Мередит Маккардл – Восьмой страж (ЛП) (страница 22)

Зета останавливается возле дома на углу. Какой-то парень в черных пластиковых очках и желто-зеленой рубашке шотландского типа, заправленной в черные скинни, останавливается перед нами и поворачивается к Индиго.

— Отличный галстук, бро. Из «Урбан Аутфиттерс»?

Я закусываю губу, чтобы не рассмеяться, а Индиго, скромно улыбаясь, говорит:

— Это винтаж.

— О, мне нравится. — После чего парень кивает и продолжает свой путь. Я поднимаю взгляд на Индиго и широко улыбаюсь.

— Может, мы уже займемся делом? — резко спрашивает Зета. Улыбка сходит с моего лица мгновенно. Я поворачиваюсь и вижу, как он показывает рукой на трехэтажное кирпичное строение с ярко-красной входной дверью и небольшим садом. — Вот наша цель.

— Это штаб Стражи времени? — выдвигаю предположение я. Вполне разумно, что у правительственной организации есть штаб в столице, но Зета отрицательно качает головой.

— Ты живешь в штабе Стражи времени. У нас нет официального представительства в Вашингтоне. О нас не упоминают прилюдно, наша деятельность финансируется секретно, и только люди с высшим уровнем доступа знают о нашем существовании. Анонимность — залог безопасности, Ирис.

Не знаю почему, но каждый раз, когда Зета открывает рот, чтобы заговорить со мной, у меня возникает чувство, что меня ругают.

Он откашливается и, показывая на дом перед нами, говорит:

— Тренировочная миссия Ирис-2. Осенью одна тысяча девятьсот шестидесятого года это здание из бурого камня было местом проживания Юджина Маккарти, сенаторa-демократa от штата Миннесота. Ты что-нибудь знаешь о нем?

Сенатор Маккарти. Звучит знакомо. А потом до меня доходит.

— Коммунизм! — практически кричу я. — Слушания сената на тему «есть ли коммунисты в Америкe». Он их организовал. Это привело к тому, что куча людей в Голливуде попали в черный список.

Зета качает головой.

— Не тот Маккарти. Этот жил на десять лет позже. И, кстати, звали его Джозеф Маккарти. А мы имеем дело с Юджином Маккарти.

— А, тогда я ничего не знаю о сенаторе Маккарти.

— Тебе и не надо. Твоя миссия проста. Ровно в 8:53 сенатор Маккарти спустится по вон тем ступенькам, поймает такси и направится в здание Капитолия на важное голосование, которое начнется в 9:08. Тебе нужно сделать так, чтобы он не сел в такси и пропустил голосование, таким образом сохранив и не растратив средства, которые министр торговли в современной реальности намеревается потратить на… другие проекты. Понятно?

Это похоже на первый пример, который приводил мне Альфа. Я немного разочарована. Всего лишь сделать так, чтобы кто-то не сел в такси? Скучно. Но я киваю головой.

— У тебя только одна попытка, — шепотом говорит Зета. Мы проходим несколько ярдов и останавливаемся перед черными воротами. Он достает кожаную сумку из внутреннего кармана пиджака, дергает замок на воротах, а потом вытаскивает из сумки тарированный ключ и отмычку. Через три секунды замок открыт. — Если провалишь миссию — то все. Вернуться еще раз, чтобы исправить ошибки, нельзя. А теперь настройте свои часы на двадцать пятое октября одна тысяча девятьсот шестидесятого года.

Я смотрю на Индиго, который уже крутит головки на своих часах, одновременно с этим проходя через ворота в чей-то двор. И делаю то же самое. Я начинаю закрывать крышку, но не успеваю, так как подходит Зета и хватает меня за руку.

— Хочу предупредить… Это твое первое перемещение вне стен Стражи времени. Гравитационная капсула позволяет нам ослабить воздействие, которое оказывает проецирование на наши тела. — Позади него кивает головой Индиго, крепко сжав губы. — Не буду тебя обманывать, путешествие во времени, которое мы сейчас совершим, будет неприятным. В большинстве случаев мы предпочитаем делать это из Зала Стражей, но иногда это непрактично. Скажем, если бы мне нужно было попасть из Бостона в Сан-Франциско в одна тысяча восемьсот сорок девятый год, самым простым вариантом было бы сесть на самолет до Сан-Франциско в настоящем, чем трястись три тысячи миль в крытом фургоне.

— Но в 1960 году уже было воздушное сообщение, — обращаю я его внимание на этот факт. Ну, по крайней мере, я так думаю.

— Я знаю. Просто хотел, чтобы ты через это прошла. Чтобы знала, как это когда-то было для всех нас.

— То есть это что-то типа злой шутки? — Я крепко сжимаю часы, которые держу в руке.

Зета не удостаивает меня ответом и поворачивается к Индиго.

— Ты готов?

Индиго громко сглатывает. Могу только предположить, что у него стоит ком в горле.

— Готов, сэр, — кивает головой он.

После этого Зета поворачивается ко мне.

— Ирис?

— Готова, как и всегда. — Это правда.

Зета устремляет свой взгляд вперед.

— На счет три закрывайте часы. Один… два… три!

Я захлопываю крышку часов и сразу же понимаю, что что-то не так. Я падаю слишком быстро. Тело не слушается меня. Легкие горят огнем и я не могу дышать. Не могу говорить. Глаза вылезают из орбит, угрожая вывалиться совсем. Легкие вот-вот разорвутся. Каждая клеточка тела болит. Я пытаюсь закричать, но не получается издать ни звука. Я хочу, чтобы это закончилось. Прямо сейчас… и… сразу же падаю на землю, больно ударившись при этом. Делаю глубокий вдох и поднимаю голову. Я стою на четвереньках во дворе сенатора Маккарти.

Надо мной нависают Индиго и Зета. Индиго встает на колено и склоняется надо мной.

— Ты в порядке?

Я утвердительно киваю головой, хотя это полная чушь.

Не секрет, что если бы меня завербовали в ЦРУ, то я бы прошла курсы по выживанию, уклонению, сопротивлению, побегу (ВУСП) где-нибудь наподобие тюрьмы Абу-Грейб. Думаю, что произошедшее сейчас было во много раз хуже. Индиго хватает меня за руку и помогает подняться, но ноги не слушаются меня и я отчаянно пытаюсь сохранить равновесие.

Зета выглядит довольным. Кто бы сомневался. Он открывает ворота, на которых в одна тысяча девятьсот шестидесятом году отсутствует замок, и я следую за ним. Зета показывает на здание из бурого камня. Передняя дверь теперь черная, а не красная, и никакого сада нет. В целом, дом выглядит точно так же.

А вот все остальное… По улицам проезжают огромные машины, больше похожие на подводные лодки. Куда-то торопятся люди в фетровых шляпах. На всех женщинах платья и перчатки, а одна даже прошла мимо в очках в форме кошачьих глаз.

— Проверка времени, — говорит Зета.

Я смотрю на часы. 8:52. Секундная стрелка уже пересекла отметку в сорок и движется к шестидесяти. Ого! У меня совсем нет времени. Я даже не успела перевести дыхание. В квартале от нас поворачивает на Н-стрит большое желтое такси.

Должно быть, это оно.

Позади меня открывается дверь, и я вижу, как по ступенькам начинает спускаться очень привлекательный мужчина с темными волосами и серьезным выражением лица. Он надевает шляпу, замечает такси и поднимает руку. Машина начинает замедлять движение, и я мгновенно забываю о боли. Я должна добраться до него первой.

— Давай, — шипит Зета и толкает меня вперед.

Я не медлю ни секунды. Перебегаю улицу, кидаюсь наперерез сенатору Маккарти, открываю дверь такси и залезаю внутрь прямо перед его носом. Сенатор зло смотрит на меня.

— Извините, — бормочу я. — Мне нужна срочная медицинская помощь. Водитель, в больницу, немедленно.

Сенатор Маккарти неверяще моргает несколько раз, а потом кивает водителю и закрывает дверь. Я с облегчением вздыхаю и откидываюсь на сиденье. Я сделала это. Я не дала ему сесть в такси. Это было так просто. Слишком просто.

Я оглядываюсь, надеясь увидеть Зету или Индиго, но вместо этого вижу сенатора, забирающегося на заднее сиденье такси, которое он поймал всего через десять секунд.

Сукин сын.

— Знаете, а мне уже лучше, — зло говорю я водителю. — Остановите, пожалуйста.

Водитель жмет по тормозам так, что я практически ударяюсь головой о переднее сиденье и поворачивается ко мне с сигаретой во рту.

— Что, черт возьми, ты имеешь в виду? Хочешь выйти здесь? Мы проехали половину квартала.

— Мне очень жаль. — Я открываю дверь. — Сколько я вам должна?

Водитель что-то раздраженно бурчит себе под нос.

— Тридцать пять центов.

Вытаскиваю два четвертака из кошелька и кладу на переднее сиденье.

— Сдачи не нужно. — Хлопаю дверью и бегу обратно. Мне нужно, чтобы сенатор Маккарти вышел из такси!

Оно приближается. Что делать? Что делать? Мне приходит в голову только одно. Машина двигается медленно. Я смогу. Я задерживаю дыхание. Вот оно. Еще пара секунд…

— Ирис! — откуда-то кричит Зета и бежит ко мне. — Остановись! Нет!

Но я уже кидаюсь наперерез такси. Плечо ударяется о лобовое стекло, и я кричу от боли. Водитель тормозит и выкручивает руль вправо. Я падаю на тротуар.

Слышу, как открываются и закрываются двери, а потом вижу перед собой сидящего на корточках сенатора Маккарти.

— Она сама прыгнула! — орет пожилой водитель. — Это сумасшедшая сама прыгнула прямо передо мной!

— Тише! — резко говорит сенатор. — Вы в порядке? Не ранены?

— Да на всю голову, — вопит водитель.