Мелисса Ландерс – Звездолет (ЛП) (страница 8)

– Я знал, что ты мне не просто так понравилась. 

Кейн подмигнул и осклабился, но улыбка медленно сошла на нет, когда она никак не отреагировала. Он кашлянул и, отвернувшись, продолжил показывать корабль, вот тогда-то Солара и позволила себе ответную улыбку. Ну а что? Красавчика надо было убить, чтобы перестали действовать его чары. 

– Тут склад вещей экипажа. – Он указал на металлическую дверь справа. – Ванная у лестницы. Воды маловато, так что душ лишь раз в неделю, а в остальное время обтирание губкой. 

Солара кивнула. Те же порядки царили и в приюте. 

Они поднялись на жилой уровень, где на полу сидел Доран и отсчитывал десять тысяч топливных фишек. Сама же комната оказалась настолько необычной, что Солара застыла на пороге. 

– Ух ты, – выдохнула она, не в силах скрыть изумления. 

Вместо потрепанных серых стен перед ней предстали изображения горного ландшафта и темно-зеленого хвойного леса. Для поддержания атмосферы несколько стульев окружали голографическое кострище, а на противоположной стене Солара заметила полку с книгами – настоящими книгами, которых больше не печатали. В другом конце зала стоял универсальный игорный стол, почти такой же, как в общественном доме, хотя тут наверняка был полный набор биллиардных шаров. А рядом она заметила небольшую клетку с беговым колесом для хомяка и подстилкой из старых тряпок. Но кто бы там ни жил прежде, теперь клетка пустовала. Вдруг вспомнились сумчатые летяги из объявления на двери. Может, талисман корабля умер? 

Кейн указал на картины: 

– Это Черный лес – по крайней мере, судя по детским воспоминаниям капитана. Говорит, сейчас от него почти ничего не осталось. – Он пожал плечами. – Я рос не на Земле, так что не знаю. В общем, вот тут мы проводим большую часть времени. 

– Не удивлена, зал просто потрясающий. 

Доран с пола шикнул на них и продолжил считать: 

– Три тысячи двести пятьдесят семь… – И бросил еще монету в большую кучу. Затем поднял глаза и, прищурившись, взглянул на Солару. – Я распаковал твои вещи, но так и не нашел наш договор. 

– Еще найдется, – пообещала она. – Как голова? 

Дорану явно не понравилась смена темы, но он пробурчал: 

– В порядке. Тонизирующее средство пока действует. 

– Ночью тебе не стоит надолго засыпать, вдруг сотрясение. 

Услышав это предупреждение, он беспокойно почесал затылок. 

– Я буду будить тебя каждый час. 

– Точно? 

– Поверь, мне это не в тягость. 

Солара отправилась дальше изучать корабль и вдруг услышала, как по металлическому полу прокатилась фишка, а затем Доран произнес: 

– Три тысячи двести… 

– Пятьдесят восемь, – подсказал Кейн. – А почему ты не?.. 

– Нет, – перебила его Солара, пока доброхот не предложил Дорану воспользоваться весами. – А по-моему, там было двадцать восемь, – солгала она. – Не ошибись, капитану не понравится, если мы его обсчитаем. 

– Ну я точно не собираюсь пересчитывать заново, – возмутился Доран. 

– Что, прости? Я, кажется, плохо тебя расслышала 

Доран пробормотал что-то, покраснел и принялся за работу: 

– Один. – Дзынь. – Два. – Дзынь. – Три… 

Веселенькое их ждет путешествие. 

– Каюты экипажа внизу, – продолжил объяснять Кейн. – Мы живем по двое, даже капитан с первым помощником. – Он бросил извиняющийся взгляд и открыл последнюю дверь в коридоре. – Это единственная свободная комната. 

Сначала Солара не видела проблемы. Внутри было чисто и, благодаря ярко-белым стенам, светло. В углу стояла двуспальная кровать – роскошная в сравнении с узкой приютской койкой. 

Кейн почесал затылок и с интересом уставился на свои ботинки: 

– Я не знаю, какие у вас отношения со слугой… 

– Ой. – Теперь до Солары дошло. – Совсем не такие, как ты подумал. – Она скорее переспит со старикашкой-капитаном, чем с Дораном. – Проблемы нет. Слуга ляжет на полу. 

Удовлетворившись ответом, Кейн двинулся дальше и поднялся на капитанский мостик на последнем уровне. Тут было меньше места, чем внизу, а потолок нависал так низко, что не сгибаясь Солара могла стоять только в центре комнаты. Слева над металлическим столом, изучая солнечные карты, склонился высокий шатен лет тридцати в очках, балансирующих на кончике носа. 

Он встретил ее взгляд и улыбнулся – открыто и искренне, даже глаза заискрились. Солара уже давно не встречала проблеска настоящей доброты, так что моментально прониклась к мужчине симпатией. 

– Это Лоуренс, – махнул на него Кейн. – Старший помощник 

– Зови меня Ренни, – разрешил тот и указал на карты: – Я как раз прокладывал курс на обсидиановые пляжи. Капитан сказал, вы собираетесь в Пограничье, но не уточнил, куда именно. 

– На Вегу. 

Солара присмотрелась к картам. Она узнала Солнечные Территории, о которых рассказывали на уроках межзвездной географии. Млечный путь был разделен как мишень для игры в дартс на четыре сектора, где Земля – центр пяти кругов. Ближе всего туристические круги, затем начинаются колониальные планеты, рудные шахты и тюремные поселения. Именно в таком порядке. Штаб-квартира Солнечной Лиги находилась на Земле, как и большая часть промышленности и богатства галактики, так что чем удаленнее планета, тем непритязательней там быт. Пятое кольцо – Пограничье или окраины освоенного космоса – еще не попало под власть парламента. Солара ткнула в нужное место на карте: 

– Вега в том же секторе, что и Обсидиан, но на несколько кругов подальше. 

– Хорошо. Это не должно быть слишком… 

– Кейн! – прервал их пронзительный женский крик такой мощи, что на полу задрожала плохо закрученная гайка. – Ты, ничтожный отпрыск презренного контрабандиста! Я сделаю из твоих кишок шнурки! 

Кто-то с грохотом поднимался по металлической лестнице, но Кейн не встревожился. Лишь скрестил ноги, с любопытством уставился на свои ногти и прокричал в ответ: 

– Дерзай! Но сначала тебе надо меня достать! 

Солара попятилась, упершись спиной в стену, и подобралась в ожидании обладательницы столь впечатляющей глотки, но на мостике появилась невысокая девушка в банном халате, полы которого волочились по земле. Она едва доставала Кейну до плеча, так что запрокинула голову, чтобы одарить его гневным взглядом. Оба смуглые, с длинными светлыми дредами… Солара не удивилась бы, окажись эта парочка братом и сестрой. 

– Ты снова забрал мой лазерный станок. У меня всего один день на душ, и я не могу побриться! 

– Не трогал я твой станок. 

– Да ладно? – Девушка встала на цыпочки и оглядела его подбородок. – А где ж светленький пушок, который обычно тут растет? 

Кейн вздохнул: 

– Ладно. Я пользовался им вчера. 

– Так и знала! 

– Но я все вернул обратно в твой набор для душа. – Кейн положил руки на бедра. – А не спросил, потому что знал: ты все равно откажешь. 

Девчонка угрожающе потрясла перед ним кулаком: 

– Я бы не отказала. 

– Посмотри в наборе, сумасшедшая! 

– Я уже сказала, бритвы там нет! Единственный человек, кроме тебя… 

Они вдруг перестали спорить, и во все глаза уставились на Лоуренса. Тот, в свою очередь, покраснел и опустил взгляд в пол. 

– Ренни, выверни карманы, – потребовала девушка. 

Старпом вытащил из карманов всякую всячину и бросил на стол: фишки казино, наручные часы, разномастные сережки, брелки для ключей, игральные кости, сложенные кусочки бумаги и… розовую лазерную бритву. 

– Прости, – робко улыбнулся он. – Ты же знаешь, я это не контролирую. 

Девушка схватила вожделенный станок, перебросила мокрые волосы за спину и ринулась вниз по лестнице. 

– Эй, ты должна извиниться! – крикнул Кейн ей вслед. Не услышав ответа, он посмотрел на кучу безделушек на столе. – Мои часы? 

– Не знаю, возможно. – Ренни передал ему часы. 

Кейн приподнял находку и сказал Соларе: