Мер Лафферти – Шесть пробуждений (страница 25)

Раздались приветственные возгласы. Джоанна обмякла в своем кресле.

Вольфганг посмотрел на Поля.

– Значит, у нас есть полчаса. Пошли.

– Пустой желудок плюс алкоголь плюс наша стрессовая ситуация – все это означает, что очень велика вероятность истощения ваших новых тел, – сказал РИН. – С научной точки зрения это очень глупая мысль.

Мария помолчала и задумчиво посмотрела на камеру слежения. РИН приобретал все больше черт личности. И она не знала, хорошо это или плохо.

– Да ладно. Это позволит Марии работать не отвлекаясь. И будет забавно.

Вольфганг чуть оскалил зубы и округлил глаза. Выглядело это ничуть не забавно. В Марии боролись тревога за Поля и благодарность, что ее это не затронуло.

– У тебя развивается мания бессмертия, – сказала Катрина. – Как раз когда ты перестал быть бессмертным.

– Я клон. Я бессмертен. – Вольфганг рассмеялся, сжал, как тисками, плечо Поля и потащил его к кухне. – Поль, иди подними этот принтер.

– Минутку. Я только что его настроила! – сказала Мария, вставая перед принтером. – Идите в спортзал и там начинайте свои тестостероновые войны.

Вольфганг бросил на Марию ледяной взгляд, но она не дрогнула.

– Я серьезно, – сказала она.

– Пошли.

Вольфганг вывел Поля из кухни. Доктор последовала за ними.

– Этот кризис только что отнял у меня собутыльника, – пожаловался Хиро. Потом заморгал, словно что-то понял. – Эй, меня не пригласили! Разве во мне мало тестостерона?

Мария подумала, что обида Хиро из-за того, что его не позвали на состязание мачо, не так опасна, как то, что он назвал Вольфганга собутыльником. Без еды у нас едет крыша.

– Ты насквозь пропитан тестостероном, Хиро. Ты у нас самый тестостероновый, – сказала она. – Теперь позволь мне продолжить работу. – Она опять повернулась к принтеру. Проверила настройки, память и включила. – Обед и напитки на весь экипаж, пожалуйста.

– Говорить «пожалуйста» обязательно? – спросила Катрина, продолжая сидеть за столом. – Зачем этим машинам наша вежливость?

– Привычка, – ответила Мария. – У меня была строгая тетя.

Она затаила дыхание: машина ожила и защелкала.

– А что нам делать со вторым принтером? – спросил Хиро. – Я бы мог открыть в своей каюте подпольное кафе. Если честно, хорошая мысль. Мария, кухонный тиран, не дает нам сластей, поэтому мы дружно пойдем в бар Хиро за темным шоколадом, сделанным из лучшей «Жизни», какая есть на корабле.

– Бар, где подают только цикуту? Флаг тебе в руки, – сказала Мария.

– Тут у вас какой-то чертов карнавал.

С этими словами Катрина попыталась встать, но покачнулась и снова села.

Мария повернулась к принтеру: тот разливал черный кофе по всей своей внутренней камере. Мария чертыхнулась и принялась искать кружку. Нашла и поймала в нее остаток кофе. И вытащила кружку: принтер принялся «печатать» что-то другое.

– Попробуй-ка.

Она протянула кружку Хиро, а сама принялась искать тряпку, чтобы вытереть пролитый кофе.

– Ну уж нет. Ты что, спятила? Сама пробуй.

Мария удивленно посмотрела на него.

– Он может быть отравлен, – пояснил Хиро, пожимая плечами.

– Ради бога! Ты же знаешь, принтер только что из коробки! – сказала Мария и залпом выпила кофе. При этом она обожгла язык. Да, настоящий черный кофе.

Принтер приготовил питье на всех, и Мария отнесла Катрине ее черный кофе.

Та, упершись взглядом в стол, обводила пальцем металлический рисунок на нем.

– Я должна убить ее. Предыдущего клона. Жизнь теперь моя. Но Джоанна. Она не позволяет.

– Капитан, неспособность убить кого-то на борту – далеко не самая серьезная из наших проблем, – спокойно сказал Хиро. – Возможно, она так и не проснется. Возможно, мы узнаем, что все это натворила она, и сможем наказать ее.

Капитан свирепо глянула на него, и Хиро выпрямился, словно его ударили.

– Конечно, это подразумевает, что это вы убили нас и вас тоже нужно наказать, на что я совсем не намекаю. Вы определенно восхитительно невиновны.

– Капитан, после еды и сна вы почувствуете себя лучше. Обещаю. То, что говорит Джоанна, по-видимому, научно обоснованно.

– В такое время людям нужны яйца, – согласился Хиро.

Отсутствующее звено

– Не понимаю, почему ты меня шпыняешь, – нервно сказал Поль, когда они вошли в спортивный зал.

– Это тренировка. Она сближает, – ответил Вольфганг.

– Капитан была бы для тебя более подходящим спарринг-партнером, Вольфганг, – предположила Джоанна.

– Я никогда не стану с ней спарринговать. Обмениваться ударами – нет, – сказал Вольфганг. – Нам с Полем нужно выпустить пар.

Как и все остальное на корабле, ограниченное пространство спортзала использовалось образцово. Настоящее произведение искусства, превосходное помещение, чтобы качаться, бегать и заниматься растяжкой. Посреди зала несколько снарядов – кольца, палки для ходьбы и прыжков, брусья.

Джоанна слышала, что Хиро добивался установки плавательного бассейна, но ему отказали.

Вольфганг расстегнул комбинезон до пояса и вытащил руки из рукавов, продемонстрировав черную футболку и крепкие длинные мышцы. Он знаком пригласил Поля сделать то же самое. Поль далеко не столь ловко выпутался из своего комбинезона. Как и все клоны, он был образцом атлетически сложенного молодого человека, но Джоанна с отвращением заметила на локтях у него засохшую синтамниотическую жидкость; значит, он еще не мылся под душем. Она сдержала дрожь.

– Будешь повторять за мной. Хочу знать, на что ты способен, потому что вчерашний день ты провел в основном в позе зародыша, – сказал Вольфганг и отправился к снарядам.

– Ты не обязан это делать, – сказала Джоанна Полю, но тот не ответил. Лицо у него горело; сжимая кулаки, он наблюдал за Вольфгангом.

Джоанна ненадолго забыла о своем раздражении, глядя, как Вольфганг, раскачавшись, легко перелетает с бруса на брус, приземляется на гимнастическое бревно и легко и изящно идет по нему. Он атаковал все без исключения снаряды: растягивал прикрепленные к стене экспандеры (данные о нагрузке появлялись на стенном экране с учетом и земного, и лунного тяготения), три минуты держал стойку на руках.

Поль молча смотрел на него, кипя от гнева. Он поглядел на Джоанну, подошел к брусьям и стал повторять то, что делал Вольфганг. Дважды он падал с брусьев и с трудом сумел подпрыгнуть, чтобы ухватиться за верхний, упал с бревна. Результат с экспандером оказался вдвое ниже, и Поль даже не смог выйти в стойку на руках, тем более продержать ее три минуты.

Джоанну всегда изумляло, как мышечная память сохраняется при смене клонированных тел. Поль был в прекрасной форме, но он не спортсмен, каким, очевидно, был Вольфганг в предыдущих жизнях.

Вольфганг подошел к Полю и рывком поднял его на ноги.

– Жалкое зрелище. В следующий раз будет лучше. – Он поманил Джоанну. – Ваша очередь, доктор.

Джоанна вскинула бровь.

– Не приму твой вызов, пока не поем.

Он пожал плечами.

– Назови время.

– Мистер Вольфганг? Доктор Гласс? Мистер Сёра? – послышался голос РИН.

– Да, РИН. Ты нас не видишь здесь через камеры? – спросила Джоанна.

– Пока нет. Мисс Арена говорит, что у нас наконец есть еда.

Поль плечом сбил Вольфганга на пол и выбежал из спортзала. Джоанна с усмешкой смотрела, как Вольфганг встает.

– Очевидно, ему нужен привычный побудительный мотив.

– Умираю с голоду. – Вольфганг едва заметно покачнулся, ухватился за петлю на стене и посмотрел на Джоанну. – Отсутствие пищи толкает людей к странным поступкам?

Она рассмеялась.