такая дура? Ты никогда не задумывалась, почему он не участвует в миссиях?

Я даже не обращаю внимание на ее оскорбление.

— Серьезно? Альфа не может проецироваться?

— Нет. Он правительственный представитель, который осуществляет надзор над нами. У него нет генетической связи, он наблюдает за тем, чтобы мы честно выполняли миссии. То же самое и с Редом.

— Подожди, Ред не может проецироваться? — Чувствую себя так, словно меня ударили.

— Боже, как же долго до тебя доходит! Реда обучают, чтобы он потом занял место Альфы. Он стажер.

Пожилая женщина на кровати начинает шевелиться, но не просыпается. Я понижаю голос до шепота.

— Уверена, это произойдет очень скоро! Думаю, Альфу заставляют уйти на пенсию, вот почему он неожиданно решил втянуть меня во все это.

Еллоу качает головой.

— Это не имеет никакого смысла. Если у тебя всегда была генетическая связь, то почему ты росла вне этого?

В этот момент я понимаю, что знаю ответ на этот вопрос. Это похоже на череду воспоминаний, которые вспыхивают перед глазами умирающего человека. Голову наводняют картинки, и все о моей маме.

Мне пять лет. Мы в парке, я качаюсь на качелях, пытаясь дотянуться до неба. Мама толкает меня так сильно, как может. Это был один из ее депрессивных дней, но тогда я была слишком мала, чтобы понимать это, и думала, что чем выше раскачиваюсь, тем лучше. Мы уже побывали в библиотеке, в игрушечном магазине; поели мороженое и больше часа провели в отделе с товарами для рисования. В багажнике джипа лежат два новых холста, один из них для меня. А сейчас мы находимся в парке.

Неожиданно подходит какая-то женщина и начинает разговаривать с нами. Я не помню, о чем именно. Но помню реакцию мамы. Она толкает женщину на землю и сдергивает меня с качелей, а потом кричит, чтобы та никогда больше не заговаривала со мной, чтобы убиралась из Джерихо ко всем чертям и никогда не возвращалась. После этого мама тащит меня домой. Я спрашиваю ее, кто эта женщина, и она отвечает:

— Она плохой человек. Очень плохой. Держись от нее подальше.

Мне девять лет. Я иду домой со школы, когда возле меня останавливается белый минивэн. За рулем сидит мужчина.

— Твоя мама заболела, — говорит он мне.

Я продолжаю идти.

— Твоя мама действует не в твоих интересах. Ты находишься не там, где следует.

Я бегу. Быстро. Пересекаю парк, в котором нет дороги. Минивэн тормозит у ворот, не пытаясь преследовать меня по мокрой потрескавшейся пешеходной дорожке. Тогда я подумала, что это социальный работник, вызванный одним из всезнающих жителей Джерихо, чтобы забрать меня у мамы.

Но это было не так.

Мне четырнадцать лет. Я получаю письмо из Пила. Мама запирается в туалете. По коридору до моей комнаты доносятся ее плач и стоны. Я разбираю некоторые отрывки фраз.

«Они не могут». «Она погибнет». «Они заберут ее».

В то время я думала, что мама просто ведет себя как моя мама. Эмоционально нестабильно. Но это не так. Теперь я понимаю. Это не так. Она знала о Страже времени. Отец, вероятно, рассказал ей, чем он зарабатывал на жизнь. Она знала, что он погиб во время миссии, но сомневаюсь, что была в курсе всей правды.

Но я знаю правду. И знаю, что мама всю жизнь пыталась оградить меня от той же участи. Она понимала, что если я уеду в Пил, то окажусь в Страже времени. А я с презрением отнеслась к ее словам и все равно уехала. Я решила сама выбрать свою судьбу и бросила очень больную женщину. Я ужасный человек.

Когда это все закончится, я вернусь в Вермонт и все исправлю. Я помогу ей выздороветь, и мы снова будем вместе.

Еллоу смотрит на меня с широко открытыми глазами, все еще ожидая ответа на вопрос.

— Это из-за моей мамы, — отвечаю я, потирая виски. Я обвиняла ее. Обвиняла во всем; за годы, когда я думала, что она любит свои драгоценные картины больше, чем свою дочь. Но мама защищала меня. — Она скрывала меня от Стражи. Или, по крайней мере, пыталась. Но вы все равно, в конце концов, меня заполучили.

Еллоу грустно произносит, глядя себе под ноги:

— Я не могу поверить в это. Они и нам лгали. Мой гребаный отец обманывал меня.

Я в ужасе смотрю на нее.

— Ты ребенок Альфы? — громко спрашиваю я. Пожилая женщина начинает ворочаться.

— Что? Нет, — шепчет Еллоу. — У Альфы нет детей. Мой отец — Зета.

— Зета! Нет, это невозможно. Зета — отец Индиго.

— Да, он мой брат.

Еллоу и Индиго брат и сестра? Почему я об этом не догадалась?

— Верни мне папки. — Я протягиваю руку. — Мне нужно узнать, что еще они скрывают от меня.

Еллоу отдает их мне. Пожилая женщина всхрапывает и машет руками.

— Нам нужно уходить, — тихо произносит Еллоу, потирая ладонями предплечья. — У меня большие неприятности. Я снова спроецировалась в прошлое. Этого не должно было произойти. Ред следит за мной. Он, наверное, думает, что я проверяю другую зацепку, но Альфа все поймет. И тогда они придут за мной.

— Так возвращайся, — пожимаю плечами я. — Отпусти меня и возвращайся.

Еллоу качает головой.

— Я хочу знать, что ты планируешь делать.

— Не знаю, но Альфу нужно остановить. Он пытался заставить меня убить ни в чем неповинного мужчину, как… — Как моего папу. Мои руки покрылись мурашками. Отец тоже был невиновным? Альфа его подставил? Я многое не знаю, но мне предстоит еще все узнать.

— Как… что? — спрашивает Еллоу.

— Ничего.

— Послушай, я не собираюсь возвращаться назад, если ты планируешь проникнуть в Зал Стражей посреди ночи и всех убить.

— Эй, ты и правда думаешь, что я психопатка? Я не собираюсь никого убивать. Я собираюсь… не знаю. Может, собрать доказательства и пойти с ними в Министерство обороны?

У Еллоу округлились глаза.

— Ты не можешь этого сделать.

— Конечно, могу. Нужно только собрать…

— Нет, ты не можешь. Альфа, должно быть, предвидел, что ты попытаешься сдать его властям. Мы уже спроецировались в прошлое. Мы изменили его. Ты не можешь…

О чем она говорит?

— Может, ты уже прекратишь свой словесный понос и все расскажешь?

— Ты в списке особо опасных разыскиваемых преступников, — говорит Еллоу, и я вздрагиваю. — В списке, который не вывешивают в почтовых отделениях и доступ к которому есть только у небольшого количества людей. Как только ты появишься в округе, с тобой будет покончено.

Мое тело становится невесомым. Я приняла поспешное решение и убежала, а теперь никогда не смогу вернуться. Потому что я в розыске.

— Еллоу, возвращайся в настоящее и оставь меня одну. Я разберусь.

— Я не вернусь. Я же сказала, они поймут, что я самовольно спроецировалась.

— Скажи, что проверяла другую зацепку!

Еллоу вздыхает и подходит к лежащей на кровати пожилой женщине. Рядом с ней на столике стоит полиэтиленовый пакет. Еллоу берет его, открывает и передает мне какой-то балахон в цветочек и пару тапочек.

— Надень.