Мелинда Ли – Ее последнее прощай (страница 35)
Жидкость и калории немного помогли, но двигалась она пока очень осторожно, ощущая сильную слабость. Похоже, ему это нравилось.
В руках он держал холщовую сумку. Когда он поставил ее на пол, в сумке что-то брякнуло. Значит, не еда.
От дурных предчувствий заныло в животе. Что-то изменилось в его жестах, в его поведении.
– На сегодняшний вечер я запланировал для тебя нечто особенное.
В его голосе слышалось возбуждение.
У Челси ускорился пульс. Беспокойство перешло в настоящий страх. Она почувствовала, что вспотела.
– Повтори правила, – приказал он, как делал это каждый раз, когда заходил в контейнер.
Она повторила.
– А теперь еще раз правило номер один.
– Я принадлежу тебе. Я буду беспрекословно выполнять все, что ты мне скажешь. Я твоя собственность.
Он открыл сумку, стоявшую у его ног.
– Ложись на раскладушку, лицом вниз.
Дрожа всем телом, она прижалась к стене.
– Нет, пожалуйста.
Эти слова вылетели сами собой, прежде чем она успела понять, какую ошибку совершает.
Он выпрямился, тело его все напряглось от кипящего внутри гнева.
– Что ты сказала?
Челси хлопнула себя ладонью по губам.
– Я думал, это уже позади.
Он разочарованно покачал головой и сделал шаг вперед.
– Ты не только заговорила без разрешения, но еще и смела проявить неповиновение.
Удар настиг ее со скоростью молнии. Пощечина оглушила Челси, но никак не затронула ее сознание. При этом удар был настолько сильным, что у Челси закружилась голова.
Она упала на колени, боль от соприкосновения с деревянным полом пронзила ноги.
– Больше повторять не буду.
Его слова звучали обдуманно и очень устрашающе.
– На кровать. Лицом вниз.
Челси затрясло. Она была не в состоянии пошевелиться. Ноги просто не слушались.
– Подозреваю, нам еще предстоит поработать.
Взявшись за ручки сумки одной рукой, он второй рукой схватил Челси за волосы. Голову пронзила боль, когда он поволок ее к раскладушке.
– Не двигайся.
Она повернулась посмотреть как раз в тот момент, когда он доставал из сумки толстые кожаные ремни. Слезы побежали по щекам Челси, она не могла сдержать рыдания.
Он взял ее руку и уверенно привязал ее к ножке кровати. Потом проделал то же самое со второй рукой. Задрав ей платье до пояса, он привязал ремнями тело и щиколотки.
Холодный воздух обдувал обнаженные ноги и ягодицы Челси.
Однако он вышел. Шли минута за минутой. Она потеряла счет времени. Сердце тяжело стучало в груди. Подмышки вспотели, а голые руки и ноги покрылись гусиной кожей. Желудок, казалось, вот-вот вывернет наизнанку.
Когда дверь вновь открылась, Челси вздрогнула. Ее охватила паника. В руках он держал ящик. Поставив его на пол, он достал оттуда кусок марли и бутылку с жидкостью ржавого цвета. Присев рядом с ней, он намочил тряпку и протер ей правую ягодицу.
Когда он натянул хирургические перчатки, она заерзала по кровати, не в силах совладать со страхом. В горле словно застрял крик, она начала задыхаться. Легкая раскладушка заходила ходуном.
– Прекрати!
Он ударил ее наотмашь по виску. Боль пронзила ее насквозь. В ушах зазвенело, тело обмякло.
Будто в тумане она слышала, как он роется в ящике. Блеснула паяльная лампа и еще что-то металлическое. Челси застонала, он тут же повернулся к ней и засунул ей в рот тряпку.
Лампа разгоралась с тихим жужжанием. Он подержал железный прутик над синим пламенем, пока металл не накалился. Когда он снова повернулся к ней, она точно знала, что он собирается сделать.
Он будет выжигать на ней клеймо.
– Не. Двигайся.
Она не могла заставить себя повиноваться. Она словно сошла с ума. Тело ее рвалось во все стороны, он с трудом удерживал ее. Ворча, он сел ей на ноги и прижал к кровати своей массой. Он надавил ей на лопатки, чтобы обездвижить верхнюю половину тела и без колебаний прижал клеймо к ее коже.
Боль пронзила ягодицу, яркая и жгучая, как ракета. Сквозь собственный крик она слышала его голос, уверенный и спокойный.
– Один. Два. Три.
Он убрал железку.
Сильнейшая боль от раны пульсировала с каждым ударом сердца.
Челси лежала ослабевшая, вся в поту. Изо рта сквозь кляп раздавались какие-то чужие, мяукающие звуки. Она закрыла глаза.
– Все позади.
Его рука осторожно погладила ее по голове. Он вынул кляп изо рта.
– Тсс. Дыши глубже.
Она не могла. Дыхание становилось все более прерывистым. Он вытряхнул все из сумки и поднес ее к лицу Челси. Дыхание Челси постепенно выровнялось.
– Ты сильная, – произнес он с гордостью.
Он убрал сумку, встал и собрал инструменты. Потом вынес сумку из комнаты. Затем наложил на рану мазь и повязку, а сверху еще приклеил пластиковую накладку.
– Лучше, чтобы туда не попадал воздух.
Она не шевелилась даже тогда, когда он убрал ремни. Ее тело было истощено. Ужас и боль переполняли ее, не оставляя места ничему другому.
– Ты содрала кожу на лодыжке.
Он снял кандалы с одной ноги и пристегнул к другой. Обработал ссадину, шепча нежные слова, призванные утешить ее. Но от этих слов ее затошнило. Потом он протянул ей две таблетки.
– Это тебе поможет.
Она не могла отвечать. Она ничего не могла делать. Даже рыдания прекратились. Слезы высохли. Кожу жгло так сильно, что ее мозг не мог понять, что произошло. Тело и разум парализовало от шока.
– Я оставлю их здесь, – он положил таблетки на бочку. – Можешь принять их, когда успокоишься. Думаю, это был сильный эмоциональный опыт. Зато теперь сразу ясно, кому ты принадлежишь.
Он опустил ее платье так, чтобы прикрыть ноги. Затем вышел, а через несколько минут вернулся с белым пакетом на вынос. Все пространство тут же наполнилось запахом еды, от которого ее еще больше затошнило.