Мелинда Ли – Последняя клятва (страница 45)

– И никто об этом не знает? – голос Мэтта прозвучал удивленным.

– Только Дана. Она прикрывает по возможности, – потерла руки Бри. Без работающего двигателя салон машины быстро остывал. – Такими вещами не бравируют в управлении полиции. Можете себе представить, какой бы критике я подвергалась?

Нападки неминуемы на любой работе. И обычно Бри спокойно их воспринимала. Но когда дело касалось ее страха перед собаками, ее чувствительность становилась гипертрофированной. Тем более что всегда находились этакие ходячие мачо, которые считали, что женщинам в полиции не место, и цеплялись к ней по малейшему поводу, лишь бы выбить ее из колеи или дискредитировать.

– Копы бывают жестокими.

– Полагаю, вам об этом прекрасно известно.

– Ну да…

Бри установилась сквозь лобовое стекло на темноту улицу:

– Мне было пять лет. Отец держал не меньше дюжины собак. Не знаю, какой они были породы, но это были злые собаки. Отец называл их охотничьими, но это чушь. Сейчас, по прошествии времени, я подозреваю, что это были бойцовские собаки. Они сидели на цепи позади нашего дома, и мне не разрешали подходить к ним близко.

Минуло уже тридцать лет, но в ушах Бри снова зазвучал лай и тяжелое собачье сопение. Да так явственно, словно она вернулась в прошлое, на ферму:

– В тот день тоже было очень холодно, – руки Бри затряслись, и она поспешила спрятать их в карманы.

А память уже начала прокручивать перед ее глазами жуткие кадры. Бри почти физически ощутила запах подбегающего пса и леденящий холодок своих насквозь промокших варежек:

– Накануне была сильная метель, снега насыпало много, и мне вздумалось слепить снеговика. Большого-пребольшого! Я катала снежный ком по всему двору. Увлекшись, я не обращала никакого внимания на то, где нахожусь. И ненароком подошла слишком близко к отцовской псарне. Один из псов сорвался с цепи и ринулся на меня. А я ничего лучше не придумала, как побежать от него. У собак определенных пород бегущий, плачущий ребенок может пробудить добычный инстинкт. Но остановиться я не могла, – Бри вздохнула. – И пес меня догнал, – для наглядности Бри схватила себя правой рукой за левое плечо. – И чуть не вытряс из меня душу…

Совсем как Броди, теребивший игрушечного ежика.

Бри чувствовала взгляд Мэтта, прикованный к ее лицу. Но он не произнес ни слова и не пошевельнулся. В салоне внедорожника воцарилась такая же недвижная тишина, какая стояла на темной улице перед ней. И водоворот воспоминаний начал засасывать Бри все глубже и глубже в бездонную воронку страха. А плечо пронзила фантомная боль.

Собравшись с духом, она продолжила:

– Я не виню того пса. И я уверена, что отец обращался со своими собаками так же жестоко, как и с членами собственной семьи. Должно быть, он хотел воспитать самых агрессивных псов во всем округе. Считал, что этим можно гордиться. Помню, как однажды он сказал мне, что не следует давать собакам много еды. Голодные животные якобы лучше поддаются обучению. Его псы всегда были на взводе. Стоило им поймать белку или кролика, и они мгновенно разрывали добычу в клочья. А отцу нравилось, что он один мог их обуздать. Это тешило его эго.

По телу Бри пробежала дрожь. Несмотря на то, что прошло столько лет, она все еще ощущала клыки, разрывавшие ее плоть, холодный воздух, кусавший ее оголенную кожу, и теплую кровь, сочившуюся по груди и предплечью.

– Я подумала, что пес хочет отгрызть мне руку, но он потащил меня к своей конуре. Я стала упираться, попробовала бороться. На несколько секунд пес ослабил хватку и выронил меня. Я попыталась отползти от него… – ее легкие сжались, к очередному выдоху примешался хрип. – Но пес схватил меня за лодыжку. Наверное, я так истошно завопила, что пес вдруг выпустил меня, – Бри запнулась; свитер под пальто стал мокрым от пота; сердце колотилось о ребра, грозя выскочить из груди. – Его атака длилась с минуту… – но она показалась Бри вечностью.

Переведя дыхание, она снова предалась воспоминаниям:

– Мама отвезла меня в больницу. Я провела там всю ночь. А когда вернулась домой, отец привел меня на псарню. Он сказал, что я должна извлечь из происшедшего урок, научиться ответственности, потому что необдуманные поступки и непослушание чреваты последствиями, – в животе Бри снова встал комом страх; ее подробный рассказ резко оборвался с последним «кадром», проплывшим перед глазами: – Подняв ружье, отец велел мне смотреть. Прогремел выстрел, и крупный, сильный пес рухнул на ледяной наст со снесенной наполовину головой; снег окропили кровавые брызги, кости и мозги, – к горлу Бри подступила тошнота; даже спустя тридцать лет ее тело помнило ту рвоту, что буквально вывернула всю ее наружу. – Он убил пса на моих глазах, и сказал, что виновата во всем я…

– Это ужасно, – вымолвил Мэтт.

Бри отвернулась, лицо снова полыхнуло жаром стыда. Даже Дана, и та не знала всей истории в таких подробностях. Бри покосилась на Мэтта. С губ сорвался короткий, фальшивый смешок: – Наверное, я нагрузила вас?

– Мне приятно, что вы поделились со мной…

– Пожалуй, я переборщила… Обычно я не столь откровенна…

– Я ведь тоже рассказал вам о перестрелке.

Бри приподняла бровь:

– Тогда один – один.

– И вы мне ничего не должны…

И все же… Почему она ему все рассказала?

– Простите, если я вел себя с вами бестактно из-за собак, – нахмурился Мэтт. – Вы сказали мне, что их боитесь, но я даже представить себе не мог, какую травму в детстве вы пережили.

– Я и не ожидала, что вы со мной будете нянчиться. К-9 – полезные собаки. И Броди нам очень помог. А со своими страхами мне надо справляться самой.

– Мы оба знаем, что это не так-то легко. К тому же, овчарки – собаки крупные, да и вид у них довольно грозный, – брови Мэтта насупились. – А вам нужна уживчивая и добродушная на вид собака.

– Мне? Собака???

– Да. Чем больше времени вы будете проводить с милой, спокойной собакой, тем скорее вы избавитесь от своего комплекса и перестанете реагировать на этих животных так болезненно.

Перспектива проводить время с любой собакой Бри не прельщала. И она поспешила закончить разговор на эту тему. Сверив часы, Бри указала на дом:

– Прошло полчаса. И я не заметила никакого движения в доме.

– Что ж, тогда за дело! – Мэтт выключил подсветку салона, и они выскользнули из салона.

Бри устремилась вниз по улице, радуясь возможности идти, а не думать.

– Мы – обычная прогуливающаяся парочка, – взял ее за руку Мэтт.

Бри покосилась на их соединившиеся перчатки. Контакт ее… отвлекал. Она попыталась высвободить руку, но Мэтт держал крепко. А когда Бри вскинула на своего спутника глаза, уголок его рта выгнулся вверх, а во взгляде сверкнула улыбка.

Бри закатила глаза:

– Я рискую вывихнуть глазные яблоки, притворяясь вашей подружкой.

Они приблизились к кирпичному дому, и Мэтт затащил Бри за живую изгородь. Прячась в ее тени, они прокрались вдоль дома до гаража. Вытащив руку из руки Мэтта, Бри жестом показала ему оставаться на месте. А сама быстро взбежала по лестнице. Выбрав две тонкие отмычки из набора Мэтта, она вставила их в замочную скважину. Нащупав заветные цевки, Бри вскрыла замок и распахнула дверь. Мэтт тоже поднялся по лестнице и, проскользнув внутрь следом за ней, закрыл дверь за собою.

Плотные жалюзи на окнах не пропускали лунный свет, и в кромешной темноте не было видно ни зги. Бри пришлось достать мобильник и воспользоваться приложением с фонариком. Жилище Уайта оказалось студией с крохотной кухонькой в одном углу и маленькой ванной, монтированной в другом углу. Остальное пространство занимали кровать и зона отдыха.

Мэтт прошел в кухонную зону. Выдвинул ящик шкафчика и направил в него луч своего фонарика-ручки. Бри проскользнула в ванную. На ее крошечной площади умещались только умывальник-стойка, туалет и душевая величиной с телефонную будку. Бри открыла шкафчик с лекарствами. На нижней полке хранились скудные предметы гигиены и средства для ухода за волосами. Верхнюю полку занимали рецептурные пузырьки. Бри сфотографировала на телефон их этикетки и вышла из ванной.

Мэтт стоял возле постели, высвечивая своим фонариком содержимое верхней полки прикроватной тумбочки.

– Нашли что-нибудь? – шепотом поинтересовалась Бри.

– Дорогущую фотокамеру 35 мм с телеобъективом.

– Быть вуайеристом дорого обходится.

Мэтт тоже сделал снимок:

– И множество порнухи.

Бри переместилась в зону отдыха. Жалкий кожаный диван стоял перед развлекательным центром: 40-дюймовым плоскоэкранным телевизором с игровой приставкой и лежавшим рядом с ней пультом управления.

– Похоже, он потратил все свои деньги на телевизор и игровую систему.

Бри выдвинула верхний ящик тумбочки под телевизором. Он был доверху набит видео-играми и DVD. Бри подсветила их мобильником. «Игра в стояк», – прочитала она одно из названий. Бри фыркнула. Очки за креативность!

– Тут тоже сплошная порнуха, – сообщила она Мэтту.

Сфотографировав находки, Бри выдвинула нижний ящик. Там лежала всего одна вещь – фотоальбом размером с моментальный снимок. Бри открыла его и охнула. На нее смотрела сестра…

– Что такое? – спросил Мэтт через плечо и тихо присвистнул: – Ничего себе…

Бри пролистала альбом. На одном фото Эрин выходила из своего пикапа на парковке перед салоном. На другом она выходила из салона. Бри пересняла все фотографии на свой мобильник.