Мелина Боярова – Талисман для князя. Глава рода (страница 30)

Моя ладошка лежала на сгибе локтя Артемия, исполняющего роль кавалера и сопровождающего. Уже у столика, где ожидала нас Ольга, я вдруг почувствовала чье-то пристальное внимание. Но прежде ощутила, как резко похолодало вокруг, а пальчики, касающиеся руки Артемия, заледенели. Обернувшись, столкнулась с обжигающим взглядом княжны Шумской.

Вот так сюрприз! Девушка сидела в компании незнакомых молодых людей и девушек. Хотя нет, одного молодого человека я знала. Граф Корсаков вскочил из-за стола и направился к нам, чтобы поздороваться.

– Ты как? Может, поедем в другое место? – проявил заботу Артемий, с которым мы во время поездки договорились перейти на «ты».

– Зачем же? Мне здесь нравится, – пожала плечами. – А что до нашей общей знакомой, пусть сама убирается, если ее что-то не устраивает.

– Прошу прощения, – извинилась Ольга, – не думала, что так получится. Они минут пятнадцать назад приехали.

– Доброго дня, господа! Дамы, – Михаил поочередно приложился к нашим с Ольгой ручкам. – Какая неожиданная встреча.

– Действительно, – хмыкнула Орлова, – вот уж не ожидала, что вы выберете именно эту ресторацию. Агнияра дымится, так рада нас видеть.

– Княжна – темпераментная особа, – граф улыбнулся и окинул нас с Артемием выразительным взглядом, – а вы, стало быть, теперь вместе?

– Вместе, – спокойно подтвердил княжич и повернулся ко мне, – Наами, присаживайся. Позволь за тобой поухаживать?

Конечно же, я позволила, кожей чувствуя, как накаляется обстановка в помещении. Учитывая природную холодность парня, желание мне угодить бросалось в глаза. Корсаков помялся еще немного у нашего стола и вернулся за свой, где на него тут же накинулись с вопросами. Видно, сообщил Агнияре, что Артемий нашел новую пассию, потому что бокал с водой княжна в ярости швырнула на пол.

– Что-то здесь душно стало! – девушка с шумом поднялась. – И засмердело чем-то. Уходим! Поищем другое место, где воздух почище.

Сразу видно, что компания молодых людей состояла из прихлебателей Шумских. Они послушно поднялись и последовали за предводительницей. Проходя мимо, Агнияра бурлила, как вулкан. Казалось, только тронь, и взорвется, сметая на пути все живое. Я спокойно выдержала давление огненной мощи, что концентрировалась вокруг девушки. От нее сейчас даже свои держались на расстоянии. Собственно, наличие сразу трех магов льда охлаждало огненную прыть грубиянки. Дерзить напрямую она не решилась, да и на глазах Стужева угрожать поостереглась. Все-таки здравый смысл еще не растеряла. Однако и без слов можно выразить многое. Например, что ничего еще не закончилось, и я горько пожалею, что увела Артемия.

Михаил, вынужденный последовать за остальными, всем своим видом изображал раскаяние, и что не разделял позицию Шумской. Жестами он испросил разрешения вернуться чуть позже. Мы с Ольгой переглянулись и кивнули, подтверждая, что не возражаем. В самом деле, зачем парню страдать в обществе истерички?

Корсаков вернулся не один, а в компании трех девушек и молодого человека. Для ровного счета, как выразился граф. Вот только выбор новых друзей оказался странным. Нам представили графинь Куракиных, Марию и Анну, князя Бельского – того самого, которому меня прочили в защитники, – и дворянку Ирину Кочеткову. Я, когда услышала фамилию, поперхнулась.

– Кто? – вытаращилась на хрупкое создание с медно-рыжими волосами и веснушчатой кожей.

В скромном платье девушка напоминала бедную родственницу, а наивным взглядом широко распахнутых зеленых глаз – испуганного олененка. Так и хотелось спросить, а что она забыла в компании высокородных аристократов?

– Прошу прощения, княжна Леви, – ухмыльнулся Ярослав Бельский. – Исполняю волю матушки, которая привечает всяких… просителей.

После такого представления Ирина будто в росте уменьшилась, вспыхнула румянцем, опустила глаза в пол. Я хоть и не испытывала к господину Кочеткову и его семейству симпатии, но издеваться-то зачем? Сам Ярослав вызвал у меня противоречивые чувства. Внешность у него была приятной. Темные волнистые волосы, карие до черноты глаза, тонкие черты и милые ямочки на щеках. При знакомстве, князь рассыпался в комплиментах, сверкая белозубой улыбкой. Однако, пообщавшись, создавалось впечатление, будто бы парень носит маску, из-под которой иной раз прорывается жестокий зверь. Хотя бы в отношении тех, кто ниже по рангу – полное пренебрежение.

– Позвольте узнать, в чем же состоит эта воля?

– Известно, в чем, – парень пожал плечами, – показать столицу, ввести в высшее общество и, если повезет, пристроить замуж. Шучу! – сам же и рассмеялся, довольный испугом девушки. – Поступать в этом году будет в академию, вторым потоком. Я говорю – гиблое дело после того, как дядька опозорился. А она заладила, пойду и пойду. Думает, что выдержит то внимание, которое ей достанется из-за нерадивого родственничка.

– Да уж, – кивнула, представив, что ожидает бедняжку.

Парни отшутились, что в академии Ирина быстрее жениха найдет, особенно, на боевом факультете. Осталось дело за малым – поступить. Девушка отмалчивалась, никак не комментировала слова князя. Однако по буре эмоций, бушующей внутри хрупкого создания, нетрудно понять, как она к ним относится. У Кочетковой превосходно развит контроль, раз огненная стихия до сих пор не вырвалась на свободу. По себе знаю, как сложно сдерживаться, когда внутри все клокочет от злости.

В целом, посидели неплохо. После раннего ужина отправились на прогулку по набережной, ели мороженое и слушали уличных музыкантов, затем катались по городу, распугивая резким звуком клаксона зазевавшихся прохожих. К десяти вечера Артемий доставил меня домой и вышел из машины, чтобы проводить до ворот. Паромобиль Стужевых проехал чуть вперед, чтобы не перегораживать дорогу. Транспорт с охраной притормозил, не доезжая входа и высаживая парней, приставленных Алимом.

– Благодарю за приятный вечер! – попрощался Артемий, оставляя невесомый поцелуй на ладони. – Если позволишь, я бы повторил прогулку.

– Я бы с радостью, но улетаю утром и вернусь только к началу учебного года, – улыбнулась, невольно отметив робость парня в общении.

Для него это ведь свидание, льщу себе, что с понравившейся девушкой. И такой он трогательный в своем смущении, что вызывает умиление.

– Вы же в Алапаевск возвращаетесь? В Левино?

– Да… – прищурившись, обратила внимание на паромобиль черного цвета, появившийся вначале улицы.

Вроде ничего необычного, едет себе и едет. Вот только я замечала уже эту машину во время прогулки. Первый раз сама не поняла, почему она привлекла мое внимание. Когда же попалась на глаза второй раз, подумала – совпадение. Но третий? Это уже закономерность. Охранники тоже насторожились при виде паромобиля. Вот он поравнялся с нами и замедлил ход, дверцы одновременно распахнулись и изнутри выскочила четверка наемников. Лица скрывала иллюзия, а в руках угрожающе сверкали атакующие амулеты. Уже активированные, потому что убийцы сходу выпустили залп такой мощи, что запросто смяли бы защиту охранников.

Стужев стоял спиной и не видел начала нападения. Однако реакция у мага отменная. Он почувствовал угрозу или же заметил, как округлились мои глаза, но ответили мы одновременно. Я укрыла щитом нас и парней, а Артемий выпустил холод, сорвавшийся с рук прозрачно-синими всполохами. Наемники успели отступить к паромобилю, а один уже сунулся внутрь, когда всех настигла ледяная смерть. В одно мгновение посреди улицы образовалась ледяная скульптура.

Как только атакующие заклинания из амулетов врезались в преграду, я убрала щит. Он и полыхнул-то фиолетовым на доли секунды, сложно заметить на фоне магии холода, и тем не менее, Артемий его разглядел.

Из дома выскочила наша охрана, люди Стужевых бросились к преступникам и заодно помогли парням, которые оказались под перекрестным огнем. Нас завели во двор, куда через минуту выбежал встревоженный Алим.

– Нина, ты в порядке? – схватил за плечи, осмотрел на предмет повреждений, а после прижал к себе. – Что произошло?

– Могу предположить, что подарочек от княжны Шумской прилетел, – поежилась от холода, какой распространял вокруг себя младший Стужев. – Сомневаюсь только, что удастся это доказать, но других причин для нападения не вижу. Мы столкнулись с Агниярой в «Магемии», и ее чрезвычайно расстроила отставка.

– Я понял, – Алим зло прищурился и кивнул. – Идите в дом. Распорядись, чтобы подали чаю. Полагаю, разбирательство займет некоторое время и… успокой парня, на нем лица нет.

Оставив меня во дворе, брат поспешил на улицу, чтобы принять участие в расследовании. В приоткрытые ворота я увидела, что откуда-то набежали зеваки, а дорогу заполонили служебные паромобили жандармерии. Не каждый день в центре города покушаются на жизни наследников двух влиятельных семей империи. Артемий застыл на том месте, где я его оставила, бросившись навстречу брату. Парень смотрел, не мигая, в одну точку, покрываясь кристалликами льда.

Вот ведь, ироды! Вероятно, нападение напомнило о несчастье, случившемся пять с половиной лет назад. Представляю, каково это увидеть гибель близких людей и не суметь им помочь. А как жить, терзаясь вопросом, почему ты выжил, а они нет? И вот очередное бессмысленное нападение. Я подошла, чувствуя, как тело пронизывает холодом, коснулась руки Артемия.