Мелисса Рёрих – Буря тайн и печали (страница 87)

— Мы могли бы поговорить с матерью Поместья, — предложил Аксель.

Кэт издала тихий звук, заставивший обоих мужчин повернуться к ней. Когда она замолчала, Аксель настаивал:

— Кэт?

— Простите, — пробормотала она. — Это было неуместно и неуважительно.

— Ты считаешь, говорить с Корделией это плохая идея? — спросил Теон. — Почему? Она знала Тессу всю ее жизнь. Она должна что-то знать.

— Мне не следует ничего говорить, — ответила Кэт. — Мать Поместья Фалейны не та, кого я назвала бы женщиной с материнскими качествами. Насколько мне известно, другие матери Поместьев тоже не такие, но мать Корделия…

— Можешь говорить прямо, Кэт. Ты знаешь это, — сказал Аксель.

Ее руки опустились на колени, она начала нервно сжимать их:

— Мать Корделия была строгой и требовательной, когда дело касалось взаимодействия с фейри.

— Матери Поместьев находятся там не для того, чтобы нянчиться с фейри, — сказал Теон. — Они там, чтобы убедиться, что те должным образом подготовлены к Выбору и последующим назначениям.

— Да, но… — Кэт резко замолчала.

— Но что?

— Ничего. Ваши утверждения верны.

— Поместье Селесты неизменно дает самых могущественных фейри, даже превосходя Поместье Эйналы, — продолжил Теон.

Кэт кивнула, снова перелистывая страницы:

— Более двух десятилетий.

— Именно. В течение последних двадцати трех… — Теон подался вперед, положив руку на ее книгу, чтобы остановить ее движения. Аксель тоже наклонился вперед, его тело напряглось, но Теон не обратил на него внимания. — Ты думаешь, это связано с Тессой.

Кэт подняла голову, янтарные глаза встретились с его взглядом:

— Я не верю в совпадения.

— Я тоже.

После нескольких секунд молчания он сказал:

— Расскажи мне свои теории.

— О, боги, — пробурчал Аксель. — Мне нужно выпить, чтобы это выдержать.

Пока Аксель выходил из комнаты за алкоголем, Теон снова проверил телефон, выругавшись при виде пустого экрана.

— У меня не так много теорий на этот счет, — сказала Кэт, лениво перелистывая страницы книги. — Я там не росла. Я прожила с ней лишь три месяца из своих двадцати двух лет.

— И у тебя нет предположений, почему тебя туда перевели?

— Теперь есть, — ответила она так, словно это было очевидно. — Моя сила.

— Я видел твое досье. Там не было ничего об огне или даже предполагаемом уровне силы, — возразил Теон. — Как они могли знать?

— Вот именно. Как им удается неизменно давать самых могущественных фейри? Да, в других поместьях тоже есть несколько сильных в каждый год Выбора, но, чтобы всегда иметь больше всех остальных?

— Это не совпадение, — сказал Теон.

— Нет.

— Кто был переведен туда до тебя?

— Корбин. До него Лэнг. Брекен. Орэлия. Декс. До Декса отследить было сложнее. Тесса рассказала мне об этом. Не думаю, что она действительно обращала внимание или заботилась до этого. Но несколько фейри забрали из поместья. Например, Дейд, когда его назначили Источником Пруденс. Потом его перевели в поместье Фалейны.

— В надежде, что он окажется одним из самых сильных? — задумчиво произнес Теон.

— Таково было мое предположение. Знаю, что он прошел интенсивные оценочные тестирования, — ответила Кэт.

— Это не удивительно. Все потенциальные Источники проходили через это.

— Чем же Корделия отличалась от матери поместья Фалейн?

— Поместье Селесты… пожалуй, было намного жестче и суровее. Не знаю, как точнее объяснить. У матери Корделии были свои фавориты, а ограничения для одних были строже, чем для других. Мне понадобилось несколько недель, чтобы понять, какое место я занимаю.

— А Тесса?

— Не была фавориткой.

Теон даже не заметил, как в нем вскипела тьма, пока Кэт слегка не отстранилась от него.

— Что она с ней делала? — напряженно спросил он.

— Это… действительно не мое дело.

— Сейчас это уже не просьба, Кэт.

Ее взгляд метнулся к двери.

— Понимаю, но я бы хотела дождаться Акселя, пожалуйста.

Это раздражало, но Теон кивнул, снова проверяя телефон. Он уже пытался дозвониться по номеру, с которого Тесса звонила вчера.

Дважды.

Дверь открылась и вошел Аксель, за ним Лука. Каждый держал в руках по два напитка. Лука протянул один Теону, Аксель передал второй Кэт.

— Когда ты вернулся? — спросил Теон у Луки.

— Недавно, — ответил тот, хватая книгу и усаживаясь в кресло напротив Акселя.

Связь дрогнула и по ней проскользнули вина и одновременно удовлетворение. Теон снова перевернул телефон экраном вверх.

— Он здесь, Кэт. Расскажи мне про Корделию, — потребовал он.

— Тесса может быть… импульсивной, особенно когда расстроена или… Ну, ты знаешь, — сказала Кэт, теребя край своей рубашки.

— В чем дело, Теон? — жестко спросил Аксель, наблюдая за Кэт.

— Мы обсуждали, почему из поместья Селесты выходят столь могущественные фейри, и она упомянула, что у Корделии были фавориты. Тесса же наоборот, — пояснил Теон.

— Что Корделия с ней делала? — спросил Лука, в его голосе слышалось рычание.

Этот звук проник по связи к Теону, и он резко повернул голову к Луке, сапфировые глаза уже прикованы к нему.

Лука бросил на него многозначительный взгляд, прежде чем снова повернуться к Кате:

— Что Корделия сделала с Тессой?

— Это должна рассказать сама Тесса, — пробормотала Кэт, покусывая нижнюю губу.

— Ее здесь нет, так что, похоже, рассказывать придется тебе, — возразил Теон.

— Не будь скотиной, — резко бросил Аксель.

— Чего она только не делала с ней, — наконец сказала Кэт. — Она находила любой повод, чтобы наказать Тессу. А если повода не было, придумывала его. Она знала, как манипулировать ею, доводить до раздражения, чтобы та теряла контроль. Потом наказывала за безрассудство. Говорила, что это тренировка, ведь когда Тессу назначат в королевство, она не сможет контролировать себя. Думаешь, почему она так ест? Мать поместья лишала ее еды, иногда на несколько дней подряд. В других случаях давала только черствый хлеб и бульон.

— В других случаях? Как часто это происходило? — спросил Теон.