Мелиса Йорк – Апокалипсис (СИ) (страница 2)

Джексон через силу покинул помещение, захлопнув за собой дверь. Оказавшись в коридоре, Питер побрёл, куда глаза глядят.

Он предпринял ещё какое-то количество попыток в надежде найти выход из лабиринта, но каждый раз возвращался к комнате со множеством одинаковых дверей. Уставший и обессиленный Питер опустился в кресло. «Должен быть выход, он всегда есть. Его нужно только найти, увидеть», — говорил себе Питер Джексон.

Сделав несколько глотков, Питер бросил полупустой стакан в стену. Тот разлетелся на мелкие осколки. Джексон подошёл к одной из дверей и распахнул её настежь. Оставив дверь незапертой, он открыл вторую, она также как и первая выводила в мрачный коридор. Питер секунды три упорно смотрел вдаль, он никак не ожидал такого поворота событий. Он последовательно дверь за дверью открывал их, пока не отворил оставшиеся двери. Все без исключения выводили в лабиринт.

«Что здесь вообще происходит?» — кричал Питер, отходя назад. «Это бред, полный бред, лишённый всякой логики! Зачем я здесь? Почему я всё время возвращаюсь сюда? Почему вы из ночи в ночь показываете мне одно и тоже? Что вы хотите мне этим сказать?» — хрипло орал Джексон. Мурашки пробежались по его спине. Ответа не последовало, только стихающее эхо равнодушно повторяло его слова.

Наступила неестественная тишина. Питер чувствовал себя не в своей тарелке. Ему потребовалось несколько минут, чтобы немного успокоиться.

«Нужно проверить все двери. Но как? Их здесь около тридцати. Если я буду обследовать каждую по отдельности, то на это уйдет слишком много времени», — размышлял Джексон вслух. Секунду спустя он почувствовал нечто странное. Слева он заметил себя. Другой Питер Джексон незамедлительно подошёл к соседней двери. От него отсоединился ещё один Питер. Вскоре напротив каждой двери стояло по одному Питеру Джексону.

Питер ощущал, как одновременно находится в разных местах, при этом он прекрасно осознавал, что может контролировать и управлять каждой своей копией. В режиме реального времени Джексон начал получать полный поток данных от каждого себя. На какое-то время ему показалось, что он превратился в терминатора, в бездушное кибернетическое существо. Питер Джексон стоял как вкопанный, привыкая к своему новому состоянию.

Немного оправившись и свыкнувшись с необычными ощущениями, Питер Джексон вернулся к своей первоначальной задаче. Его копии переглянулись между собой. Они одновременно вошли каждый в свою дверь, при этом оставив двери открытыми.

Питеры Джексоны медленно продвигались по лабиринту, изучая его устройство. Нескончаемый поток информации поступал без остановки. Джексон только и успевал его обрабатывать. Перед каждой развилкой происходило деление. Множество Питеров Джексонов блуждало по тёмным коридорам, время от времени Питеры сталкивались друг с другом. Тут Джексон узнал, что одна из его копий попала в тупик. «Хорошо, стой здесь», — произнёс он, еле слышно.

Воплощения методично исследовали лабиринт. Периодически до Джексона доходили сигналы о глухих коридорах. Прошло полчаса, и Питер получил последнее сообщение. В голове Питера Джексона нарисовался подробный план лабиринта. В его центре располагалась комната. Помещение окружала трёхуровневая паутина коридоров. «Отсюда нет выхода», — произнёс Питер тихо, осознав жестокую правду.

Неожиданно раздался неприятный писк будильника. Джексон открыл глаза. Он лежал на полу в своей вчерашней одежде: в светло-голубых джинсах, белой футболке и кожаной чёрной куртке. Крупные капли пота стекали по его лицу. Питер, немного приподнявшись, убрал со лба мокрые пряди волос. Повернув голову, он взглянул на будильник, было около восьми часов утра.

Несколько минут он никак не мог отойти от своего видения. Оно было настолько реальным, что ему всё ещё казалось, что он по-прежнему находится там, хотя его глаза и уши говорили об обратном. Усилием воли он поднял себя на ноги. Он принял холодный душ, съел приготовленный на скорую руку завтрак. Но неприятный осадок от кошмара не торопился покидать Питера.

Джексон вошёл в приёмную Джима Кёртиса. Секретарь приветливо улыбнулась и предложила ему расположиться на мягком кожаном диване. Взяв со столика глянцевый журнал, Питер тихо присел. Он медленно перелистывал страницы, думая о чём-то своём. Тут его взгляд остановился на статье. Его внимание привлекли слова: «Мечты сбываются».

Закрыв журнал и отложив его в сторону, Питер попытался отвлечься, но у него ничего не вышло. «Мечты сбываются», — пронеслось в его голове.

В приёмной стало шумно. Попрощавшись с клиентом, Кёртис дал пару поручений миловидной девушке. В это время Питер Джексон терпеливо ждал.

— Ну что, сидишь? Проходи, — сказал Джим Питеру, заходя в свой кабинет. — Рад тебя видеть.

— Привет, Джим. Я также тебя рад видеть, — произнёс Питер, обнимая друга.

— Рассказывай, как у тебя дела.

— Да, нечего рассказывать, всё вроде бы без изменений.

— Уже полгода прошло со дня крушения поезда. И всё это время тебе снится один и тот же сон?

— Да, снится.

— Ты принимаешь таблетки?

— Нет. Я их месяц назад выбросил.

— А ты пробовал с ними поговорить?

— Да, много раз пробовал, и ничего. Не хотят они со мной разговаривать, только кругами по лабиринту водят, и обрывки видений показывают. Никак не пойму, что им от меня надо. Всё произошло, уже ничего не изменить. Тогда зачем? Почему они меня мучают? Что они хотят?

— Это очень интересный вопрос. Поймём, что хотят, найдём решение.

— И как мне найти решение, если они меня игнорируют? — спросил Питер подавленно. — Это невыносимо каждую ночь видеть одно и то же.

— А как дела на работе?

— Более или менее. Один вид этих поездов меня в дрожь бросает. Всё никак не могу свыкнуться.

— А видения днём были?

— Нет, не было.

— А как насчёт новостей?

— Всё так же. Постоянно слышу об авариях и катастрофах. Я уже боюсь включать телевизор, слушать радио, читать газеты. Боюсь бывать среди людей. Я вообще специально за новостями не слежу. Само собой получается. Включаю телевизор, идёт новость об аварии, с радио такая же история, открываю газету, взгляд падает на статью о катастрофе. — Питер задумался. — У меня есть, конечно, одно предположение.

— И какое? — поинтересовался психоаналитик.

— Я думаю, что они кошмары показывают, чтобы напоминать. Они хотят, чтобы я принял мечту. Вот только что в приёмной решил полистать журнал. Даже здесь они меня в покое не оставили. Мой взгляд остановился на словах: «Мечты сбываются». Я постоянно получаю подобные намёки. Но я им много раз говорил, что я не могу её принять, что они требуют от меня невозможное. А они продолжают настаивать. Когда же всё это закончится? Я устал. Я так больше не могу, — произнёс Питер подавленным голосом. — Да и бессмысленно это. Катастрофа произошла, столько людей погибло. Их уже не вернуть. Теперь уже ничего не исправить и не изменить. Тогда какой в этом смысл? Ну, приму я мечту и что изменится? Что произойдёт? Не понимаю.

— Я полагаю, что ты прав. Они хотят, чтобы ты принял мечту, пошёл за ней. И я не думаю, что они на этом остановятся. Я тебе уже говорил об этом. Если ты не дашь им то, что они хотят, они пойдут дальше. Вполне может быть, что будут действовать ещё более радикально и жёстко.

— Куда ещё жёстче?

— Ты им не оставляешь другого выбора. Столько времени прошло и за это время ничего не изменилось, ты не принял решения, не разобрался в проблеме.

— Нет, я принял решение. Я хочу всё оставить, как есть. Нет смысла воротить прошлое. Зачем? Я не понимаю. Кому это нужно? Моя жизнь меня устраивает. Мечта — это несбыточная сказка. Её невозможно реализовать. Я много думал над этим. Кто станет меня слушать? Кто я? Что я могу сделать? Ничего. Такова реальность. Как мне объяснить им, что всё кончено? Я хочу, чтобы они оставили меня в покое, я хочу вернуться к нормальной, обычной жизни. Не нужна мне мечта. Жил ведь я без неё 27 лет, и ещё столько же проживу. Бесполезно всё это. Ничего у них не получится.

— Ты понимаешь, что своим упорством делаешь только хуже?

— Ты думаешь? — неуверенно произнёс Питер.

— Ты — это они. Они — это ты. Это внутренняя проблема, она находится в тебе. Сколько её не закапывай, она всё равно выплывет на поверхность. Сколько от неё не убегай, она всё равно тебя догонит. Поэтому лучше её решить. Ты и так вынашиваешь её тридцать лет. Сколько можно?

— Но я не могу дать то, что они хотят. Я не могу принять мечту. И что мне делать в этой ситуации?

— Искать компромисс. Искать такое решение, которое устроит и тебя, и их.

— Искать компромисс, — задумчиво повторил Питер Джексон. — А как, если они молчат.

— Покажи им, что ты готов сотрудничать. Они сами свяжутся с тобой.

— Возможно, ты прав.

Автомобильная пробка тянулась на несколько кварталов вперёд. Питер включил радио. Диджей нёс какую-то чепуху. Не горя особым желанием слушать пустую болтовню, Джексон тут же переключил приёмник на другую частоту. Играла ритмичная композиция. Сделав два больших глотка, Питер положил бутылку с водой на соседнее сиденье. «Искать компромисс, значит», — пробурчал Джексон себе под нос.

Яркий свет заполнил салон автомобиля, ослепив Питера Джексона. Радио тут же стихло. Джексон почувствовал неладное. Ничего подобного Питер ранее не ощущал.