Мелисса Рёрих – Буря тайн и печали (страница 92)

— Да, они произошли из него, и их дары тоже. А Первородные? Они сами — Хаос, — пояснил Рордан. — Эта же сила струится в их потомках. Конечно, разбавленная, особенно в случае с Наследием. Смертная кровь ослабляет Хаос. Вот почему мы так тщательно подходим к выбору Брачных союзов.

Тесса нахмурилась. Она знала, почему Наследники, особенно правящие семьи, так расчетливо подходят к выбору потенциальных пар в Брачном союзе. Они стремятся максимально стереть смертную кровь из своей родословной.

— Но даже несмотря на все наши планы, смертная линия сохраняется, а значит, Наследники всегда будут в невыгодном положении, — продолжил Рордан.

В невыгодном положении?

Ей стоило огромных усилий не рассмеяться над столь абсурдным утверждением.

Но он одарил ее еще одной понимающей улыбкой:

— Ты думаешь, я заблуждаюсь, говоря такое, но поразмышляй вот о чем, дитя. Боги создали фейри. Они магические существа. Все магические существа, включая фейри, несут в себе Хаос. Именно из него исходит сила. Но фейри… — он указал на Дисани и Сашу, стоявших в стороне от своих Хозяев, — Если в их роду нет смертной крови, у них нет слабости, не так ли?

— Они все равно не потомки богов, — возразила Тесса. — Даже изначальные полубоги, от которых произошло Наследие, должны были быть могущественнее фейри. Они были прямыми потомками бога или богини.

— Верно, — согласился Рордан. — Но, если Наследники продолжат размножаться со смертными, а фейри с другими фейри, кто в итоге станет сильнее? А если двое могущественных фейри родят детей? Именно Хаос в твоей крови определяет силу твоих даров.

— Простите, но я не понимаю, к чему ведет этот урок, — сказала Тесса, стараясь сдержать раздражение.

Она пришла сюда учиться контролировать силу, а не слушать лекцию по истории о Наследии. По крайней мере, не сейчас.

Разве нельзя обсудить это за ужином сегодня вечером?

— Это важно, потому что Хаос тянется к самой силе. Чем могущественнее существо, тем сильнее оно жаждет ее. Хаос всегда хочет большего. А ты могущественна, моя дорогая, — сказал Рордан; его свет потянулся к ней, заставляя ее собственную силу трепетать в предвкушении.

Это было слишком. Она не смогла сдержать ответную реакцию, и ее сила вырвалась наружу, устремившись к призывающей мощи. Но там, где Тесса не имела контроля, Рордан владел всем полностью. В мгновение ока все следы его магии исчезли, оставив лишь ее свет, потрескивающий вспышками энергии и искрами силы в зале.

— Расскажи мне, когда тебе лучше всего удавалось контролировать свою магию, — спросил Рордан, разглядывая ее остаточную магию.

Он не опасался ее. В его взгляде не было ни напряжения, ни тревоги, лишь восхищение и удовлетворение, пока он ходил среди ее света.

— Я никогда не контролировала ее, — ответила Тесса, пытаясь отозвать магию обратно.

— Думаю, это неправда, — проницательно сказал Рордан. — В ночь церемонии Проявления?

— Это был далеко не контроль, — возразила Тесса.

— А ведь ты использовала ее, чтобы защитить Наследника Ариуса, — возразил он.

— Я не…

Но она использовала.

Стражи приходили за ней. За Акселем. Она отбросила их назад. Точно так же, как когда-то Теона и Акселя на парковке.

Она контролировала силу у реки, когда Авгуры напали в первый раз. Да, тогда на ней были браслеты, но в ту ночь она и не хотела сражаться. Лука был прав. Ей было все равно, выживет она или умрет, и ее сила подчинилась этому настроению.

А когда Авгуры атаковали в последний раз, на тренировочной арене?

Тогда она использовала силу осознанно. Она точно знала, что делать, как ею управлять. Но тогда же она полностью отдалась своей магии, потерялась в ней. Позволила силе взять верх, а это было совсем не то, чего она желала.

— Ты используешь свою магию, когда нужно защитить себя, — сказал Рордан, незаметно приблизившись. — Независимо от того, угроза физическая или эмоциональная. Вот почему сила проявляется, когда ты злишься. Наша сила связана с эмоциями. Она чувствует то же, что и мы, и сделает все необходимое, чтобы защитить обоих. Именно поэтому наш Хаос тянется к себе подобным: чем больше силы у существа, тем лучше оно может себя защитить.

— Значит, я смогу контролировать ее только тогда, когда мне угрожает опасность? — спросила Тесса, и ей не понравился собственный вопрос.

— Нет. Но, думаю, это лучший способ для тебя научиться.

Ее глаза расширились. Она отступила на шаг, вспомнив, каково было ощущать его силу, пронизывающую ее тело. А потом ее охватила настоящая паника, когда Лорд Джоув произнес:

— Дагиан?

Наследник шагнул вперед с усмешкой на лице. И все, о чем могла думать Тесса, это о тестировании, когда он атаковал ее, унижал, держал на коленях, заставляя страдать.

— Нет, — сказала она, качая головой, а ее магия уже нарастала, откликаясь на страх.

— Может, предпочтешь, чтобы это был фейри? — спросил Рордан. — Начнем с меньшей силы? Декс?

— Нет! — выдохнула Тесса, бросив взгляд туда, где невозмутимо стоял Декс.

Он ответил ей мрачным взглядом.

— Начинай, — велел Рордан, указывая на Дагиана, в ладони которого уже скапливалась сила.

— Подождите! — вскрикнула Тесса. — Подождите! Пожалуйста!

Но ждать никто не стал.

Сила обрушилась на нее, отшвырнув назад. Она упала на спину, воздух вырвался из легких. Так всегда случалось, когда она тренировалась с Лукой. Она закашлялась, пытаясь отдышаться.

Голос Декса донесся до нее:

— Позволь своей силе защитить тебя, Тесса.

Но она не хотела отдавать контроль над ней своей силе. Теона здесь не было, и некому было вернуть ее из этого состояния. А чем дольше она оставалась в нем, тем больше теряла себя.

Новая волна боли охватила ее, пронизывая вены, кости, и саму душу.

— Хватит! — выдохнула она. — Я постараюсь еще сильнее.

— Но этого никогда не будет достаточно, не так ли? — спросил Дагиан, появляясь в поле ее зрения. Он склонил голову набок. — Ты можешь стараться сколько угодно, но никогда не будешь достаточно хороша. Возможно, тебе лучше остаться Источником. Тогда хоть кто-то сможет контролировать силу в твоей крови.

— Мне просто нужно больше времени, — снова выдохнула она, опираясь на руки и колени.

Дагиан присел рядом, понизив голос:

— Знаешь, когда ты становишься наиболее отчаянной? Когда я нападаю на тех, кто, по-твоему, заботится о тебе.

— Они заботятся, — прошипела она, и свет замерцал в ее ладонях.

— Некоторые — да. Некоторые — нет. Как ты можешь отличить одних от других? Как ты можешь понять, кто использует тебя, а кто пытается спасти?

— Спасти меня? От чего?

Улыбка Дагиана была леденящей, когда он наклонился ближе, чтобы прошептать ей на ухо:

— От тебя самой.

Затем она закричала, когда его сила обернулась вокруг нее, впиваясь в ее кожу, царапая ее.

— Я хочу увидеть твою силу, Тессалин, — говорил Дагиан, и новая волна его магии проникала в нее.

— Прекрати! — взмолилась она. — Пожалуйста!

Здесь не было никого, кто мог бы ее спасти.

Никто не придет.

Декс ничего не сделает.

Теон ничего не сможет сделать.

Рордан хотел этого. Именно для этого она здесь, чтобы выяснить пределы своих способностей.

— Тесса! Позволь своей силе дать отпор! Ты не можешь сделать это сама! — кричал Декс, но в ее сознании звучал голос Луки:

Начни бороться за себя.

Дай отпор.