Мэн Сяоюй – Перерождение: я узнала истину 1 (страница 2)

Но теперь я не допущу, чтобы все повторилось.

Вечером я вернулась в общежитие, включила телефон на беззвучный режим. Алексей позвонил мне, я посмотрела на экран, в холодных пальцах сжалась дрожь, но не ответила.

Он снова звонил, а потом в последний раз написал в мессенджере: “Ты, сука, подожди, завтра я к тебе приду, убью тебя!”

Я посмотрела на это сообщение, и, не теряя ни секунды, открыла ВКонтакте, нашла темы о “кампусном насилии” и “эксплуатации в семье”, потратила полчаса, чтобы составить пост.

Затем я направила настоящий донос на своих родителей и Алексея.

Конечно, я не ожидала, что это кардинально изменит мою семью, но, по крайней мере, я прокладываю себе путь вперед.

Через полчаса мне позвонил университет, сказав, что я должна прийти в студенческий отдел на следующий день.

Я улыбнулась, выключила телефон и заснула спокойно.

На следующий день, сразу утром, меня известили – нужно идти в студенческий отдел.

Я глубоко вдохнула, привела в порядок свою одежду, когда выходила на улицу, солнце было ярким, но я чувствовала неожиданное спокойствие.

Этот день должен был стать началом моего кошмара.

В прошлом, в этот момент меня поймал Алексей у столовой, схватил за воротник и начал орать, называя меня “неблагодарной”, обвиняя, что я “не могу прокормить семью и зачем вообще поступила в университет”. Я держалась за свой рюкзак, но он просто порвал мою куртку и швырнул меня на землю. Вокруг собрались мои однокурсники, только смотрели и не вмешивались.

Тогда я заплакала, перевела последние деньги на его карту, и он сказал: “Вот так, ты хотя бы умная.”

Но сейчас все будет по-другому.

5

В офисе студенческого отдела сидели три преподавателя и мужчина в форме полиции.

– Анна Павловна Смирнова, мы видели твой пост в социальной сети, – начал с серьезным выражением лица директор студенческого отдела, сняв очки. – Это не мелочь, и университет должен отнестись к этому вопросу очень серьезно.

Я немного прикусила губу, опустив глаза.

– Извините, что доставила неприятности университету…

– Это не проблемы, мы тебя поддерживаем, – прервал меня директор, повернувшись к полицейскому. – Это Никита Валерьевич Морозов, он пришел для того, чтобы разобраться в ситуации.

Полицейский кивнул, его голос был спокойным и уравновешенным.

– Анна Павловна Смирнова, мы уже проверили некоторые факты. Твой брат Алексей Павлович Смирнов действительно неоднократно требовал у тебя деньги. Мы хотим, чтобы ты рассказала нам все подробно.

Я крепко сжала края своего платья, замолчала на мгновение, а потом начала рассказывать, слово за словом, о своих переживаниях.

– В семье всегда ставили на первое место сына, и я с детства была просто инструментом для поддержания его нужд.

– Когда я поступила в университет, все деньги на жизнь забирал брат. Мне приходилось выживать на стипендию и подработки.

– Каждый месяц он требовал у меня деньги, и если я отказывалась, он начинал меня унижать, угрожал даже физической расправой.

– Я пыталась сопротивляться, но все мои попытки оканчивались жестокими расправами, меня пугали, заставляли подчиняться.

Никита Валерьевич внимательно слушал, делая записи в блокноте, затем закрыл его и сказал с серьезным выражением лица:

– Анна, не бойся. Это семейное экономическое насилие. В случае серьезных последствий мы можем возбудить уголовное дело. Мы уведомим твоих родителей и сделаем им официальное предупреждение. К тому же, твой брат Алексей сегодня утром действительно был в университете и зарегистрировался у охраны. Я советую тебе воздержаться от одиночных прогулок.

Мои пальцы чуть побледнели, сердце начало биться быстрее. В прошлой жизни я никогда бы не подумала, что эта ситуация может быть решена через правоохранительные органы. Я всегда считала, что, если семья ведет себя так, я должна просто терпеть. Но теперь я понимала: в этом мире есть люди, которые прошли через гораздо худшие вещи, и они не выжили благодаря «терпению».

Они боролись, и вот почему они смогли остаться живыми.

Через десять минут мой телефон неожиданно затрясся – голосовой звонок от мамы. Я замерла, глядя на знакомое фото профиля. Пальцы замерзли, и, после нескольких секунд молчания, я просто повесила трубку.

Через несколько секунд пришло сообщение от Алексея:

[Анна, ты с ума сошла? Ты посмела вызвать полицию?]

[Скоро убери этот пост, разберись с полицейскими, а то я тебя убью!]

[Ты понимаешь, что ты творишь? Ты хочешь, чтобы наши родители стали посмешищем в деревне?]

Его сообщения шли одно за другим, полные ярости и угроз, но на этот раз я не почувствовала паники, как раньше.

– Я уже не та слабая Анна.

Я спокойно открыла чат, набрала ответ:

[Алексей, если ты снова будешь угрожать мне, я всё выложу в интернет. Ты осмелишься проверить?]

И заблокировала его.

6

Полиция вмешалась быстрее, чем я ожидала.

В тот же день, в обед, Алексей был остановлен охраной у ворот университета. Несколько полицейских подошли к нему и попросили сотрудничать в расследовании. Сначала он был агрессивен, кричал:

– Что, я не могу попросить деньги у собственной сестры?!

Полицейский усмехнулся:

– Нормальные взаимоотношения между членами семьи, конечно, не запрещены. Но сколько ты забрал у неё за последние несколько лет?

– Восемьсот тысяч? Миллион? Или больше? Она всё зарабатывает сама, учёба и на жизнь – всё на её плечах. А у тебя вообще есть работа? – продолжил полицейский, не давая брату ответить. – Ты называешь её своей сестрой, а ты хоть раз выполнял обязанности старшего брата?

Алексей остолбенел, его лицо покраснело от гнева.

Он не смог ответить и, в конце концов, сдался, уходя с территории университета. На выходе он злобно оглянулся, приоткрыл рот, но так и не сказал ни слова.

В тот момент я поняла – я могу смело от него оторваться.

В прошлой жизни он был моим постоянным кошмаром. Но теперь, я больше не боюсь.

Университет вскоре связался с местным отделом защиты прав женщин и благотворительными организациями, готовыми предоставить мне юридическую помощь. Мне также посоветовали подать заявку на специальную финансовую помощь от университета, чтобы я больше не беспокоилась о средствах на жизнь.

Я впервые осознала, что в мире действительно много добрых людей. Просто раньше я не имела достаточно смелости, чтобы за это бороться.

Вечером, вернувшись в общежитие, я автоматически открыла VK.

Мой пост оказался на главной странице, количество лайков и комментариев стремительно росло. Многие пользователи писали поддерживающие комментарии, а также делились своими историями о том, как их эксплуатировали в собственных семьях.

– “Токсичные семьи – убегайте как можно дальше.”

– “Девушки должны учиться защищать себя, чем больше терпишь, тем больше тебя будут эксплуатировать.”

– “Не оглядывайся, вперед! Мир огромен, у тебя есть шанс на лучшую жизнь.”

Я смотрела на эти комментарии, и мои глаза слегка затуманились.

Затем я написала ответ:

– “Спасибо всем, я больше не оглянусь.”

7

Первый год, проведённый в прошлом, я посвятила лишь одной вещи – изменению себя.

Избавившись от контроля родной семьи, я пересмотрела свою жизнь. Я начала настойчиво восполнять всё, что пропустила за четыре года университета: больше не избегала общения, сама начала заводить знакомства с соседками по комнате и одногруппниками, участвовала в конкурсах, подавала заявки на стажировки. После нескольких успешных попыток я устроилась в новую, развивающуюся компанию. Я больше не зависела от кого-либо и не ждала “спасителя”.