Сорин мгновенно напрягся.
– Что понадобилось Луану?
Элинé бросила на него пристальный взгляд.
– Принц Азраил ответил на мой вопрос, Сорин. – Она вложила ладошку Талвин в его. – Мне нужно срочно с ним поговорить. Встретимся на кухне. – Щелкнув племянницу по носу, она добавила: – Оставь мне ложечку клубничного мороженого, пожалуйста.
– Мне следует сопровождать тебя, – сказал Сорин, не сводя глаз со своей королевы.
– Я быстро вернусь, – заверила она, проводя руками по подолу юбки цвета морской волны. – Со мной все будет в порядке.
– Элинé…
– Со мной все будет в порядке, – перебив, повторила она, сверкая глазами.
Замерев на месте, Талвин смотрела то на тетю, то на ее ближайшего советника. Она редко видела их раздосадованными.
Окинув Элинé задумчивым взглядом, Сорин протянул:
– Что-то не так. – Это было утверждение, а не вопрос. Как будто он настолько хорошо знал ее, что мог определить это, просто посмотрев на нее. Именно такие моменты, позволяющие Талвин заглянуть в мир тети-королевы, заставляли ее молить Судеб, чтобы Сорин остался ее Вторым, когда Талвин самой придет время стать правительницей Восточных Дворов.
Тетя ничего не ответила.
– Десять минут, Элинé, – продолжил Сорин. – Если не вернешься через десять минут, я отправлюсь за тобой.
Она вздохнула.
– Когда-нибудь, принц Огня, мне придется напомнить тебе, кто тут кому подчиняется.
Вытянув перед собой ладонь и подув на нее, она брызнула водой Сорину в лицо. Талвин радостно рассмеялась, а тетя подмигнула ей и растворилась в воздухе. Сорин по-прежнему выглядел обеспокоенным, но, заметив устремленный на себя внимательный взгляд подопечной, поспешно растянул губы в улыбке.
– Итак, Маленький Вихрь, каким мороженым ты хочешь полакомиться сегодня?
– Шоколадным! – взвизгнула она. – Я всегда его выбираю.
– Ты же понимаешь, что нужно будет погасить несколько язычков пламени, прежде чем они превратят твое мороженое в шоколадный суп? – подмигнул он, перекатывая между пальцами крохотные огненные шарики.
Талвин застонала.
– Держу пари, Эштин ничего подобного делать не заставляют.
Улыбнувшись, Сорин запустил один из своих шариков вверх по ее руке.
– Леди Эштин никогда не станет королевой.
– Думаешь, я буду такой же выдающейся правительницей, как моя мама? – спросила она.
Сорин распахнул створчатые двери шумной кухни. При виде них один из поваров сразу же направился к ящикам со льдом.
– Маленький Вихрь, – сказал Сорин, подхватывая девочку под мышки и усаживая на стол. – Ты станешь одной из величайших королев, которых когда-либо видел этот мир.
От устремленного на нее взгляда Сорина, в котором гордость мешалась с обожанием, сердце Талвин преисполнилось радости.
– Ты ведь будешь со мной, правда?
– До тех пор, пока нахожусь по эту сторону Завесы, я тебя не покину, – торжественно пообещал он, ласково потянув ее за волосы.
– Ты же знаешь, что тетя Элинé не любит, когда я сижу на столе, – объявила Талвин. Повар вручил ей креманку с шоколадным мороженым.
– В таком случае пусть это будет еще один наш маленький секрет, – подмигнул Сорин, отправляя в рот ложку ванильного десерта. – Но поспеши, иначе придется наслаждаться угощением в жидком виде.
Талвин почувствовала, что креманка в ее руках начала теплеть, и сосредоточилась на том, чтобы остудить ее своими ветрами и не дать любимому лакомству растаять.
Часть I
О тайнах и предательствах
Глава 1
Талвин Семирия открыла глаза. Она лежала на большой кровати с балдахином в личных покоях в Белых Залах. Повсюду были разбросаны книги. Выбравшись из-под одеяла, она взяла темно-синий шелковый халат и сунула руки в рукава.
Судя по висящей высоко в небе луне, сейчас глубокая ночь. Талвин подула на едва тлевшие в очаге угли, и они разгорелись ярче. Встав у окна, она раскрыла ладонь, и на ней появились маленькие белые с фиолетовыми прожилками цветки кизила.
Эштин ушла, растворившись в ветрах. Она сделалась еще более отстраненной, чем обычно, с тех пор как Скарлетт упомянула о мараанских лордах. Азраил в пустыне Альказар, занимается внутренними делами Двора Земли. Сорин с Брайаром ни на шаг не отходят от своей королевы, готовясь к путешествию в смертные королевства.
А Талвин одна.
Совершенно одна.
С трудом отгоняя нахлынувшие воспоминания, она сжала кизил в кулаке.
Маленький Вихрь.
Распахнув створки, она швырнула раздавленные лепестки как подношение ветру и совсем было собралась лечь обратно в постель, чтобы поспать еще несколько часов, как по комнате пронесся несвойственный ей легкий бриз, и появилась Эштин, принцесса Двора Ветра.
– Хорошо, что ты бодрствуешь, – объявила она своим напевным голосом. Ее серебряные волосы колыхались на собственных ветрах. Подойдя к тому же окну, у которого только что стояла Талвин, Эштин выглянула наружу.
– В последнее время со сном у меня проблемы, – со вздохом призналась Талвин, направляясь к гардеробной. Выбрав свободные штаны и тунику, она стала одеваться. – Чем обязана радости лицезреть тебя нынче ночью?
Некоторое время Эштин молчала.
– Я думала, ты будешь больше расстроена, – задумчиво протянула она наконец.
Талвин замерла.
– С чего бы мне расстраиваться?
– Королева Скарлетт пропала, – просто сказала Эштин.
Талвин постаралась сдержать раздражение, зная, что подруга все равно останется безучастной.
– Что значит – пропала?
– А то, что никто не знает, где она, – пояснила Эштин, глядя, как в открытое окно впорхнула Насима, птица богини ветров. Когда серебряный ястреб устроился на ее плече, Эштин повернулась и пронзила Талвин взглядом своих небесно-голубых глаз. – Ты тоже пребываешь в неведении?
– Именно, – рявкнула Талвин и, создав послание для Двора Земли, отправила его в вихре листьев. – Как это случилось? За ней пришла Ширина?
– Не исключено. Ветры не ведают.
Ветры, может, и не ведают, но Талвин догадывалась, кто точно должен быть в курсе.
– Как давно она пропала? – потребовала Талвин ответа, принимаясь расхаживать по спальне.
– Несколько дней назад принцы Западных Дворов противостояли детям ночи, подобравшимся к их границам. Тогда-то королева и исчезла, – сказала Эштин, грациозно опустившись на кушетку у окна.
Несколько дней назад? Талвин стиснула зубы.
– Почему они так поступили?
– Потому что дети ночи требовали разговора с ними.
– А нас почему не поставили в известность?
– Зачем бы им это делать? – вопросом на вопрос ответила Эштин, поглаживая перья Насимы.
– Я – королева фейри. Сорин должен был мне сообщить, – сдавленно процедила Талвин.
– Ты больше не их королева.
Склонив голову набок, Эштин устремила на нее вопросительный взгляд.
