Мелинда Ли – Приготовься умирать (страница 47)
– Они пока не знают, но версия разумная. – Ланс решил не рассказывать о камне, брошенном в лобовое стекло. – Он молодой и сильно переживает потерю, поэтому плохо соображает.
– Хм. Вот ты, например, никогда не преступал закон, когда был молодым и сильно переживал, – возразила мать.
– Ну, я-то идеал! – усмехнулся Ланс. – А ты вспомни, в какие переделки попадают дети из моей команды. – Он тренировал хоккейную команду молодых ребят из группы риска, у большинства из них обстановка дома была далека от идеала, и сложные ситуации возникали в жизни сплошь и рядом. – Реакция молодых людей эмоциональна, и пока они не повзрослеют и не наберутся опыта, они не смогут полностью контролировать свои душевные порывы.
Мать вздохнула, а он задался вопросом, насколько хорошо она помнила его подростковые годы, мысленно она всегда больше пребывала в собственном мире, нежели с ним. Нужно было ее отвлечь.
– Тебе удалось найти для нас еще какую-нибудь информацию?
– Вообще-то да. – Дженни развернулась и направилась к своему кабинету в задней части дома, а две ее кошки потрусили следом, словно собачонки. Когда она опустилась в кресло, в глазах уже читалась большая сосредоточенность, а напряжение с лица почти схлынуло.
Кабинет некогда был наименьшей из комнат в доме. Дженни восседала за своим рабочим столом, а Морган заняла стоявший перед ним стул.
– Получилось проследить источник распространения гифки с нападением Макфарленда на Морган? – спросил Ланс, склонившись над маминым плечом.
– Пока нет. При такой скорости распространения по сети источник отследить очень трудно. – Мама кивком показала на экран. – Этот клип повсюду. Я до сих пор в шоке, как он вам заехал.
– Врасплох застал, что и говорить, – согласилась Морган.
– Вы не боитесь теперь появляться в здании суда? – Дженни покидала дом только ради поездок на еженедельную групповую терапию и иногда к психиатру, и перед каждой такой короткой вылазкой ей необходимо было принять таблетки.
– Нет, – твердым голосом ответила Морган. – Макфарленд поступил скорее глупо, чем эксцентрично. Ему и так было не уйти от тюремного заключения, а теперь ему предстоит провести за решеткой гораздо более долгий срок. Прокурор не станет предлагать ему никакой сделки. Он совершил нападение в здании суда, на глазах у десятков свидетелей и помощников шерифа, прямо под объективами камер наблюдения. Мало кто из преступников ведет себя
Ланс мысленно отдал должное усилиям Морган по сглаживанию рисков адвокатской профессии, но на самом деле сказанное ею не имело особого значения. Дело в том, что как раз такие непредсказуемые по своему характеру инциденты, как это происшествие в здании суда, и подпитывали состояние тревожного беспокойства его матери. Люди, свободные от подобных расстройств, по трезвому размышлению способны осознать, что такое нападение – событие из ряда вон выходящее, тогда как психическое заболевание его матери диктовало ей следующую интерпретацию: раз человек оказался в опасной ситуации в здании окружного суда, то опасность может подстерегать его где угодно.
Ланс вернул разговор в деловое русло. Работа была единственным спасением, отвлекающим его мать от разрушительных для психики страхов.
– Так что ты выяснила?
– Я выяснила, что первое электронное письмо с угрозами Хейли и то, что пришло Морган, были отправлены с адреса, зарегистрированного на Адама Картера. – Дженни согнула над клавиатурой свои пальцы, страдающие от подагры, и этот жест матери, так красноречиво говорящий о ее готовности работе, заставил Ланса почувствовать себя полным болваном: ей так нужно было быть полезной…
– Полиция уже занимается поисками Адама, – сказала Морган. – Вышлите мне, пожалуйста, то, что подтверждает этот факт, а я перешлю улику шерифу и прокурору.
– Хорошо. Если у полиции будет ордер на обыск компьютера Адама, криминалисты смогут выяснить и то, не является ли он и создателем гифки.
– Отлично! – Морган записала к себе в телефон подробное напоминание. – Я упомяну об этом в своем письме. Вы очень помогли, Дженни!
Лицо Дженни сияло.
– Я еще нашла кое-что интересное о Джастине О’Брайене.
– И что же? – Морган положила на колени блокнот.
– На первом курсе колледжа Джастина арестовали за изнасилование на свидании, – начала Дженни. – После вечеринки он привел домой некую девушку и переспал с ней. Наутро она обвинила его в том, что он воспользовался ее беспомощным состоянием, в котором она в силу опьянения не была в состоянии даже нормально передвигаться, не то, что дать согласие на интим. Адвокат Джастина выдвинул любопытный контраргумент, заявив, что тот тоже был пьян и большую часть событий вечера и ночи просто не помнит, и пригрозил подать на девушку встречный иск о сексуальном насилии.
– Кошмарное дельце. – Морган подняла ручку.
Дженни оторвала взгляд от экрана своего компьютера.
– В конце концов, обвинения против Джастина были сняты за отсутствием доказательств.
– Я бы сказал, что это классическое «
– На Айзека нет ничего, кроме незначительного инцидента с хранением наркотиков, когда ему было восемнадцать, – продолжала мать. – У него нашли небольшое количество марихуаны. А против Чейза я никаких уголовных обвинений не обнаружила.
– А как насчет семьи Пауэлл? Вы смогли выяснить что-нибудь о Хейли, ее матери Элизе и ее компании «Вайлд»? – спросила Морган.
Дженни сверилась со своим списком.
– На «Вайлд» подали несколько исков люди, утверждающие, что их косметика нанесла вред их коже.
– Ну, с учетом успешности и масштабов компании, наличие судебных процессов вполне ожидаемо, – сказала Морган. – Всегда найдутся люди, которые ищут легких денег. Есть ли среди исков такие, основания для подачи которых выглядят действительно серьезными?
– На самом деле, нет. – Дженни поправила седые волосы за ухом. – Исследования и тестирования, проводимые компанией, отвечают требованиям. Без сомнения, во многих случаях дело решилось выплатой небольшой компенсации просто потому, что это дешевле судебного разбирательства. Ни одна из претензий не связана с серьезным ущербом здоровью. От продукции «Вайлд» никто не ослеп и не умер.
Морган оторвала взгляд от своего блокнота:
– Не нашли ли вы каких-нибудь необычных фактов о жертве или же о его семье?
Мама Ланса поводила пальцем по своим запискам.
– На Ноа Картера ничего, а вот за Адамом числится арест за нападение. В старших классах он и еще один ученик однажды сдали совершенно идентичные контрольные работы. Учитель влепил обоим двойки. Адам утверждал, что другой парень у него списал. Он отправился к его дому, дождался его возвращения и избил.
– И насколько сильно? – спросил Ланс.
– Сломал парню нос и скуловую кость. Свидетели утверждают, что Адам «просто слетел с катушек» и «как с цепи сорвался», – пояснила Дженни. – В тюрьму он не попал, родители заплатили штраф, он получил испытательный срок и должен был посещать психологические консультации. Его судили как совершеннолетнего, поэтому доступ к делу не был закрыт.
Морган оторвалась от своих записей:
– У Адама набирается целая история проявлений насилия и неконтролируемой агрессии…
– Интересно, где он был в пятницу вечером, – сказал Ланс.
Морган повертела ручку в руках.
– Он сказал, что зол на нас за то, что мы защищаем человека, который убил Ноа. А мог ли он сам убить собственного брата?
– Мы оба знаем, что это возможно. Оправдание придумать можно чему угодно. Что, раньше никто своих братьев не убивал? Нам доводилось видеть, как члены одной семьи рвут друг друга в клочья. А вина лишь усиливает горе. Что, если он винит Хейли в своей ссоре с Ноа?
– Ты прав, – сказала Морган. – Но мы не знаем, где он, а полиция его уже разыскивает. Даже если его найдут, мы еще долго не сможем к нему пробиться.
– Я все еще ищу информацию, и завтра, вероятно, смогу рассказать еще что-нибудь. – Мать Ланса отложила свой список в сторону, к пресс-папье, и хмуро посмотрела на Морган, а затем на Ланса. – Вы оба должны немного отдохнуть. Выглядите очень усталыми.
– Я в порядке, – заверила ее Морган. – Спасибо за всю эту информацию. Мы очень ценим вашу помощь.
Дженни откинулась в кресле.
– Я рада, что вы снова обратились ко мне. Я было подумала, что, после того случая осенью потеряла ваше доверие.
– Ну что ты! – вмешался Ланс, переживая из-за того, с какими мыслями она провела всю зиму. – Конечно нет. Ты же в этом не виновата. Мы просто не хотели, чтобы ты излишне нервничала в процессе восстановления. У тебя и так свои дела есть – и преподавание, и бизнес…
– На самом деле, я была бы счастлива, если бы ты все равно обращался ко мне за помощью, – улыбнулась мама. – Мне нравится такая работа, и я не люблю сидеть сложа руки. Безделье дает слишком большой простор для мыслей.
– Хорошо, – сказал Ланс. – В таком случае можешь снова считать себя членом нашей команды!
– Замечательно, – улыбнулась она.
– Как Кевин? – спросила Морган.
Дженни виделась со своим ухажером лишь раз в неделю на сеансе групповой терапии, но по видеосвязи Дженни и Кевин общались каждый вечер.