Мэлори Блэкмен – Крестики и нолики (страница 42)
Мы вышли из кабинета.
В приемной полицейского участка мы с мамой проторчали целую вечность. Никто не предложил нам кофе. Раза два мы удостоились «Чем могу помочь?» от полицейских, входивших в участок, – и все. Мистер Стэнхоуп исчез – ушел разговаривать с папой и «знакомиться с материалами дела». Никакого дела еще нет, почему же он так долго? Я хотел повидаться с папой. Не понимал, где Джуд. Хотел оказаться дома, проснуться и обнаружить, что прошедшего года просто не было. Слишком многого я хотел.
Пока мы ждали, мама смотрела прямо перед собой и перебирала большими пальцами. Я уже решил, что мистер Стэнхоуп махнул на все рукой и ушел, а про нас забыл, и тут он наконец объявился. По его лицу я сразу понял, что он не сообщит нам ничего хорошего.
– Что случилось? У него все нормально? – Мама вскочила на ноги. – Что они с ним сделали?
– Пройдите, пожалуйста, со мной, – мрачно сказал мистер Стэнхоуп.
Мы с мамой испуганно переглянулись и, ни слова не говоря, поспешили за адвокатом. Полицейский открыл перед нами одну из массивных двойных дверей, которые вели в камеры.
– Спасибо. – Мама с мистером Стэнхоупом оценили этот жест.
А я нет. Полицейский шел за нами. Когда мы дошли до последней камеры по левую руку, мы с мамой и адвокатом отступили в сторону, а полицейский отпер дверь. Едва она открылась, как мама ринулась в камеру. Я и глазом моргнуть не успел, как мама с папой стиснули друг друга в объятиях, словно склеенные.
– Райан, что происходит? – зашептала мама. – Ты цел? Тебя не…
Папа повернулся и поманил меня к себе. Я подошел, понимая, что он и меня сейчас обнимет. И не ошибся. Я был не против, чтобы он меня обнял. И потом не хотел отпускать его, потому что мне было очень страшно. Папа не сделал ничего плохого. За что его до сих пор держат в камере?
– Мистер Макгрегор, прошу вас, расскажите своим родным все, что рассказали мне, – попросил мистер Стэнхоуп.
– Это неважно, – отмахнулся папа. – Где Джуд? Его отпустили? Он в безопасности?
– Джуд? Полиция не нашла его. Его не было дома. – Мама сдвинула брови. – Я понятия не имею, где он.
Папа изумленно поглядел на нее, а потом вдруг так рассвирепел, что я невольно попятился.
– Вот сволочи! Они сказали, он у них! Сказали, Джуда точно повесят, считай, дело сделано… – Папа с трудом сглотнул, отвернулся от нас с мамой. Вид у него был такой, словно на его плечи легло бремя целого мира.
– Райан, ч-что ты сделал? – спросила мама.
Молчание.
– Райан!
– Подписал признание по всем обвинениям…
Папа умолк.
– Что? – выдохнула мама. – Ты спятил!
– Они сказали, Джуд у них и есть доказательства, что это он устроил взрыв. Сказали, кто-то должен взять на себя ответственность за взрыв в «Дандейле», и от меня зависит, кого сочтут виновным.
– И ты им поверил? – Мама была вне себя от ярости.
– Мэгги, они пригрозили, что вас с Каллумом тоже посадят за недонесение. Либо моя жизнь, либо жизнь всех моих родных.
– Это правда сделал ты? Это ты подложил бомбу и убил всех этих людей?
Папа посмотрел прямо на маму. На его лице не дрогнул ни один мускул.
– Нет.
– Тогда зачем?..
– У меня не было выбора, – повторил папа. От ярости все его тело застыло, окаменело. Вот-вот треснет пополам.
Мама явно не знала, что и думать.
– Если ты взял на себя вину за всех жертв «Дандейла», тебя повесят.
– Это я понимаю, – тихо ответил папа.
Я покосился на мистера Стэнхоупа, словно мог прочитать в его глазах то, чего не понимал в папиных.
– Ты хочешь умереть? – недоуменно спросила мама.
– Не дури.
– Миссис Макгрегор, как только детектив Сантьяго сказал вашему мужу, что полиции известно, кто оставил отпечатки, ваш муж признался во всем. Он надиктовал и подписал признание, и это зафиксировано на видеозаписи. Запись, несомненно, покажет, что показания были даны безо всякого давления, – негромко произнес мистер Стэнхоуп.
Папа опустил голову и понизил голос почти до шепота:
– Мэгги, они нашли два отпечатка пальцев Джуда на остатках банки из-под колы из той урны, куда подложили бомбу…
– Это ничего не доказывает, – резким тоном перебила его мама. – Просто значит, что…
– Такой же отпечаток нашли на фрагменте оболочки взрывного устройства, сохранившемся после взрыва, – продолжал шептать папа, не слушая ее. – И отпечатки совпали…
Мир вокруг бешено заплясал, я почувствовал, как рассудок стремительно покидает меня – чем дальше, тем быстрее.
Такого не может быть. Это Кресты подставили его, навесили на него всех собак. Мой брат – не террорист. Он бы в жизни ничего подобного не сделал. И уж точно не повел бы себя настолько глупо, чтобы оставить отпечатки по всей оболочке бомбы, разве что, конечно, считал, что после взрыва от нее не останется ничего такого, по чему его можно будет вычислить, поэтому к чему возиться с перчатками… Джуд – террорист…
– Я сказал полиции правду. – Папа заговорил нормальным голосом. – Колу я принес из дома. Не хотел, чтобы меня случайно запомнили, если я куплю ее где-то в торговом центре. Вот, собственно, почему на банке оказались отпечатки пальцев Джуда. Он, наверное, брал ее в руки, а потом поставил обратно, а я этого не знал. Что касается оболочки взрывного устройства, я держал все… все необходимое оборудование дома. Джуд, должно быть, тоже брал его в руки. Очевидно, он не понимал, к чему прикасается, просто ему было любопытно. – Папа поднял голову, повернулся на месте и прокричал в каждый угол по очереди: – Джуд не имеет к этому никакого отношения, слышите? Я виновен. И больше никто!
Неужели они этому поверили? Кто в здравом уме и твердой памяти поверит в такие небылицы?!
– Райан… – У мамы по щекам лились слезы.
Папа не дал ей продолжить:
– Нет, Мэгги. Я виновен. Это правда, я буду ее держаться. Я не допущу, чтобы за это посадили вас с Каллумом. Или Джуда. – Он снова зашептал: – Только сделайте так, чтобы Джуда и след простыл и трефы до него не добрались. Найдут – сгноят его в тюрьме.
На папиных губах мелькнула еле заметная грустная улыбка – и тут же погасла.
– Раз я во всем признался, его не казнят. И то хлеб.
Глава 61
× Сеффи
Слова были словно стрелы, пронзившие меня и пригвоздившие к стулу. Но он ничего такого не делал. Я знала это так же точно, как то, что меня зовут Персефона. Папа Каллума такой же террорист, как я. Конечно, он этого не делал. Я должна помочь им. Должна это доказать. Но как? Наверняка есть способ.
Думай. Думай…
– Вот ведь пустышка! – прошипела Минни из другого угла. – За такое надо вздернуть не только его, но и всю его паршивую семейку!
– Минерва, в нашем доме такие слова не употребляют, слышишь? Здесь тебе не Медоувью.
– Да, мама, – пристыженно отозвалась Минни. Но хватило ее ненадолго. – Подумать только, ведь мы принимали его у себя, в этом самом доме. А его жена даже у нас работала. Если журналисты узнают эту мелочь, вот они порезвятся, а папа будет просто по потолку бегать.
– В каком смысле? – спросила я.
– Да ну тебя, Сеффи, включи мозги! Если Райан Макгрегор дешево отделается, папу обвинят в фаворитизме, скажут, что он покрывает своих, даже если он вообще ни при чем.
– Но ведь мистер Макгрегор не имеет никакого отношения к теракту в «Дандейле».
– Глупости. Он же во всем признался!
Я повернулась к маме. Она о чем-то глубоко задумалась.
– Мама, его же не повесят, правда?
– Если он виновен… – Мама развела руками.
– А Каллум ходит в нашу школу! – не унималась Минни. – Папа и за это тоже получит по шее.