Мелина Боярова – (Не) идеальная для монстра (страница 4)

Только сразу обсудить новости с подружкой не получилось, поступил вызов от отца, на который следовало ответить. Это наша железная договоренность, всегда и везде принимать вызов. Если этого не сделать, значит, что-то случилось. Пунктик такой появился, после того как Хиан Микош пытался связаться с мамой, когда она…

– Привет, пап? Что-то важное? – включила панель видеосвязи и напустила беззаботный вид. Ничего страшного ведь не произошло.

– Мина, – на голоэкране появилось усталое лицо. Испещренное морщинками вокруг глаз и в уголках рта, с посеребренными висками, милое и родное лицо, – как ты умудрилась попасться на глаза ирсаям?

– Я… ну, – очень не любила, когда папа расстраивался из-за меня или хмурился. Не понаслышке ведь знала, как тяжело управлять громадной компанией. – Случайно вышло. В общем, вот, – отправила фото и видео, которые зафиксировала нейросеть.

– Мина, что за ребячество? – бегло просмотрев файл, отец тяжело вздохнул и потер переносицу. – Это я понимаю, что ничего, кроме любопытства за детской выходкой нет. А высоким гостям такое не объяснишь. Еще не хватало обвинения в шпионаже! Пора бы уже думать о последствиях и как это может отразиться на имидже компании. Вы уже взлетели?

– Да, – мне не требовалось смотреть в иллюминатор или на показания приборов. Легкая дрожь корпуса и мерное урчание двигателей говорили сами за себя.

– До встречи, дочка. Мне еще с Нэшвилом надо парой слов перекинуться.

Ну вот! – мысленно простонала. – Теперь Сухарь точно домашний арест устроит. Очень уж не любил наемник разгребать последствия моих приключений.

Пока я такого запрета не получила, поспешила к Люси, чтобы поделиться новостями. Надо ли говорить, что девушка пришла в полный восторг?

– Ух ты, настоящий ирсай! И что, прямо услышал тебя?

– Ага! Посмотри, как дернулся! – остановила кадр и увеличила на максимум. – Красавчик, правда?

– Ну-у, – жеманно протянула Люси, – если бы не ушки, то он… мог бы быть твоим родственником, – сделала совершенно неожиданный вывод.

– Что? Ты в своем уме? – опешила. – Где я, а где ирсай? Это же высшая раса!

Однако подружку уже было не остановить. Она мигом вырезала фото незнакомца из кадра, рядом вставила мое, – нашла же самое неудачное изображение! – и при помощи специальной программы «нарастила» мне ушки и забрала волосы в прическу. Удлиненный овал лица, заостренный подбородок и широкий лоб. Действительно, сходство есть, не подкопаешься. Удивительно похожими были глаза! Только мои напоминали хмурое небо, затянутое свинцовыми тучами, а у незнакомца – светло-голубую безмятежность рассветного утра на Рамии. Убийственное сочетание вкупе с темными волосами. Уж я-то в этом неоднократно убедилась, выслушивая дифирамбы от поклонников. Вот только никогда не доверяла сомнительным комплиментам от еще более сомнительных личностей. Фальшь в словах ощущала кожей и держалась от таких людей подальше.

– Бред какой-то!

– И вовсе не бред, а…

Узнать подробности не довелось, на яхте вдруг взвыла тревога, которая могла означать одно: на нас напали!

Отсиживаться в каюте, когда жизни угрожала опасность, мы не стали. Багаж распаковать еще не успела, поэтому на поиски летного комбинезона потратила целых пять минут. Еще пару минут, чтобы скинуть гражданские шмотки и переодеться. Затем мы помчались в рубку узнать, кто напал, и предложить помощь.

– Наденьте скафы, всякое может случиться, – буркнул Нэш.

Ну, хоть прогонять не стал, а скафы… по инструкции положено. Значит, нарушать не будем. В серьезные моменты наемник забывал о личных обидах, неприязни и действовал, как профессионал, и это вызывало уважение. Конечно, Сухарь об этом никогда не узнает, а то возомнит о себе невесть что! Нет, никаких пошлых намеков. Любовь с телохранителями я не крутила. Папа доходчиво объяснил, что нельзя флиртовать с человеком, находящимся на службе. Если он будет смотреть на меня, то допустит ошибку, цена которой – жизнь. Хорошо, если самого наемника, которому платят за риск.

– Кто на нас напал? – задала вопрос только после того, как втиснулась в громоздкую конструкцию из брони и композитного металла. Раньше смысла не было спрашивать, упертый вояка не сказал бы ни слова. Проходили уже.

– Корабль укрыт силовыми щитами, визуально не отследить. Опознавательных кодов в эфир не выдает, шифруется. Судя по массе и скорости передвижения, эсминец или крейсер. От первого легко оторвемся, до ухода в гипер осталось пятнадцать минут. Но что-то подсказывает, мы имеем дело со вторым вариантом. Крейсер настигнет нас уже через пять минут и запросто продавит защиту лазерными пушками.

– Это если цель уничтожить яхту, а не захватить или же запугать, – предположила я. Мужчина только зло покосился и промолчал. Понятно, кого считал источником проблем. – Мы можем помочь.

– Да! – поддержала подружка. – Спорим, я сделаю этого выкормыша бездны на раз!

– А я возьму на себя щиты! – вопросительно уставилась на мужчину. Да, небольшие размеры яхты и суперсовременное оборудование позволяли пилотировать ее в одиночку. В обычном полете. В экстренных случаях, обязанности легко делились на нескольких человек. И выживаемость от этого только увеличивалась. Ведь одновременный контроль скорости, стрельба и распределение энергии по щитам требовали колоссальной сосредоточенности. В космосе исход сражения зависел не от класса корабля и его вооружения, а от мастерства пилотов и того, кто успел среагировать первым. – Люси – лучший пилот, которого знаю. Она не подведет! – добавила, не особенно-то и рассчитывая, что Сухарь согласится. И понимаю, почему. Ведь кого он видел перед собой? Безответственную соплячку, только-только получившую корочки пилота. Я вот даже не претендовала на главную роль, признавая, что есть куда более достойные кандидаты. А на щитах действительно могла принести пользу. Еще в учебке поняла одну особенность: у меня на уровне интуиции срабатывало понимание, куда в следующее мгновение ударит противник. Я будто чувствовала злой взгляд и намерение причинить вред, а потому успевала выставить щиты за секунды до удара. – Лин Оми однажды сказал, будь у него хотя бы десяток таких пилотов при битве за Арванг, они бы не проиграли урланцам.

– Серьезно? Он так сказал? – изумилась подружка. – А в лицо иначе, как «бездарью» и «вертихвосткой» не называл.

Наверное, это и стало последним доводом, потому что Нэш поднялся из пилотского ложемента, уступая его даме. Мне кивнул на место второго помощника. Люси, издав радостный визг, тут же умостилась в кресле и подключила управляющие разъемы к вживленному под кожу нейрошунту. Я также устроилась со всеми удобствами, а подвижные контакты сами потянулись к телу, выискивая нужные разъемы. Одновременно с этим пришли в движение страховочные ремни, плотно фиксируя мою тушку. Совсем уж в экстренном случае, кресло превращалось в спасательную капсулу, которую система эвакуации выстреливала из корабля. Надеюсь, до этого не дойдет.

Итак, поехали! – зажмурилась на мгновение, вызвала на тактический экран нейросети управляющий интерфейс, и тут же охнула. От резко скакнувшей перегрузки с силой вдавило в ложемент. Никакой скаф не поможет, если изнутри разорвет от перепада давления. В глазах потемнело, и сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Внезапно я ощутила смертельную опасность и машинально перевела мощность щитов на левый борт.

Бум-з! – в ушах зазвенело от вибрации, что передалась корпусу яхты. Сильный удар, который отразила едва ли не в последний момент. И мощность щитов просела сразу на тридцать процентов. Следом меня швырнуло в сторону, и я повисла на ремнях безопасности. – Люси, темная бездна, что ты творишь? – сквозь шлем и наушники раздался непереводимый ор Нэша. Кажется, я забыла включить внутреннюю связь. Пожалуй, повременю с этим. – Ой! – сместить щиты на пятнадцать градусов.

Вспышку гиперперехода я восприняла, как очередную атаку. Зажмурилась, понимая, что прикрывать нас нечем, и вот-вот корабль развалится на куски. Но нет, только голова закружилась и пошла носом кровь. Или это случилось раньше? Как же плохо! Измотанное тело вдруг осознало, что опасность миновала, и как-то не вовремя решило отключиться.

Раньше я не теряла сознание, поэтому изрядно удивилась, когда очнулась на кровати в собственной каюте.

И кто же это у нас такой заботливый? – заглянула под одеяло. – Пижамка любимая! – приподнялась на локтях и осмотрелась. Никого. Только на прикроватном столике сиротливо стоял накрытый металлической крышкой поднос.

Желудок тут же заурчал, напоминая, что неплохо было бы подкрепиться. В теле чувствовалась слабость, так что резво вскочить не получилось. Потихонечку придвинулась к нужному краю, спустила ноги на пол, приняла вертикальное положение. – Ага, минутку посидеть, привыкнуть к тому, что стены не должны заваливаться или двоиться. А теперь можно и покушать!

К моему искреннему сожалению, под крышкой остывал жиденький супчик, к которому прилагался кусочек хлеба и питательный коктейль.

Фу! – помню, когда заболела, неделю пичкали такой едой. – И с чего бы это мне устроили такой рацион?

Хорошо, догадалась проверить нейросеть. Сразу бросилась в глаза текущая дата, и это повергло в немалое удивление.