Мелисса Рёрих – Леди тьмы (страница 53)
– Тебя послушать, так ведьмы, оборотни и дети ночи сражались против короля Деймаса и королевы Эсмерей и поэтому сейчас изолированы в своих территориях? Почему же тогда фейри не заточили?
– Ой ли? Авонлейцы не могут покинуть свой континент, а фейри – Дворы без риска быть пойманными и подвергнутыми пыткам со стороны порочных, хотя и очень привлекательных женщин, – возразил Сорин.
Скарлетт наградила его холодным взглядом.
– Кто же тогда ими правит? Короли смертных?
– Нет. С тех пор они создали иерархию, подобную той, что в других землях. В стране детей ночи властвует Графиня. Королевством ведьм правит Верховная ведьма, а оборотни находятся под властью Альфа и Бета, и, конечно, не стоит забывать о трех королях смертных в землях людей, – сказал Сорин, указывая на различные территории.
– А в других землях есть магия? – спросила Скарлетт.
Она осторожно отпустила карту и сделала глоток чая, который – вот чудо – до сих пор не остыл.
– В некоторых больше, чем в других. Фейри владеют элементальной магией и могут творить некоторые заклинания. У ведьм есть целительницы, провидицы и другая мощная магия. Оборотням по силам изменять не только физическую форму, но и материю с энергией, – пояснил Сорин, осторожно сворачивая карту.
– А дети ночи магией не владеют?
– Они непревзойденные следопыты, обладают невероятными способностями к маскировке и быстро исцеляются. Они – высшие хищники, их дар позволяет им делать невероятные вещи, но чистой осязаемой магией они не обладают.
Воцарилось молчание, нарушаемое лишь потрескиванием поленьев в камине.
– Ты же из Двора Огня? – спросила Скарлетт.
– Да, – ответил он.
– Ты знаешь принца Огня?
– Я знаю, кто он такой, – подтвердил Сорин.
– Это он угнетает ваш народ? И поэтому ты ищешь оружие, чтобы всех освободить?
Сорин молчал так долго, что Скарлетт повернулась, чтобы посмотреть на него.
– Принц Огня совершил много темных дел. Некоторые говорят, это было во благо народа, другие – что его поступки, напротив, привели к ухудшению положения.
– А что думаешь ты?
– Едва ли мои соображения важны.
– Как по-твоему, должен ли он править Двором?
– Нет. Я не считаю, что ему следует доверять их благополучие, – ответил Сорин, – но не ему выбирать.
Пока Скарлетт раздумывала над следующим вопросом, Сорин спросил ее сам, так что от неожиданности она едва не выронила чашку.
– Как ты относишься к завтрашнему визиту принца Каллана?
– Если у него есть для нас информация, я ею займусь, – коротко ответила девушка.
– Это будет рискованно для тебя?
– Все, что связано со мной и Калланом, подвергает риску меня и других, – сказала она чуть слышно.
– Кем ты будешь завтра вечером?
– Что ты имеешь в виду? – спросила Скарлетт, прищурившись.
– Изобразишь ли женщину, которую я тренировал? Или прикинешься жертвенной любовницей? А может, Девой Смерти, выпущенной из клетки?
– Я буду той, кем потребуется, чтобы получить информацию, – мрачно ответила Скарлетт. – Вообще-то это не твое дело.
– Учитывая, что ты со своей бандой захватили мою квартиру, чтобы незаметно провести в нее наследного принца, это еще как мое дело, – возразил Сорин.
Скарлетт поджала губы и скрестила руки на груди, неохотно признавая его правоту.
– Неужели я до сих пор не заслужил твоего доверия? – более мягким тоном спросил он.
– Дело не в том, что я не доверяю тебе, Сорин, – помолчав немного, возразила Скарлетт. – То, что я влюбила в себя принца, не идет ни в какое сравнение с другими поступками. Боюсь… того, какими глазами ты на меня посмотришь, когда услышишь мою историю.
– Я живу на свете много веков, Скарлетт. Уверяю, в свое время я совершал куда более чудовищные вещи, – мрачно объявил он.
– Я притворяюсь другими людьми, ношу столько масок, потому что если бы я делала выбор, чтобы защитить тех, кого люблю, будучи самой собой… я бы смотрела на истинную себя с ненавистью и отвращением.
– Твои друзья, которые знают, о чем ты толкуешь, отнюдь не смотрят на тебя с отвращением.
Скарлетт разразилась беззлобным смехом.
– Мои друзья видят меня такой, какой им нужно. Для Дрейка я младшая сестра вроде Тавы, которую нужно оберегать. Для Тавы – интересное создание, которое одновременно и очаровывает ее, и страшит. Для Нури – ее близнец, злой, темный и необузданный дикий огонь, который бушует, когда его выпускают на волю.
– Ты забыла о Кассиусе. Кто ты для него?
– Что бы кто ни думал, мы с Кассиусом не любовники и никогда ими не были. Для Кассиуса… я – место, где он может присесть и передохнуть в мире злобы и борьбы, и то же самое он значит для меня.
– Как бы ты хотела, чтобы тебя воспринимали другие?
– Не знаю ответа на этот вопрос. Мне никогда не давали права принимать подобные решения.
Сорин надолго замолчал.
– Расскажи о том, что случилось той ночью, Скарлетт.
– Нет, – прошептала она. – Некоторые воспоминания лучше оставить в прошлом.
– Тогда поведай, как ты познакомилась с наследным принцем.
Скарлетт пристально посмотрела на него.
– Пути назад не будет, генерал. Если я расскажу
– Ты способна сделать куда больше, чем просто себя защитить, – ответил Сорин со знающим видом.
– Я подружилась с принцем не ради собственной безопасности, которая никогда не являлась… первостепенной заботой. Я сделала это ради безопасности невинных детей в нашем доме.
– В Черном синдикате? Это же район воров, преступников и наемников. Разве подобные люди не в состоянии защитить детей?
– Действительно, – мрачно сказала Скарлетт. – Могу ли я
– Хоть я и работаю на короля этой земли, Скарлетт, я всегда был верен собственному народу.
Скарлетт задумалась. Его народ находился на севере, а также, как она полагала, на юге и востоке. Девушка глубоко вздохнула.
– Три года назад из Черного синдиката начали пропадать дети. Сироты и беспризорники, однако они никогда не были предоставлены сами себе. Некоторых забирали для обучения различным видам деятельности Черного синдиката, как, например, Нури и Кассиуса. Но и за прочими тоже присматривают, для них всегда есть еда и кров. Они не голодают и не нуждаются в предметах первой необходимости. Мы всегда заботимся о своих. А тут не уследили.
В других районах, скорее всего, никогда бы не заметили, что с улиц пропадают сироты. Они исчезали глубокой ночью, прямо из-под носа, и даже мы с сестрами, самые опасные и опытные в королевствах, не смогли их выследить и найти. Сначала недосчитывались ребенка-другого, то тут, то там. Потом это стало происходить все чаще. Дети были страшно напуганы, не хотели выходить на улицу. Они потеряли доверие к нашей способности обеспечивать их безопасность.
Чтобы разузнать хоть что-то, мы проникали в другие районы, сидели в тавернах с солдатами, на улицах с нищими, пили чай в изысканнейших чайных. Подумывали даже о том, чтобы похитить для допроса стражника-другого, но с кого начать? Простому вояке, конечно, ничего не известно. Мы не могли попросить Кассиуса, который в то время жил в поместье, задавать вопросы, ведь тем самым он мог привлечь внимание к себе или к Черному синдикату. Стоило появиться малейшей зацепке, как ее немедленно проверяли, но они всегда заводили в тупик, а мы возвращались к исходной точке.
Однажды, по чистой случайности, Кассиус подслушал разговор двух королевских стражников в местной таверне. Они болтали о беспризорниках в подземельях. Мы заподозрили, что к делу причастна корона, но Лорд наемников не позволил проникнуть в замок. Сказал, что нужно собрать больше доказательств, прежде чем портить отношения с королем.
Потом сироты стали пропадать еженедельно. Нури была в бешенстве. Она умоляла Лорда наемников вмешаться. Надо отдать ему должное, каждую ночь он давал приют стольким детям, скольким мог, но это не помогало. Мы задействовали все ресурсы Братства и Черного синдиката, но безрезультатно. Допрашивали каждую жертву, смертных и фейри, и никто ничего не знал. Но однажды… – Скарлетт с трудом сглотнула. – Однажды исчез трехлетний ребенок. Нури неистовствовала, была вне себя. Я никогда не видела ее такой… Лорду наемников пришлось помочь нам физически удержать ее в Братстве. Как только Нури оказалась в безопасности, мы с другой сестрой впервые ужасно поссорились. Раньше такого с нами не случалось. Нури и я – да, мы все время выясняли отношения. Но никогда с…
Я покинула Синдикат с намерением плакать или выместить свою ярость, сама не знаю, и оказалась в забытом лесу к северу от замка, в центре которого был уединенный маленький пруд. Я упала на колени на берегу и разрыдалась от ужаса и разочарования. В своем горе я почти не слышала скрипа сапог и треска ломающихся веток, но все же успела спрятаться, когда в поле зрения появился принц. За ним по пятам следовали двое здоровенных стражников, и, наблюдая за Калланом, я придумала план, как заполучить в замке свои глаза и уши.
Глава 27
Скарлетт
«