Мелинда Ли – Скажи, что тебе жаль (страница 19)
– И что, ты хочешь сказать, что я приняла худшее решение в своей жизни?
Дедушка опустился на стул:
– Ты хорошо подумала?
– Если честно, вообще не думала. – Она посмотрела ему в глаза, сложив руки и облокотившись на стойку. – Никому и в голову не придет, что он невиновен. Никто в это не поверит. А у Бада нет денег, и если какой-нибудь адвокат и согласится взяться за это дело бесплатно, то уж точно не из альтруизма, а для собственного пиара. Пресса такие дела обожает. И ни для одного адвоката, желающего позаигрывать со СМИ, а заодно и самому подраскрутиться интересы Ника не будут на первом месте. Они устроят из этого шоу.
По всем признакам, шумиха вокруг дела обещает быть знатной.
– А что с работой у прокурора? Брайсу Уолтерсу такой поворот вряд ли придется по душе.
Морган на секунду прикрыла глаза и сглотнула.
– Значит, не судьба.
– То есть ты жертвуешь всем своим будущим ради Ника? Ты ведь даже не знаешь, какие у них есть улики! – напомнил дедушка. – Твоя работа всегда заключалась в том, чтобы сажать преступников в тюрьму, а не наоборот! Если человека арестовали и предъявили ему обвинение, то скорее всего, он виновен!
– А ты? Ты тоже считаешь, что он виновен? – спросила Морган.
– Нет, – вздохнул дедушка. – Но это эмоции, а фактов я не знаю. А вот ты можешь сейчас выбросить в помойку всю свою карьеру.
– Я знаю. Но у меня нет выбора. Что, если он невиновен? Ты в курсе, что может случиться в тюрьме с таким парнем, как Ник?
Такие, как он – самые беззащитные среди заключенных. Смазливый, бесхитростный молокосос – идеальная жертва для тюремных забав.
– Это еще не означает, что он невиновен, – возразил дедушка.
– Вот я и хочу разобраться, что к чему. – Морган присела на стул, продолжая смотреть на деда. – Ты разочаровался во мне?
– Что за вздор?!
– Ну, я себя чувствую изменницей. В нашей семье все посвящали свои жизни тому, чтобы преступники не разгуливали на свободе, а я пытаюсь снять с человека обвинение в убийстве!
– Никто из нашей семьи никогда не желал посадить невиновного. – Дедушка накрыл ее ладонь своей рукой, покрытой сетью тонких голубых жилок. – Дейны сражаются за правду, и это дело не исключение. Ник заслуживает самого лучшего юриста, и я знаю, что это ты. Никто не боролся бы за него упорнее.
– Я чувствую себя лодырем, бездельничая последние два года…
– Лодырь?! Шутишь, что ли? – раздраженно бросил дедушка. – Ты потеряла мужа и осталась одна с тремя детьми на руках. Ты сделала перерыв в работе, потому что это было нужно, чтобы вместе с детьми преодолеть горе, с которым никто не должен сталкиваться в твоем возрасте. Вы с Джоном должны были еще лет сорок прожить вместе…
– Но этому не бывать. Жизнь несправедлива. Пора принять это и двигаться дальше. – Сказать проще, чем сделать. – Думаешь, отец не расстроился бы, что я теперь в суде на противоположной стороне?
– Он бы в любом случае гордился тобой. Это твоя позиция. Ты совершаешь личную жертву во имя справедливости. – Дедушка сжал ее руку. – Я, черт возьми, горжусь тобой! И отец бы гордился.
Тут их внимание привлек шум, доносившийся с улицы. Морган встала и подошла к окну: у дома Бада припарковалась полицейская машина.
– Надо проверить, что там.
Она вышла на крыльцо и увидела, что на улице собирается толпа.
Глава 12
К семейству Бароне просто так было не подобраться.
Когда Ланс припарковал свой джип у их дома, его встретил лай двух огромных немецких овчарок, до предела натянувших свои цепи.
Мистер не-ваше-собачье-дело, известный под именем Робби Бароне, жил с родителями на маленькой ферме на самой окраине города.
Крышу двухэтажного жилого дома, выкрашенного в простой синий цвет, венчала небольшая спутниковая тарелка. Лужайка у дома заросла клевером, но явно была недавно подстрижена. Цветочные клумбы, как и китайские колокольчики на двери, отсутствовали, а обшарпанное серое крыльцо было абсолютно пустым. На заднем дворе не было ни детских игрушек, ни качелей – все пространство занимали аккуратно засаженный огород да пара натянутых бельевых веревок.
В задней части участка размещались амбар и многочисленные хозяйственные постройки. Дюжина кур бродила по большому огороженному участку, примыкающему к курятнику. Второй загон занимали две свиньи и три коровы, которые паслись на небольшом, окруженном колючей проволокой выгоне. У амбара стояли трейлер для перевозки скота и старый школьный автобус.
Все здесь, казалось, подчиняется принципу «внешний вид – ничто, практичность – все». Над всем хозяйством царил спартанский дух, слишком суровый даже для фермы.
Поднимаясь на крыльцо по деревянным ступенькам, Ланс ощутил, как нос и легкие наполняются едким запахом навоза. Он фыркнул и нажал кнопку дверного звонка – внутри дома ничто не нарушило тишину, и Лансу пришлось постучать по дверной коробке.
Ветерок сменил направление, и до носа Ланса донеслись приятные нотки душистых трав – под окном с двойной рамой, как солдаты, выстроились в ряд цветочные горшки с какими-то растениями. Занавеска за стеклом колыхнулась, за ней промелькнула фигура. Дверь скрипнула и приоткрылась, в образовавшийся проем выглянула женщина.
Ланс улыбнулся ей через сетку:
– Доброе утро! Вы миссис Бароне?
Женщина кивнула:
– Что вам нужно?
Она оценивающе смотрела на Ланса. Рыжие волосы, компактное телосложение и веснушки Робби явно унаследовал от матери. На миссис Бароне был белый фартук, повязанный поверх выцветшего голубого хлопчатобумажного платья до колен с цветочным узором. Ее волосы были туго собраны в тонкий хвост, а ноги были босыми. По-видимому, женщине было лет тридцать пять, однако жизненные тяготы и красноватая, сухая кожа накладывали свой отпечаток, делая ее старше.
Ланс снова улыбнулся и постарался принять безобидный вид, что было весьма непросто для человека его комплекции.
– Я бы хотел поговорить с Робби. Вы его мать?
На подъездной дорожке машины Робби не было, но одна из построек на участке была похожа на гараж, его подъемная дверь была опущена.
– Да. Он в порядке? – Она сильнее сжала ручку двери.
– Да, мэм. Я просто думал, что он может мне помочь. – Ее карие глаза подозрительно сузились. – Я разыскиваю Джейми Льюис, – продолжил Ланс.
Он не сказал про видео. Если миссис Бароне не знала о вечеринке в лесу, то ему не стоит доносить на Робби, иначе помощи от парня не видать.
– Так вы не насчет Тессы Палмер? – спросила она.
– Нет, мэм.
Почему она подумала про Тессу?
Миссис Бароне прищурилась, от чего в уголках ее глаз проступили морщинки, и посмотрела поверх его плеч, изучая пыльную дорожку:
– Вы из полиции?
– Нет, мэм. – Ланс достал из кармана свою визитку. – Я работаю в агентстве «Расследования Шарпа». Родители Джейми наняли нас для ее поисков. Мне нужно поговорить со всеми ребятами, кто мог знать Джейми.
Он приказал своей совести заткнуться. Это не было ложью – если бы была возможность опознать их всех, он поговорил бы со всеми.
Ланс попытался рассмотреть обстановку внутри дома. Сквозь приоткрытую дверь была видна гостиная, обставленная старой, местами потрепанной мебелью, хотя у дальней стены работал современный плазменный телевизор, по которому шел выпуск новостей. На журнальном столике стоял открытый ноутбук, на вид тоже вполне новый. На электронику они, видимо, денег не жалели.
Может, у Робби или кого-то еще из членов семьи был дополнительный источник не вполне легального дохода?
Проследив за его взглядом, миссис Бароне шагнула за порог и закрыла за собой массивную деревянную дверь. Она сунула руки в передние карманы фартука и сгорбилась:
– Робби еще не вернулся из школы.
– Вы знаете, когда он вернется? – Лансу было прекрасно известно, что занятия в школе закончились пятнадцать минут назад, в два часа дня.
– Нет. – Она покачала головой, а взглядом снова прошлась по дорожке. – И я не очень понимаю, чем он может помочь. Джейми уже давно никто не видел.
– А Робби хорошо ее знает? – спросил Ланс.
– Не особо. – Она вынула руки из карманов и сцепила их перед собой так крепко, что костяшки пальцев побелели. – Вам лучше уйти, пока муж не приехал.
Что это было – угроза? Или она боится своего мужа?
Ланс мысленно пометил себе: надо бы провести полную проверку данных на все их семейство, в особенности отца Робби.