Мелисса Рёрих – Буря тайн и печали (страница 7)

Долгое время никто не произносил ни слова, пока Теон наконец не заговорил:

— Ты в порядке?

Она чуть не рассмеялась над этим вопросом, но вместо этого ответила:

— Я в порядке.

Его губы сжались в явном раздражении. Это был тот же ответ, который она всегда давала, когда он задавал этот вопрос. Она медленно разжала кулаки, шипя, когда браслеты впились в ее бурлящую силу. Взгляд Теона метнулся к ее запястьям.

— Насколько все плохо?

— Что именно плохо? — вздохнула она, поднимаясь с кровати, чтобы взять свою кружку с кофе, который теперь остыл.

Отлично.

Теон подошел, забрал кружку из ее рук и отставил в сторону, прежде чем налить ей свежий кофе из подогретого кофейника. Форд, должно быть, принес завтрак, пока она еще спала.

Форд — фейри-мужчина, заменивший Пен. Все были настороже из-за нового фейри в особняке. Теон, Аксель и Лука явно не доверяли ему, и Тесса не могла их винить. Вальтер, отец Теона, лично выбрал этого мужчину после того, как убил Пен на глазах у всех, чтобы доказать свою точку зрения. Впрочем, убийство совершил Аксель. Отец лишь довел его до предела.

Аксель изменился с той ночи. Тесса редко видела его. Каждый день он привозил ее обратно в особняк после тренировок с Лукой, и дальше она встречала его лишь тогда, когда его присутствие было необходимо.

Или, когда рядом была Кэт. Но и это случалось нечасто. Девушка жила в особняке, но Тесса почти не видела ее.

Кэт все еще проходила тренировки с другими фейри, несмотря на то что на нее уже заявили права и назначили в Королевство Ариус. Аксель сам заявил права на нее, и Тесса до сих пор не понимала, почему. Она плохо знала Кэт. Та появилась в поместье Селесты всего за несколько месяцев до того, как их всех отправили в Акрополь для Выбора. Было странно, что ее вообще перевели. Это казалось бессмысленным, но Брекен, друг Тессы, был очарован ею с момента ее появления в поместье. Теперь Кэт оказалась здесь, почти в такой же ловушке, как и Тесса. Возможно, Кэт не была Источником для Наследника, но у нее была стихия огня. Королевство Эйнала никогда не позволяло другим королевствам иметь огненных фейри со стихией огня, так что способность Кэт управлять пламенем была почти таким же скандалом, как и то, что Тесса не была фейри.

Пальцы Теона коснулись одного из браслетов, и Тесса резко втянула воздух, зашипев. Физически они не причиняли боли, но ее магия извивалась, словно умирала.

— Почему ты не сказала, что стало настолько плохо? — спросил он.

Она пожала плечами, отпив кофе, прежде чем ответить:

— Я не думала, что тебя это волнует.

— Конечно, волнует.

— Потому что я твой Источник, — парировала она. — Мой дискомфорт никогда не волновал тебя, пока я послушна и моя сила в безопасности.

Теон провел рукой по волосам, тяжело выдохнув:

— Тесса, ты должна говорить мне, когда твоя сила становится беспокойной.

— Она всегда беспокойна.

— Знаю, но когда это становится невыносимым, ты должна мне сказать.

На этот раз она не стала сдерживать безрадостный смех:

— Все невыносимо, Теон. Все время. Вся моя жизнь. Ты думаешь, это что-то новое? Что я терплю боль?

— Я не пытаюсь начать с тобой ссору, Тесса.

— Ты никогда не пытаешься, — парировала она. Затем добавила сдержанно: — Я хочу сказать, что могу справиться с небольшим дискомфортом.

— Но я могу помочь тебе, — возразил он, его тон становился резче от нарастающего раздражения. Она открыла рот, чтобы снова возразить, но он перебил ее: — Я знаю, что это не просто небольшой дискомфорт, Тесса. Я знаю каково это, когда магия заперта внутри тебя.

— Уверена, что знаешь, — пробормотала она, отпивая кофе и пытаясь обойти его, чтобы пойти в душ. Но его рука схватила ее за локоть, развернув обратно к нему.

— Помимо того, что Наследники носят эти браслеты, чтобы контролировать магию, когда она впервые проявляется, мой отец предпочитает использовать их, чтобы донести свою точку зрения, — прорычал он ей в лицо. — Я знаю каково это, чувствовать, как сила рвется наружу. Знаю, как это может свести с ума. Знаю, что происходит, если эти браслеты носить слишком долго. Уверяю тебя, все мы трое знаем, насколько это может быть мучительно.

Тесса моргнула, глядя на него, а его пальцы сжимали ее руку. Она всегда знала, что Королевство Ариуса и его Лорд внушают страх, но теперь осознала, что даже его собственные сыновья не избавлены от его гнева и жестокости.

Теон постоянно старался оградить ее от отца, держа в своих покоях в Доме Ариуса и стараясь проводить с родителями как можно меньше времени. Но после событий церемонии Проявления, не говоря уже о ночи перед церемонией, Вальтер стал появляться все чаще, и Теон больше не мог скрывать и защищать ее. Было чудом, что она вообще находилась здесь.

Лорд Ахаза настаивал, чтобы ее поместили в Пантеон до выяснения происхождения, но Теон за нее боролся.

Впрочем, возможно, не за нее, а лишь за то, чтобы оставить при себе.

Теон внезапно разжал пальцы, опустив ее руку.

— Мне следовало следить, чтобы мы снимали эти браслеты хотя бы раз в два дня. Все пошло сумбурно, и… — он вздохнул, снова взъерошив волосы. Когда заговорил вновь, в голосе уже не было раздражения, лишь нечто похожее на смирение. — Сегодня я найду время отвести тебя на тренировочные арены, чтобы их ненадолго сняли.

Тесса опустила взгляд на браслеты, такие же черные, как метка на ее правой руке.

— Но я не могу контролировать магию, — сказала она, внезапно насторожившись.

Он никогда ничего не делал просто так. За каждым его поступком скрывался скрытый мотив, какая-то- выгода для него самого.

— Тренировочные арены зачарованы для работы с магией, — ответил он.

— Для фейри, — бесстрастно парировала она. — У меня нет стихийной магии, Теон.

— Мне это прекрасно известно, Тесса, — возразил он. — Тренировочные арены защищены и наполнены древней магией времен создания Деврама. Их поддерживает Хранитель. Они выдерживают силу фейри и Наследников.

— Ох, — только и сказала она.

— Собирайся. Я приготовлю для тебя одежду.

Она закатила глаза. Он не подбирал ей наряды с тех пор, как они заключили бессмысленную сделку о том, что она будет свободна от него, когда он станет править королевством Ариуса. Почему он вдруг решил возобновить эту привычку, она не понимала, но была слишком измучена, чтобы беспокоится об этом. Не говоря больше ни слова, она обошла его и направилась в ванную, чтобы почистить зубы и принять душ.

Выйдя, она прошла в большую гардеробную и обнаружила там весьма строгую одежду: облегающую черную юбку и белую блузку. Черные туфли на каблуках — разумеется. Ничего на плоской подошве, только каблуки.

— Прическа и легкий макияж. Ничего радикального сегодня, — раздался голос Теона.

Она обернулась, обнаружив его полностью одетым, даже в галстуке. Обычно он не носил его в будни, и это лишь усилило ее подозрения, что сегодня произойдет нечто важное. Его тело было напряжено, словно сжатая пружина. Она заметила, что он заново уложил волосы, но уже успел снова взъерошить их рукой.

Он беспокоился.

Сегодня его что-то- тревожило.

Она не задавала вопросов. Он ясно дал понять, что ей не следует знать что-либо. Ей надлежит лишь выполнять приказы.

Поэтому она наблюдала, слушала и усваивала все, что могла.

Тридцать минут спустя Теон вывел ее из комнаты.

— Лука ждет нас внизу. Хочешь пройтись?

— Пройтись куда? — пробормотала она. Если ей предстоит идти на каблуках, расстояние должно быть коротким.

— В Трибунал.

Она споткнулась на лестнице, и Теон поймал ее за руку, не дав упасть. Обернувшись к нему, она спросила:

— В Трибунал? Зачем нам туда?

Его черты лица окаменели, на скуле заиграла жилка.

— Объясню по пути.

Трибунал — место, где проводились слушания и судебные разбирательства в Акрополе. Большинство заседаний проходило в Фавене, столице Королевства Ахаза. Поскольку Лорд Ахаза, Рордан Джоув, и его королевство отвечали за соблюдение законов и соглашений Деврама.

Но Трибунал… Там создавались эти соглашения и законы. Все шесть королевств собирались, чтобы обсудить важные вопросы.

Теон больше не спрашивал, хочет ли она идти пешком. Вместо этого ее проводили в их привычную машину, а Лука занял место водителя. Аксель присоединится к ним позже, после того как отвезет Кэт в Пантеон на ежедневные тренировки.

Едва Теон закрыл заднюю дверь, она спросила:

— Зачем нам всем ехать в Трибунал сегодня утром?