Меллони Джунг – Артефакт Козеруга. Часть 1 (страница 4)

Перевернувшись на живот, я посмотрела, что твориться в лагере. Бандитов где вырубило, там они и лежали. Видно, даже если тут из пушки пальнуть, они не услышат. Животные спали возле реки. Девушки лежали все в крови, голые и израненные. Они больше не шевелились и не кричали. Мужчины так же сидели кучкой, покачивая уставших детей. Отданный магический приказ не даёт им встать, чтобы хотя бы помочь девушкам умыться и одеться. Стараясь не шуметь, я выползла из своего укрытия. На меня смотрели с безразличием, не сказав ни слова. Вот и хорошо пусть молчат. Мне это как раз и нужно, чтобы было тихо.

Сделав глубокий вздох, я подошла ближе к первому бандиту, лежащему на моём пути. Это оказался тот рыжий парень, который просил о перерыве в городе. То, что я собираюсь сделать, мне не нравилось, но я не могла по-другому. Всю свою жизнь я не понимала убийц, презирала их, а сейчас я стану им. Стану убийцей. До этого всем и всегда я твердила только одно, как в мультфильме про кота Леопольда: «Давайте жить дружно!». За эту ночь эта фраза стала для меня чужой, не моей. Я перестала её понимать. Как? Как я смогу жить с ними дружно? Не смогу, только не я.

Присев на корточки, я вытащила нож из сапога бандита. Зажав его рот рукой, я вонзила ему нож вглубь черепа, между подбородком и горлом, резко, боясь передумать и тут же выдернула. Он только дёрнулся, открыл глаза и успел поднять руку, сжав её в кулак, но после резко обмяк. Пытаясь вымолвить хоть слово, но не мог, связки были порваны. Как лилась кровь, я не смотрела, шла дальше, бесшумно ступая к следующей своей жертве. Как лунатик, без звуков и мыслей ходила по лагерю, убивая одного за другим. Ни один из отряда не проснулся, даже не вздрогнул. Спали, так и не поняв, что защищаться уже поздно.

Эти чудовища не должны жить и не будут. Я не господь Бог и не имею права решать, кому жить, а кому умереть. Но я спрашиваю себя: почему у них есть такое право, почему они решают, кому жить, а кому умереть? Ведь если их не убить сейчас, они кого-то ещё изнасилуют, изобьют или убьют. Я лично себе это не прощу, а убив чудовище сейчас, дам жизнь невинному или тому, кого они ещё могут поработить. Да, может я смогу освободить этих рабов, а они помогут обустроиться в этом мире мне. Так я себя успокаивала над последним из убитых, руки тряслись.

Рабы не вмешивались, наблюдали молча. Девушки, приходя в себя, сразу отползали к мужчинам, стараясь не шуметь. Я ревела, смотря, как уходит жизнь. Я чувствовала себя грязным чудовищем. Бросив сумку и нож, ринулась к реке. Остановилась только тогда, когда оказалась в воде чуть выше колен. Упав на колени, больше не сдерживаю себя, реву в голос. Бью по воде руками от бессилия, а после с остервенением тру руки до скрежета, постепенно успокаиваясь. Смотрю вдаль, где заканчивается речка и начинается лес.

Сидя в воде, я не знала, что мне делать, как быть? Ведь я до сих пор не понимаю, где я. Почему я тут? И что мне ожидать за убийства? Могла ли я опуститься в своём мире до убийства? Ответ: «Нет». Я бы просто ушла, вызвав полицию, а после забыла. Я не знала, что можно вот так всего за сутки изменить свою жизнь.

Поняв, что полностью успокоилась и голова начала соображать, стала думать о том, как быть с телами, куда их прятать. У меня было несколько вариантов, как избавиться от тел – это сбросить в воду, закопать, оттащить дальше в лес. Надо это сделать быстро, пока ещё кто-то не приехал отдохнуть на поляну и не наткнулся на дивную картину с двенадцатью трупами, измождёнными рабами и неизвестной мной. А главное, нужно сделать так чтобы никто не узнал, что я тут была.

Встав, я вышла из воды. В утреннее время вода была холодной, что позволило разогнать сон и привести мысли в относительный порядок. Рабы меня удивляли, ей-богу, как куклы. Я бы на их месте от тел избавиться помогла, а после ещё сбежать попыталась, а эти же молча смотрят на меня настороженной пёстрой компанией. Назвала их пёстрой, потому что состоят из разных рас. От этого сочетания красок у меня начинало рябить в глазах, но им идёт. Если убрать побои, грязь и потрёпанный вид, очень красивая компания: дети, женщины или мужчины.

– Сколько вас? – задаю вопрос.

– Пятнадцать, госпожа, – ответил мужчина бархатным голосом.

Интересная внешность у него. Огромный парень с белой кожей, ледяным взглядом серых глаз и аккуратным прямым носом. Волосы белого цвета, спускающиеся чуть ниже плеч. Назвала бы его альбиносом, потому что очень снежная внешность, а самое главное, что меня умилило – это ушки, как у кошки, на макушке. Слегка опущенные, прижатые к голове и тоже белого цвета. Не удивлюсь, если у него такой же белый и пушистый хвост. Рубаху видно отдал девушке, так как щеголял с голым красивым торсом и босыми ступнями. Да, весь ходячий секс.

– Вам есть куда пойти? – интересуюсь у него.

При этом сняла один из промокших кроссовок, перевернула и жду, когда выльется вода, стараюсь отжать.

– Мы принадлежим вам госпожа, – последовал ответ.

– Не поняла? Как мне? Мне не надо. Не люблю рабства. Так что идите, куда хотите, конечно, если вам есть куда пойти. Я не держу и освобождаю, – говорю, шмыгаю носом.

Выжав второй кроссовок, я сняла носки, тоже выжала и пошла ближе к костру, размышляя. Это что получается, убил, ещё бонус своеобразный получил? Непонятно.

– Лис отдал нас нурсу Гармонию на продажу. Мы принадлежали ему, но вы убили его. Теперь мы принадлежим вам госпожа. Документы на нас найдёте в его рюкзаке. Мы теперь ваша собственность, – ответил он. – Освободить нас можно, только убив. Другого способа нет.

– Понятно, что ничего непонятно, но будем разбираться, – сказала сама себе, присев на бревно. – Тут, как в сказке, скрипнула дверь, – рассмеялась я, услышав вой волков.

Из-за того, что вдали послышался вой и рык, рабы стушевались. Девушек и детей мужчины подтолкнули к реке, закрыв их спинами. При этом став полукругом и не отводя взгляда от леса.

– Госпожа вам бы тоже отойти к речке, – предложил альбинос, подав мне руку.

А у него действительно есть хвост. Проигнорировав его руку, смотрю на это пушистое чудо, обвившее ногу хозяина.

– Станьте дети, встаньте вкруг, – рассмеялась я. – Благодарю, но я откажусь, – пояснила им. – Там меня тоже достанут, и это не выход. Мы все измождены и без оружия, если убьют, то пусть это сделают сразу, чтобы не мучиться.

– Но это же гончие, – с придыханием произнёс он.

Как будто это мне что-то должно сказать. Хотя в сериале «Сверхъестественное» – это огромные псы из ада. Посмотрим, что тут за зверь.

– За этих мстить? – спросила, мотнув головой на трупы.

– Нет. Это тёмные звери созданы лесом, чтобы охранять его. И каждого вошедшего в лес они убивают, – объяснил альбинос, смотря на меня удивлённо.

Видно думает, что я сошла с ума. Хорошо, что хоть объяснил, а то другие вон молчат и даже не лезут в наш диалог. Мне эти гончие только на руку.

– Помогите снять одежду с трупов. Живее – приказываю им, смотря, что те даже не шевелятся – оставляйте только нижнее бельё, остальное снимайте. Украшения, если есть тоже, всё пригодится – сама подхожу к одному из тел.

До мародёрства ещё не доходила, но буду всё считать как в игре – трофеями, что нашла, то моё. Да, не гуманно, но мне в этом мире ещё выжить надо, а так как у меня появились рабы, а одежды и денег нет, позаимствуем у них. Она им уже всё равно больше не нужна. Так что закроем глаза на моё ещё одно прегрешение. А так как одна я с двенадцатью трупами не справлюсь, то пусть помогают, им одежда нужнее, чем мне. У меня точно на всех денег не хватит, да и очень сомневаюсь, что мою банковскую карту тут примут, а бумажные деньги, тем более. Так что, это не мародёрство, а инстинкт выживания, без этого я не выживу, значит, будет именно так. Я хочу быть сытой и здоровой, значит буду. Мёртвому всё равно, а мне ещё топтать эту землю.

Из леса появились чёрные волки размером с телёнка, а их рык пробирал до костей. На саму поляну они пока не выходили, как будто чего-то ждали. Я, сглотнув и закончив с раздеванием, пошла к границе между лесом и поляной. Подойдя, стала рассматривать гончих: красивые и одновременно ужасные. Глаза, налитые кровью, и оскал, при взгляде на который думаешь, что он перегрызёт одним укусом все твои косточки, а хвост, как у быка, с железным наконечником на конце, проткнёт тебя, и пикнуть не успеешь.

Рассматривая зверя, я обдумывала говорить с ним или нет. Ведь наши животные развиты малым интеллектом и прекрасно понимают, что им говорят. Думаю, этих гончих не сделали бы охранниками леса, если бы они ничего не соображали.

– Здравствуйте. Мы не хотели потревожить ваши владения. Так получилось, – начала говорить, глазами выискивая главаря, без него они не нападут.

На мои слова вперёд вышел огромный зверь, в два раза больше чем все остальные. Подойдя ко мне, грозно зарычал. Вот и главарь. Ну да, мне так всё сразу стало понятно. Сглотнув, я прониклась рыком.

– Извини, я тебя не понимаю, но прошу прощения за нарушения порядка. В знак извинения, что мы нарушили границы вашего леса и устроили самосуд, примите это мясо – указала я рукой на трупы.

Главарь посмотрел в направлении моей руки. Я же молилась, чтобы всё получилось, нас оставили в живых, а тела забрали. Главарь тем временем принюхался, посмотрел на моих рабов, а после на меня. Ещё раз рыкнул, не так пугающе, как раньше, или я уже привыкла. Успокоившись, поняла, что есть нас пока не будут.